Мрачная легенда Снежного Города

Бантин и Влассакис во время следствия отрицали свою причастность к смерти Томаса Тревильяна, пытаясь убедить сотрудников «Диаграммы» в том, что тот действительно покинул их во время поездки вечером 4 ноября и был при этом абсолютно здоров. Однако, истина была установлена благодаря хорошей памяти Спайридона Влассакиса, который несколько раз слушал от начала до конца россказни Бантина об обстоятельствах убийства. Влассакис никогда не был на месте преступления, однако, продемонстрировал знание специфических деталей ландшафта и расположение ориентиров относительно существовавшего там поворота дороги. Он настолько подробно описал этот район, что погрешность в определении расположения дерева, на котором был повешен Тревильян, составляла менее 100 м. Подобная осведомлённость Влассакиса, хорошо запомнившего рассказы Бантина, однозначно свидетельствовала о том, что и сам Бантин знал истинные детали места преступления и его рассказ о повешении не являлся мистификацией.

Следующее преступление Бантина и Вагнера оказалось в значительной степени неожиданным для Влассакиса и сильно потрясло его. Жертвой убийц стал 31-летний Гэвин Портер (Gavin Porter, в некоторых документах сообщается, что на момент убийства ему исполнилось 29 лет), человек, которому Влассакис очень симпатизировал и которого он сам же и пригласил пожить в собственном доме. Гэвин в прошлом был военнослужащим, из армии был комиссован по причине развившейся у него мучительной экземы, что было сочтено профессиональным заболеванием (с назначением соответствующей пенсии, как может догадаться проницательный читатель). Гэвин был героиновым наркоманом, на этой почве получил гепатит, мучивший его посление годы в жизни — в общем, к 1998 г. этот молодой ещё мужчина превратился в настоящую развалину.

Осенью 1997 г. Спайридон Влассакис, баловавшийся до того легкими наркотиками, подсел на героин. Однако, он быстро сообразил, что это пристрастие чревато большими неприятностями и отправился на курсы анонимного лечения, где и сошёлся с Портером. Последний посетовал на то, что ему негде жить и Влассакис без особых колебаний предложил Гэвину перебраться в его дом, где тогда жили сам Влассакис, его мать Элизабет Харви и Джон Бантин. Гэвин на свою беду согласился, что и стоило ему в конечном итоге жизни.

Портер прожил в доме Влассакиса примерно 3 недели, возможно, чуть более. Чем именно он вызвал недовольство Бантина понять невозможно, Бантин прекрасно ладил с Портером, всегда дружелюбно и лояльно с ним общался. Гэвин старался не давать поводов для недовольства собою — он был услужлив, внимателен и доброжелателен.

Убийство произошло в один из апрельских вечеров 1998 г. во время отсутствия Спайридона Влассакиса. Тот отправился в театр посмотреть авангардную постановку «Гамлета» — это было едва ли не единственное культурное мероприятие в его жизни — и по возвращении домой поздним вечером его встретили Бантин и Вагнер. Они пригласили Спайридона в гараж во дворе и показали ему автомашину Портера, в багажнике которой находилось тело самого Портера. На его шее Влассакис рассмотрел широкую багровую полосу — след душения верёвкой. Вагнер пояснил, что набросил удавку на шею Портеру, надеясь запугать его и добиться подчинения, но Гэвин бросился на Бантина, ударил его кулаком и Вагнеру пришлось затянуть верёвку. Объясняя мотив нападения, Вагнер выразился в том духе, что убитый «был грязным наркоманом и теперь ему придётся поработать на нас». Другими словами, преступники предполагали воспользоваться пенсией Портера.

К апрелю 1998 г. тела Барри Лэйна и Майкла Гардинера уже находились в пластиковой бочке, которая в свою очередь помещалась здесь же в гараже. Труп Портера пролежал некоторое время в багажнике его автомашины, но спустя несколько дней после убийства Бантин привёз новую пластиковую бочку и засунул в неё тело. Примечательно, что впоследствии останки Портера оказались найдены в двух бочках — это ясно указывает на то, что преступники извлекали трупы, расчленяли и максимально «уплотняли» их с целью возможно полного использования объёма бочек. Влассакис вспоминал, что Бантин, поставив вторую бочку рядом с первой, открыл крышку последней и воскликнул:«как же приятно они гниют!»(дословно«they're rotting very nicely!»).

Портер до такой степени доверял Влассакису, что несколько раз передавал ему свою банковскую карту и просил обналичить имевшиеся на ней деньги. Именно поэтому никаких проблем с доступом к пенсионному счёту Гэвина у убийц не возникло. Они опустошили его счёт, но в мае случилась неприятность — социальная служба заморозила выплаты.