Однажды, когда Муми тролль был совсем маленький, его папа в разгар лета, в самую жару, умудрился простудиться. Пить горячее молоко с луковым соком и сахаром он не захотел. Даже в постель не лег, а сидя в саду на качелях, без конца сморкался и говорил, что это от ужасных сигар. По всей лужайке были разбросаны папины носовые платки. Муми мама собирала их в маленькую корзиночку.
135 мин, 51 сек 6338
— Ну а потом, — крикнул Снифф, — что было потом?
— Ах, потом… — Папа сделал неопределенный жест, подразумевавший дом, семью, сад, Муми дол, вообще все, что идет следом за молодостью.
— Дорогие дети, — робко сказала Муми мама, — потом началось это…
Внезапно веранда задрожала от порыва ветра. Хлынул дождь.
— Каково то плыть по морю в такую ночь, — пробормотал папа словно про себя.
— Ну а мой папа как же? Юксаре? Что с ним сталось? И что было с мамой? — спросил Снусмумрик.
— А со Шнырьком? — крикнул Снифф. — Куда ты дел моего единственного папу? Уж я не говорю про его коллекцию пуговиц и про зверюшку Сос!
На веранде наступила тишина.
И тут, именно в самый важный для всей этой истории момент, в дверь постучали. Раздались три сильных, коротких стука.
Муми папа вскочил.
— Кто там?
Кто то басом ответят:
— Отвори! Ночь мокрая и холодная!
Муми папа широко распахнул дверь.
— Фредриксон! — крикнул он.
И на веранду действительно вошел Фредриксон, стряхнул с себя капли дождя и сказал:
— Привет! Привет! Не сразу мы вас нашли.
— Ты ни капельки не постарел! — восторженно воскликнул Муми папа. — Ах, как замечательно! Ах, какая радость!
Тут послышался глухой голос:
— В такую роковую ночь забытые кости стучат громче, чем когда либо! — И из рюкзака Фредриксона, приветливо улыбаясь, выползло привидение собственной персоной.
— Добро пожаловать! — сказала Муми мама. — Не хотите ли кофе?
— Спасибо, спасибо, — отвечал Фредриксон. — Чашечку мне и чашечку привидению. И еще несколько чашечек для тех, кто еще за дверью.
— А там еще кто нибудь? — спросила Муми мама.
— Родители пришли. Только они вроде как стесняются.
Снифф и Снусмумрик выбежали прямо под дождь, а там стояли их папы и мамы! Они мерзли, но ужасно стеснялись, оттого что так долго не давали о себе знать. Там стоял Шнырек и держал за лапку зверюшку Сос, а еще стояли большие чемоданы с коллекцией пуговиц. Тут же были Юксаре с погасшей трубкой во рту, и растроганная до слез Мюмла мама, и Мюмла, и тридцать четыре малыша Мюмлы мамы, и, конечно, малышка Мю (которая нисколечко не подросла). И когда они все вместе поднялись на веранду, стало так тесно, что стены ее выгнулись наружу.
Эту ночь невозможно описать!
Такого количества вопросов, восклицаний, объятий, объяснений и чашек кофе еще не видела ни одна веранда, а когда папа и мама Сниффа начали раскладывать пуговицы по сортам и тут же подарили сыну половину коллекции, поднялась такая суматоха, что Мюмла мама собрала своих детей и стала прятать их по шкафам.
— Тихо! — прикрикнул на них Фредриксон. — Завтра…
— Завтра… — повторил Муми папа с юношеским блеском в гдазах.
— Завтра мы снова отправляемся на поиски Приключения! — объявил Фредриксон. — Мы улетаем на «Морском оркестре»! Все вместе. Мамы, папы и дети!
— Не завтра, а уже сегодня! — уточнил Муми тролль.
И туманной предрассветной ранью вся компания высыпала в сад. На востоке небо уже чуть посветлело в ожидании восхода солнца, а оно уже было готово вот вот взойти. Ночь кончалась, и все очень хотело начаться сначала.
