Монстр

Черт! Запнувшись о выступающий корень, я потерял равновесие. Сердце остановилось: на меня медленно летит мохнатая туша. Поднимая вооруженную руку, стараюсь направить ее прямо на ощеренную пасть. Не сдержавшись, зажмуриваю глаза — нет сил смотреть на приближающуюся смерть. Сильный толчок в плечо, нож встретился с псом. Тело перекручивает, и я падаю. Громкий треск толи костей, толи веток. Меня протаскивает по земле. По крайней мере, в этот раз умру быстро. Левое бедро взрывается болью. Мотая башкой, эта тварь пытается вырвать кусок мяса из моей ноги. Внезапно сила чьей-то смерти бьет по нервам. Раскрытые от неожиданности глаза сквозь мутную пелену выхватывают отдельные куски. Склонившаяся надо мной псина рвет плоть и, похоже, даже не собирается добивать.

— Ты что так и будешь жрать меня живьем су… ааАА!! — Чудом не вылетевший из руки нож попадает прямо в ушную впадину. — Ррраааа!!— Сжатые в судороге клыки вонзаются еще глубже. Волна силы, свидетельствующая о том, что пес мертв, прошла уже давно, но сталь все равно продолжает превращать его голову и шею в месиво.

Судорожно дыша, опускаю затылок на землю.

— Ну что, успокоился?— Голос кузнеца стал полной неожиданностью. Момент его появления я пропустил. Стало понятно, почему меня еще не порвали на куски. Присаживаясь возле полыхающей ноги, он недовольно осматривает вцепившуюся в меня мертвой хваткой пасть.

— Эх, такие штаны испортил!— Что?! Вскидываюсь от возмущения. Меня тут уби…

— Вууууу… ааа!!— Резким ударом он ломает нижнюю челюсть пса, вот только его зубы до сих пор находятся в ране. Просунув что-то сквозь пасть, кузнец рывком отрывает голову от моей ноги. Переливчатый вой проносится по лесу. В голове поселился густой туман, глаза начинают подводить меня, звуки и запахи причудливо смешиваются, произвольно усиливаясь, или полностью исчезая. Я давно потерял счет времени. Сколько еще будет длиться этот бред?! Меня то бьет светом, то оглушает тьмой. Мир то вращается, отрывая от земли, то, замирает, со всего маху бросая спиной вниз. Концом мучений настал, когда горлышко знакомой фляги прижалось к губам. Понемногу глотая живительную влагу, возвращаюсь в реальности.

— Полежи еще пару минут. Рана скоро закроется. — Повернув голову, я смотрел, как кузнец моет испачканные крови руки и лицо. Перевожу взгляд на себя, нда, такие штаны испортил. Наскоро вырезанный кусок материи неправильной формы оголял две трети бедра, оставляя от штанины одно название. Открытый участок ноги производил впечатление: синюшная кожа, испачканная грязью, слюной и кровью. Отчетливые следы укуса в нескольких местах были перечеркнуты глубокими разрезами ножа. Сволочь поганая, еще и свои зубы во мне оставила. Давлю неуместное желание совершить какую-нибудь глупость.

А рана действительно затягивалась очень быстро. Сочащиеся ручейки сукровицы иссякают на глазах, один за другим. Осторожно нажимая подушечками пальцев, ощупываю пострадавшее место. Нога отзывается легкими покалываниями, не идущими ни в какое сравнение с тем, что мне довелось испытать. Аккуратно поднимаясь, хромаю к ручью.

— Уходить нам нужно, и как можно скорее. Где то рядом бродит стая, не стоит попадаться ей на пути.

— А есть место, где можно спрятаться?— Сколько же надежды прозвучало в моем голосе. — И желательно поближе, эти твари шли прямо по нашим следам.

— Множество и по всему лесу, — он задумался, — но все для нас бесполезны. Для начала их нужно будет найти, а потом … нет не станут землянки серьезным укрытием.

Бл… ь! Слова кузнеца ножом режут по сердцу, укрыться не получиться. То, что происходит сейчас можно назвать везением: ведь смерть прошла мимо лишь один раз. Из глубин памяти всплыла фраза мальчишки: «Рикет врет, что тут нежить есть»

— Куда тогда делась вся нежить?— Предчувствия противной тяжестью сдавливают голову. — Ты говорил, что ее тут много развелось в последнее время.

— Как раз это мне понятно — псы их погрызли. Небольшая, голов десять — пятнадцать, стая, обычно, рвет мертвяков округе на день пешего пути примерно за неделю.

— Давно барон уехал?

— Одиннадцать дней назад.

— То есть вся нежить пропала в промежутке около шести суток. — Подвел я нехитрые расчеты. — Тела восстают дважды?

— Да им без разницы сколько раз подниматься! Пока кости не размолотит в пыль, это будет повторяться вечно. — Скорее всего, с призраком псы ничего не смогли сделать, а калека скелет точно был их работой.

— Погоди, получается стая уже выжрала все что можно…

— И почуяла новую добычу — нас!— Рывком поднимаясь, закончил он фразу.

Хрипло дыша, мы неслись по лесу и в этот раз кузнец не щадил ни себя ни меня. Забыв про отдых и перекус, проламываемся прямо сквозь чащу и заросли. Царапаясь о ветви, поскальзываясь на траве, не по разу спотыкаясь и падая, ломимся вперед, спасая свою жизнь. Наконец настало это желанное время, когда мы переходим на шаг.

— Далеко там еще?

— К восходу должны успеть.

— Куда успеть?! — Чертова беготня! Как меня все бесит. Проклятье! Да я чувствую удавку, туго стягивающуюся на шее.

— В город…