Темнота обрушилась так неожиданно, что я даже ослеп на некоторое время, а в голове все еще оставался звон от гудения лампочки, которая сейчас уже не горела. Но мир, потерявший свои зрительные образы, для меня не исчез, не растворился в этой темноте, а более резко обозначил границы предметов и пространство между ними.
Удар о пол частично вернул меня к действительности происходящего и к тому, что я только что спасся от жуткого холода среди медленно плывущих колючих запахов, которые теперь меня больше не манили к себе.