Мне не нужен мир

— Мальчик слишком мал, чтобы путешествовать так часто, — возразил Варис.

— Должно быть, девочка была достаточно взрослой для этого? — Рейгар, наконец, отвернулся от яиц и посмотрел на крошку. Она уверенно стояла на ногах, но держалась рукой за пальцы Визериса. Когда Рейгар сделал шаг в ее сторону, она спряталась за ногами младшего из братьев.

— Он твой брат, — сказал Визерис, обернувшись к ней. Голос его был таким же красивым, как лицо. Роберт слышал, что Безумный Король прячет в замке драгоценность, но никогда не понимал смысла этих слов. Если в мире был кто-то более красивый, чем Рейгар, им был Визерис. Роберт с тоской подумал о том, какой красивой вырастет их сестра. Возможно, из-за нее разразится война страшнее той, что принесла Лианна. Красивые женщины начали вызывать у него головную боль.

Дейенерис была слишком маленькой, чтобы понять слова Визериса, но все равно высунулась из-за колен. Рейгар остался на большом расстоянии и улыбнулся ей.

— Разреши мне вернуть Эйгона, — сказал Коннингтон, разрушив эту улыбку. Рейгар перевел на него внимательный взгляд — он был недоволен.

— Разве разумно подвергать ребенка такой опасности? — спросил Варис.

— Там он в большей опасности, — отрезал Коннингтон.

— Мой дорогой Джон, — Рейгар разозлился, — вот почему твоя компания становится опасной, когда речь заходит о важных вещах. Неужели ты думаешь, Иллирио отдаст тебе мальчика, если ты явишься к нему на порог? Эйгон — заложник.

— Дай мне людей, — Коннингтон не отступал.

— Выйди, — Рейгар указал рукой на дверь. Роберт смотрел на Джона и надеялся, что никогда не выглядел таким же глупым в глазах Рейгара. Неужели Коннингтон не видит, что этот разговор причиняет Дракону боль? Они забрали его сына, и теперь он у них в руках. Если он будет вести себя необдуманно, у них останется законный наследник. Даже если Рейгар поднимет Семь королевств и отправится штурмовать Вольные Города Эссоса, Эйгон будет последним, кого ему удастся спасти.

Дейенерис опять спряталась за ногами Визериса и на сей раз заплакала. Ее голос был тихим, и Роберт заметил, что она пытается сдержать громкий крик.

Коннингтон не посмел остаться, и когда дверь за ним закрылась, Роберт почувствовал надежду. Еще несколько подобных выходок, и Джон будет не нужен. Он хороший воин и хороший советчик, но когда дело доходит до судьбы Рейгара, он становится слеп. Возможно, его изгнание в Эссос было не самым дурным поступком Эйриса.

— Надеюсь, вы понимаете, что мы действовали из лучших побуждений, — сказал Варис. — Если вы окажетесь в опасности, ваш сын должен занять трон, принадлежащий ему по праву. Нельзя допустить повторения прошлых ошибок.

— В таком случае вы зря отдали мне девочку, — ответил Рейгар, возвращаясь к шкатулке. Пальцы его коснулись каменной скорлупы. — Впрочем, молчите, я понял. Вам не нужна девочка. Вы не хотите, чтобы Эйгон взял в жены дракона. Вы хотите заключить еще один мерзкий союз. Кого вы нашли для него? Очередную дорнийку? Или теперь вы хотите прибрать к рукам весь мир? Может быть, шлюху из Лиса?

Роберт прошел к столу и положил ладонь на плечо Рейгара — нужно было заставить его замолчать. Варис опасен, нельзя позволять ему увидеть, что удар достиг своей цели, он и так видел достаточно.

— Что ж, лучше мне заняться своими делами, — подытожил Паук. Роберт сжал пальцы на плече Рейгара — тот ничего не ответил, и Варис в полной тишине покинул комнату.

— Я ненавижу их, — прошептал Рейгар. — Ненавижу их всех. Моя единственная надежда здесь, — пальцы его коснулись по очереди трех скорлупок.

Визерис тоже подошел к столу — он поднял на руки маленькую Дейенерис, и теперь вчетвером они смотрели на темную шершавую поверхность яиц.

— Драконов не было уже много лет, — сказал Роберт.

— Если я не смогу найти способ, лучше мне вернуться в клетку, — сказал Рейгар.

— Дени они очень нравятся, — заметил Визерис. — На корабле она возилась с ними все время.

— Пусть пока остаются у вас, — Рейгар развернулся и пошел к двери в соседнюю комнату — там была спальня, где он оставался с Коннингтоном раньше. Роберт видел их несколько раз, но не мог заставить себя зайти внутрь. Теперь Рейгар позвал его жестом.

Визерис и Дени остались за их спинами, и когда дверь закрылась, Рейгар начал молча снимать одежду. Затем он лег на постель и позвал Роберта.

— Внизу все было понятно, — сказал он. — Я знал, что умру, и жизнь была простой. Я голодал, мне было холодно, а синяки не успевали зажить, но мне не нужно было думать обо всем этом.

Роберт понял — Рейгар стал такой же марионеткой, он тоже играл свою роль для тех, кто оказался умнее. И пусть у них не было прав на престол, пусть они не смогли бы даже приподнять его доспех, все же именно они держали его за горло.

— Знаешь, ведь я думал, он — тот, кто исполнит пророчество. Но он — наполовину дорниец. Если я пожертвую им, мои руки будут свободны. Дени вырастет, у нее появятся дети.

— Ты не настолько жесток, — сказал Роберт, хотя не был уверен в своих словах.