Многие сложные уголовные расследования начинаются буднично и почти незаметно — случайно появляется какая-то информация, не очень достоверная и надёжная, проводится проверка, порой даже без особого рвения и надежды на успех, а потом словно прорывается плотина и с разных сторон начинают приходить всё более шокирующие новости. К такому развитию событий подготовиться нельзя — это всегда неожиданность.
157 мин, 7 сек 11972
Джон Бантин, оказавшись в тюрьме, постепенно пошёл на контакт с криминальными психологами. Надо сказать, что после вынесения ему приговора, его доставили в самую мрачную австралийскую тюрьму — т. н. «Йятала прайзон» (Yatala prison) в Аделаиде. Это место известно строгим режимом содержания и своим контингентом, состоящим из самых жестоких преступников, склонных к совершению насильственных преступлений. А поскольку многие из них открытые гомосексуалисты, Бантину с его широко известными гомофобскими заявлениями пришлось там непросто. Видимо, мрачная тюремная обстановка определенным образом поспособствовала тому, что Бантину захотелось вдруг поговорить по душам с заинтересованным слушателем. Известно, что Бантин встречался в тюрьме со специалистами-психологами и сделал кое-какие любопытные признания.
Во время следствия и суда Джон Бантин категорически отрицал любые предположения о том, что его агрессивно-гомофобские взгляды обусловлены сексуальным насилием, жертвой которого он стал в детском или юношеском возрасте. Однако много позже он подтвердил правильность этой догадки и пояснил, что в возрасте 8 лет был изнасилован другом старшего брата. Активную половую жизнь он начал рано: когда Бантину исполнилось 15 лет от него забеременела его первая сексуальная подруга.
Рассказывая о своих юношеских увлечениях, Бантин признал, что любил и интересовался оружием, фотоделом, а также человеческой анатомией. В 20 лет — в 1986 г. — он устроился работать в крематорий и полученный там опыт обращения с трупами ему в дальнейшем очень пригодился. После этого он поработал забойщиком скота в мясоперерабатывающей компании и этот специфический труд окончательно сформировал комплекс садиста. Впоследствии Бантин учился на слесаря, надеясь отыскать доходную работу в автосервисе, но возня с железками ему показался совершенно неинтересной. Он ясно ощущал потребность убивать и видеть мучения жертвы и это желание не давало ему покоя. В возрасте 22 лет он убил бульдога товарища, совместно с которым арендовал дом, и содеянное понравилось ему. Примерно шесть лет Джон Бантин время от времени убивал собак и кошек с единственной целью получить удовольствие. Продолжалось это примерно до 1995 г., затем Бантин покончил с этим увлечением, поскольку оно могло сильно подпортить его репутацию, если бы стало известно знакомым — люди, как известно, не очень-то жалуют живодёров…
Уже после 2007 г., после того, как все попытки прокуратуры обвинить его в убийстве Сьюзан Аллен провалились, Бантин признал, что действительно убил её. По словам Джона преступление произошло в доме Сьюзан — женщина была задушена в собственной ванне и там же расчленена. Бантин внёс ясность и в другой вопрос, немало занимавший всех, кто так или иначе интересовался обстоятельствами совершенных им преступлений. Речь идёт о возможных пособниках преступной группы. Бантин сообщил, что деятельную помощь в совершении преступлений оказывали Элизабет Харви (мать Спайридона Влассакиса), Томас Тревильян и Барри Лэйн. Двое последних сами стали жертвами преступной группы. Элизабет Харви, как уже отмечалось выше, умерла собственной смертью от онкологического заболевания — никто из убийц её имени в период следствия не назвал (если быть совсем точным, Спайридон Влассакис согласился признать соучастие матери, но только под гарантию непривлечения её к отвественности). Согласно уверениям Бантина, все остальные лица, помогавшие группе (Фредерик Брукс, Джоди Эллиот, супруги Фримен и пр.), действовали сугубо из альтруистических побуждений и ничего не знали о совершаемых убийствах.
О том, насколько достоверно звучат эти утверждения предоставить читателю судить самостоятельно.