Распахнулись новые ворота в Невероятное и Возможное. Начался Новый День, когда все может случиться, если ты не имеешь ничего против этого.
— Ах, потом… — Папа сделал неопределенный жест, подразумевавший дом, семью, сад, Муми дол, вообще все, что идет следом за молодостью.
— Дорогие дети, — робко сказала Муми мама, — потом началось это…
Внезапно веранда задрожала от порыва ветра. Хлынул дождь.
— Каково то плыть по морю в такую ночь, — пробормотал папа словно про себя.
— Ну а мой папа как же? Юксаре? Что с ним сталось? И что было с мамой? — спросил Снусмумрик.
— А со Шнырьком? — крикнул Снифф. — Куда ты дел моего единственного папу? Уж я не говорю про его коллекцию пуговиц и про зверюшку Сос!
На веранде наступила тишина.
И тут, именно в самый важный для всей этой истории момент, в дверь постучали. Раздались три сильных, коротких стука.
Муми папа вскочил.
— Кто там?
Кто то басом ответят:
— Отвори! Ночь мокрая и холодная!
Муми папа широко распахнул дверь.
— Фредриксон! — крикнул он.
И на веранду действительно вошел Фредриксон, стряхнул с себя капли дождя и сказал:
— Привет! Привет! Не сразу мы вас нашли.
— Ты ни капельки не постарел! — восторженно воскликнул Муми папа. — Ах, как замечательно! Ах, какая радость!
Тут послышался глухой голос:
— В такую роковую ночь забытые кости стучат громче, чем когда либо! — И из рюкзака Фредриксона, приветливо улыбаясь, выползло привидение собственной персоной.
— Добро пожаловать! — сказала Муми мама. — Не хотите ли кофе?
— Спасибо, спасибо, — отвечал Фредриксон. — Чашечку мне и чашечку привидению. И еще несколько чашечек для тех, кто еще за дверью.
— А там еще кто нибудь? — спросила Муми мама.
— Родители пришли. Только они вроде как стесняются.
Снифф и Снусмумрик выбежали прямо под дождь, а там стояли их папы и мамы! Они мерзли, но ужасно стеснялись, оттого что так долго не давали о себе знать. Там стоял Шнырек и держал за лапку зверюшку Сос, а еще стояли большие чемоданы с коллекцией пуговиц. Тут же были Юксаре с погасшей трубкой во рту, и растроганная до слез Мюмла мама, и Мюмла, и тридцать четыре малыша Мюмлы мамы, и, конечно, малышка Мю (которая нисколечко не подросла). И когда они все вместе поднялись на веранду, стало так тесно, что стены ее выгнулись наружу.
Эту ночь невозможно описать!
Такого количества вопросов, восклицаний, объятий, объяснений и чашек кофе еще не видела ни одна веранда, а когда папа и мама Сниффа начали раскладывать пуговицы по сортам и тут же подарили сыну половину коллекции, поднялась такая суматоха, что Мюмла мама собрала своих детей и стала прятать их по шкафам.
— Тихо! — прикрикнул на них Фредриксон. — Завтра…
— Завтра… — повторил Муми папа с юношеским блеском в гдазах.
— Завтра мы снова отправляемся на поиски Приключения! — объявил Фредриксон. — Мы улетаем на «Морском оркестре»! Все вместе. Мамы, папы и дети!
— Не завтра, а уже сегодня! — уточнил Муми тролль.
И туманной предрассветной ранью вся компания высыпала в сад. На востоке небо уже чуть посветлело в ожидании восхода солнца, а оно уже было готово вот вот взойти. Ночь кончалась, и все очень хотело начаться сначала.
Распахнулись новые ворота в Невероятное и Возможное. Начался Новый День, когда все может случиться, если ты не имеешь ничего против этого.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
Страница 37 из 37
