Матвей

Р. S. История не страшная. И не мистическая, скажут люди, мирно сидящие сейчас дома перед своими мониторами. Я соглашусь. И даже порадуюсь. Потому, что у этих людей сейчас в жизни все хорошо. Хорошо вот так не страшно и не мистично, уютно сидеть дома, смотреть в монитор, читать истории. Хорошо сидеть и писать комментарии ко всяким страшным историям. Потому, что они нестрашные. Страх, он в другом. Все относительно. Кто-то боится домовых, кто-то собственной тени. Но страшно, это когда умирают дети. Страшно, когда мать остается жить после собственного ребенка. Страшно просыпаться с утра и осознавать, что этого маленького человечка, который жил с тобой всю жизнь, больше нет. Некого больше будить в школу, некому готовить завтрак, некого ждать вечером домой, некого ругать, когда он приходит поздно или промочит ноги, или съел все конфеты. Страшно смотреть на толпу радостных детей, спешащих на занятия и возвращающихся домой. А его нигде нет. Ни в той толпе с мальчишками, ни в классе, ни у бабушки на каникулах. Только старые фотографии и вертолет, одиноко стоящий на столе.