Монстр

— Успокоится?! Ты серьезно? Я видел, что лежало во дворе, и ты это видел. Да немертвые просто откармливались, как зайцы на грядке. Они все затмение рубили поднявшихся, раз за разом. Там же от костей одни осколки остались! Сколько раз тела поднимались десять, двадцать, сотню? И били не абы кого — големов! Все себе представляют то количество силы, что успели выжрать немертвые? Вдумайтесь, пять десятков некро-воинов… да нас бы порвали в клочья, встреться мы с ними лицом к лицу!

— Не порвали бы — у нас сильные, закаленные в битвах с нежитью солдаты, но, как минимум, две трети мы бы потеряли. — Почесывая щетину разрядил обстановку другой воин. Горькие усмешки разрезали губы: жизнь научила трезво оценивать свои силы.

— И что в итоге? Обескровленная горстка, полная калек — смертники!

— Честно говоря, мы и сейчас не слишком далеко ушли от этого. Когда я говорил, что договор будет похоже на кабалу — я был не прав — это петля, удавка, безжалостно сжимающая шею приговоренного!— Вступил в разговор еще один из «молодых».

— Только хилая торговля, обеспечиваемая этими бумагами, позволяет нам не передохнуть с голоду! Пашен нет, рыбы нет, охота за зверем превращается в забег с нежитью…

— Да какая к коровьей матери торговля?! Не подпишись мы на этот проклятый союз все пошло бы по-другому! — Сквозь горькую ненависть слов, была слышна безумная усталость…

— Друзья. Друзья! — Герцог привлекает внимание разошедшихся соратников. — Мы уже совершили ошибку, приняв то решение и те условия! Поспешив в прошлом, мы подвели своих вассалов! И я не желаю повторять эту ошибку снова…

Из-за стола поднимается молодой полный сил мужчина, но его виски уже побиты ранней сединой, а глаза погасли под гнетом проблем и больше похожи на стекло.

— Чем бы мы ни думали тогда, что бы ни говорили сейчас — выход из союза будет означать конец, быстрый и беспощадный…

— Да мы и так затыкаем прорывы только своими телами, их войска не собираются помогать нам!— Возражают ему с противоположного края.

— Придет ли помощь или нет — это не известно ни мне, ни вам: надежда еще есть. Разрыв договора — означает отказ даже от этой надежды. Семь сотен бойцов на такую территорию — практически ничто! Это знаю я, знаете вы… и знают они.

— Не просто знают, — поддержал друга еще один представитель старшего поколения вздумай мы отделиться, внутренние области, видящие, в основном, стихийных немертвых тут же ударят в спину.

— Кому-нибудь напомнить, сколько городов пало в последние годы? А если посчитать и деревни?! Не говоря о жизнях тех, что клялись нам в верности.

— Если мы ничего не сделаем уже сейчас, то нас уничтожат… поголовно, рано или поздно.

— Значит придется переселять людей… и вооружать. Мужчин, женщин, детей — всех. Кто-то не дойдет, кто-то умрет, кого-то сожрут. Но те, кто выживет, смогут бороться и жить дальше. Демоны с землями: пусть войска союза сами разбираются с лезущими сквозь пустые земли толпами нежити.

Три одобрительных голоса поддержали говорящего. Герцог, выдерживая небольшую паузу, что-то прикидывал в голове. А затем взял слово:

— Я выслушал вас и услышал. Вы давно заметили, как над землей назревает нечто… настораживающее. Нечто, что заставляет чувство опасности вопить, как оглашенное, и от чего желаешь не то, что по нужде ходить в боевой броне, но и на девку лезть. Непонятная сила, которая наделена страшным разумом. Она всегда бьет в самый неподходящий момент, всегда безжалостно и неумолимо. От нее пахнет кровью, гнилью и смертью, остро заправленных пеплом. Но она никогда не давит до конца, давая передышку перед следующим, еще более чудовищным ударом.

Так вот. — Подводя итог. — Удар был нанесен!— Жестом очерчивает город. — Передышка получена!— Кивок в сторону двора. — Время утекает!

— Мы уходим. До следующего восхода все поселения должны быть оповещены об этом. Люди северо-запада, запада сбор в этом могильнике со всем возможным скрабом, припасами и главное зерном. Юго-запад, юг уходят в город на том берегу реки. Юго-восток, восток — пусть уносят ноги, забирая лишь самое необходимое.

— Хорошо. — Не все были согласны, но таково было решение большинства.

— По текущей ситуации. Кто-нибудь выжил?

— Несколько деревенских Арстона, его младший. Из городских — только то, что осталось от отряда Тирая. Многие еще не пришли в себя после произошедшего. — Доложил подошедший воин. — Говорят, им помог один из проклятых, что сидит сейчас во дворце.

— Что?!— От единого возгласа покачнулось пламя свечей.

— … последнее время эти твари появляются чаще и чаще…

— … неужели? Помог просто так?!

— Я бы не отказался от десятка из них в своем отряде… — Заметив скрестившиеся на себе взгляды, он продолжил. — А что? Огромная мощь, способность к выживанию в чудовищных условиях и их сила… — Мечтательный голос резанула сталь, — жаль она сводит их с ума слишком быстро!

— Эта полу-нежить слишком опасна! Не скованная в глубоком подвале, она слишком быстро становится зависимой, теряя человеческий облик и разум!— Хрипит второй ветеран.