В сентябре 2012 г. здание бывшего банковского офиса по адресу Рэйлвэй-террас-вест, дом №25 и расположенный рядом дом с четырьмя спальнями были выставлены на продажу. Агент по торговле недвижимостью Найджел Кристи, проводивший сделку, заявил, что владелец этого имущества рассчитывает на его реализацию по «справедливой цене», которая должна начинаться от 200 тыс. австралийских долларов. Здание было открыто для осмотра потенциальными покупателями, причём за вход была установлена плата — 5 долларов с человека. Сообщение об этом событии, растиражированное в средствах массовой информации Южной Австралии, привлекло внимание общественности к Сноутауну и истории бывшего банковского офиса. В течение недели не менее 140 чел. приехали в Сноутаун с целью осмотреть здание. Вряд ли все они являлись потенциальными покупателями, скорее всего, подавляющее большинство этих людей просто желало прикоснуться к жуткой истории этого места и своими глазами увидеть то, что на многие годы стало самой большой криминальной сенсацией страны.
Во время следствия и суда Джон Бантин категорически отрицал любые предположения о том, что его агрессивно-гомофобские взгляды обусловлены сексуальным насилием, жертвой которого он стал в детском или юношеском возрасте. Однако много позже он подтвердил правильность этой догадки и пояснил, что в возрасте 8 лет был изнасилован другом старшего брата. Активную половую жизнь он начал рано: когда Бантину исполнилось 15 лет от него забеременела его первая сексуальная подруга.
Рассказывая о своих юношеских увлечениях, Бантин признал, что любил и интересовался оружием, фотоделом, а также человеческой анатомией. В 20 лет — в 1986 г. — он устроился работать в крематорий и полученный там опыт обращения с трупами ему в дальнейшем очень пригодился. После этого он поработал забойщиком скота в мясоперерабатывающей компании и этот специфический труд окончательно сформировал комплекс садиста. Впоследствии Бантин учился на слесаря, надеясь отыскать доходную работу в автосервисе, но возня с железками ему показался совершенно неинтересной. Он ясно ощущал потребность убивать и видеть мучения жертвы и это желание не давало ему покоя. В возрасте 22 лет он убил бульдога товарища, совместно с которым арендовал дом, и содеянное понравилось ему. Примерно шесть лет Джон Бантин время от времени убивал собак и кошек с единственной целью получить удовольствие. Продолжалось это примерно до 1995 г., затем Бантин покончил с этим увлечением, поскольку оно могло сильно подпортить его репутацию, если бы стало известно знакомым — люди, как известно, не очень-то жалуют живодёров…
Уже после 2007 г., после того, как все попытки прокуратуры обвинить его в убийстве Сьюзан Аллен провалились, Бантин признал, что действительно убил её. По словам Джона преступление произошло в доме Сьюзан — женщина была задушена в собственной ванне и там же расчленена. Бантин внёс ясность и в другой вопрос, немало занимавший всех, кто так или иначе интересовался обстоятельствами совершенных им преступлений. Речь идёт о возможных пособниках преступной группы. Бантин сообщил, что деятельную помощь в совершении преступлений оказывали Элизабет Харви (мать Спайридона Влассакиса), Томас Тревильян и Барри Лэйн. Двое последних сами стали жертвами преступной группы. Элизабет Харви, как уже отмечалось выше, умерла собственной смертью от онкологического заболевания — никто из убийц её имени в период следствия не назвал (если быть совсем точным, Спайридон Влассакис согласился признать соучастие матери, но только под гарантию непривлечения её к отвественности). Согласно уверениям Бантина, все остальные лица, помогавшие группе (Фредерик Брукс, Джоди Эллиот, супруги Фримен и пр.), действовали сугубо из альтруистических побуждений и ничего не знали о совершаемых убийствах.
О том, насколько достоверно звучат эти утверждения предоставить читателю судить самостоятельно.
В сентябре 2012 г. здание бывшего банковского офиса по адресу Рэйлвэй-террас-вест, дом №25 и расположенный рядом дом с четырьмя спальнями были выставлены на продажу. Агент по торговле недвижимостью Найджел Кристи, проводивший сделку, заявил, что владелец этого имущества рассчитывает на его реализацию по «справедливой цене», которая должна начинаться от 200 тыс. австралийских долларов. Здание было открыто для осмотра потенциальными покупателями, причём за вход была установлена плата — 5 долларов с человека. Сообщение об этом событии, растиражированное в средствах массовой информации Южной Австралии, привлекло внимание общественности к Сноутауну и истории бывшего банковского офиса. В течение недели не менее 140 чел. приехали в Сноутаун с целью осмотреть здание. Вряд ли все они являлись потенциальными покупателями, скорее всего, подавляющее большинство этих людей просто желало прикоснуться к жуткой истории этого места и своими глазами увидеть то, что на многие годы стало самой большой криминальной сенсацией страны.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 48 из 49
