Заходи скорей домой.
1 мин, 12 сек 4592
Ученик мой молодой, Ты ведь знаешь — я слепой.
Нагло пахнущий мочой.
Я очнулся посреди ветхого дома. Заливший стену мрак строил причудливые тени.
Я протер неумытые глаза, а затем решил выпить стакан горячего молока.
По пути в кухню, я увидел маленького человека, походившего на гнома. Залившая комнату луна позволяла разглядеть в его руках сверкающий нож. Я взвизгнул как девчонка. Затем, услышав меня, гном бросился мне в шею и вспорол горло. Кровь разлилась по всей комнате. Я понял, что задыхаюсь. Он вонзил нож мне в глаз, затем схватив пальцами передние зубы — вырвал их. Я стал орать, но эта тварь отрубила мне язык моими же зубами. Но причем тут язык? Я продолжал вопить, пока в глазах не потемнело и я не умер. Я оказался молодым учеником, а он — нагло пахнущим мочой. Он был слеп, а я криклив. После этого я попал в ад, где жгучие языки пламени охватывали меня.
Заходи скорее в огонь.
И почувствуй эту вонь.
Запах черных, грязных тел.
Чтобы ты всегда горел.
Что делать? Как быть? Я знал, что сейчас песня закончится и придет боль.
Я рванулся в темноту, которая проглатывала меня. После этого раздался смех.
Ты беги, беги родной.
Занимайся ерундой.
Услышишь жалкий, прямой вой.
Знай, не помочь ему борьбой.
После этого я загорелся…
Это ждет всех!
Каждый прогорит, никогда он не простит, Поразивший его стыд, который только навредит.
И тогда он вопросит — сам с собой заговорит:
Что же сделал я плохого?
Ничего…
А это ждет всех, молодой ученик!
Нагло пахнущий мочой.
Я очнулся посреди ветхого дома. Заливший стену мрак строил причудливые тени.
Я протер неумытые глаза, а затем решил выпить стакан горячего молока.
По пути в кухню, я увидел маленького человека, походившего на гнома. Залившая комнату луна позволяла разглядеть в его руках сверкающий нож. Я взвизгнул как девчонка. Затем, услышав меня, гном бросился мне в шею и вспорол горло. Кровь разлилась по всей комнате. Я понял, что задыхаюсь. Он вонзил нож мне в глаз, затем схватив пальцами передние зубы — вырвал их. Я стал орать, но эта тварь отрубила мне язык моими же зубами. Но причем тут язык? Я продолжал вопить, пока в глазах не потемнело и я не умер. Я оказался молодым учеником, а он — нагло пахнущим мочой. Он был слеп, а я криклив. После этого я попал в ад, где жгучие языки пламени охватывали меня.
Заходи скорее в огонь.
И почувствуй эту вонь.
Запах черных, грязных тел.
Чтобы ты всегда горел.
Что делать? Как быть? Я знал, что сейчас песня закончится и придет боль.
Я рванулся в темноту, которая проглатывала меня. После этого раздался смех.
Ты беги, беги родной.
Занимайся ерундой.
Услышишь жалкий, прямой вой.
Знай, не помочь ему борьбой.
После этого я загорелся…
Это ждет всех!
Каждый прогорит, никогда он не простит, Поразивший его стыд, который только навредит.
И тогда он вопросит — сам с собой заговорит:
Что же сделал я плохого?
Ничего…
А это ждет всех, молодой ученик!
