Милания

— Ты сегодня достиг того, что не легко сделать, смог настроить себя на волну видения того, что не может видеть каждый! Ты сейчас находишься в особом состоянии, в состоянии тонкого осязания, — она замолчала. Но он, нагрузивший свой мозг познаниями различных магий, легко согласился с выдвинутой идеей Милании.

— Ну, так и что? — с широко раскрытыми глазами взглянул он на неё.

— А то! — она начала ходить по гостиной, чуть разведя руки и растопырив пальцы рук, словно маг. — Сколько лет твоему дому?

— Не знаю точно, — начал скоропалительно говорить он, — но он был перестроен.

— Перестройка не важна, — важна закладка дома, его фундамент, его подвал!

— Зачем тебе это? Фундамент действительно стар. На его основе был построен новый дом, которому, лет двадцать. Но если тебе важна закладка дома, его первое построение, то, это… не знаю, но основе более ста лет.

— Что? — Милания замерла. — Более ста лет?! — Она уставилась в пол.

— Что? Что? Что же, наконец, не молчи! — взорвался он.

— Ах, оставь меня. С твоей сегодняшней галлюцинацией…

— Что? Что? Что?! — выкрикнул он.

— То! Что сегодня, ты достиг редкого состояния… и если бы ты был согласен…

— Милания хватит говорить загадками. Как я понимаю, ты хочешь сейчас с помощью моего особого состояния сознания проникнуть куда-то в… глубины…

— Да, — шёпотом протянула она. — Такое бывает, мне кажется, раз.

— Ты — особенная женщина! И хоть ты всё мне логично объясняешь… и я готов пойти за тобой и чего-то там попробовать… я, всё же, хочу ещё раз проверить… Ты останешься здесь. А я пойду и ещё раз посмотрю. За угол гаража! — Он глянул на неё в упор. Милания никак не отреагировала на его выпад, но ему показалось, что край его зрения ухватил вспышку пламени в почти прогоревшем камине.

Его проверка не принесла результата. Он никого не нашёл, и не обнаружил даже малейших признаков состоявшегося убийства в том месте.

Вернувшись, он виновато улыбался.

— Ну что ты мучаешься? Эх ты! Ладно. Я, хоть ты меня уже довольно сильно обидел подозрением, попробую доказать тебе, что у тебя, сейчас, редкостное состояние. Твой дом, говоришь, стоит уже более ста лет? Да, да, я помню, лишь подвал… Но это не важно. Призраки, приведения живут именно там, — в подвалах.

— Что ты хочешь?

— Я сейчас докажу тебе, что ты можешь видеть тонкие материи! И виденный тобою мертвец с топором в голове, был, скорее всего, призрак. Возможно фрагмент давней трагедии произошедшей здесь.

— Хм. Ты полагаешь, здесь когда-то произошло убийство? Сколько магий не перепробовал — ни разу не видел чего-либо тонкоматериального.

— Ну как же, ведь ты летаешь в этом состоянии на другую планету.

— Я в этом ещё не уверен. А человек с топором в голове… нет, я же видел его в баре.

— Он преследовал, вероятно, не тебя, а бывшего хозяина. Всё что ты видел, было повторение, когда случившегося.

— Сейчас ты сможешь увидеть тонкоматериальное, и может опять того типа, но полётов я тебе не обещаю.

— Пусть так. Давай попробуем! Что нужно для этого?

— Нужен слабый свет, то есть, свечи, и что-нибудь вроде мела, чтобы очертить круг.

Выслушав, он сорвался с места, пообещав принести всё необходимое.

Когда он вбежал в комнату с канделябром в руке, то заметил как Милания что-то быстро убрала в сумочку потом стала наливать в фужеры, предлагая ещё раз выпить перед сеансом «сверхвидения».

Он был уже в полной её власти, не замечая ничего опасного. А так как уже несколько лет занимался изучением особых состояний мозга и попытками проникновения в запредельные области и необычное, на первый взгляд, предложение Милании, только разожгло интерес.

Мела в доме не оказалось и проблему разрешили, очертив круг, диаметром примерно три метра, выдавив из двух тюбиков зубную пасту. Камин к этому времени уже прогорел, а Милания к тому же ещё затушила все кроме одной свечи в канделябре. Она раскрыла настежь дверь в гостиную и поставила стул в центр очерченного круга. Примерно в метре от стула, внутри круга, Милания установила канделябр.

— Садись, — скомандовала, она.

Он послушно сел.

— Нет, это не то. Я же не маг и не волшебник, — я только слышала, что-то где-то. Теперь я вспомнила, — принеси ещё одну свечу.

Он выполнил её просьбу, принеся ещё один канделябр.

И так, две свечи были установлены практически по краям круга, но на одинаковом отдалении от сидевшего в центре. Свечи маячили в углах его зрения. Он же, по указаниям Милании, должен был смотреть строго прямо, в проём открытой двери, ведущей в коридор:

— Сиди, не двигаясь и смотри туда, в черноту дверного проёма… Оно появится оттуда…

— Что?

Милания продолжила объяснения, не обращая внимания на его восклицание:

— Чтобы не произошло, что бы ты ни увидел, ты должен оставаться здесь, в кругу. Пока ты в кругу, — ты в безопасности. Помни, — чтобы не произошло, ты должен оставаться в кругу! Какое бы оно ни было! В кругу! Если ты в кругу, — ты в безопасности!

Плавая в чарующих тембрах её голоса, он заражался игрой.

— Милания, меня чарует… я… я… даже боюсь, для себя боюсь, это произнести.