Начало 90-х годов 19-го столетия для жителей Вятской губернии выдалось непростым. Два подряд неурожайных года сильно ударили по достатку крестьянских хозяйств, а двинувшаяся летом 1891 г. по Волге и Каме эпидемия тифа грозила выкосить все трудоспособное население. Чтобы помочь жителям края государство стало выдавать всем нуждающимся беспроцентные «хлебные ссуды». Полученное зерно м.б. потратить на посев или на пропитание; государство никак не ограничивало крестьян в этом вопросе, что, конечно же, явилось немалым подспорьем для нуждающихся людей.
78 мин, 24 сек 1307
Кто убил Конона Матюнина и с какой целью были вынуты его внутренности мы уже никогда не узнаем. Думается, что истина лежит там, куда указал этнограф Верещагин: нищий сделался жертвой суеверия, причём вовсе не вотяцкого. С уверенностью можно сказать, что Старых Мултанах он не ночевал; в ночь с 4 на 5 мая там был другой нищий. Последнюю ночь своей жизни Конон провёл в доме Санниковых в селе Кузнерка. Оттуда он ушёл засветло и после полудня 5 мая вполне мог оказаться между деревнями Анык и Чулья. Что с ним там случилось? кто и почему на него напал? ныне не знает никто. Однако, с уверенностью можно утверждать, что вотяки из Старого Мултана тут абсолютно ни при чём.
В ходе подготовки данного очерка автору стало известно, что и поныне в Удмуртии существуют предания о совершаемых местными жителями человеческих жертвоприношениях. Выросшие в тех местах русские рассказывают, что слухи об исчезновениях «замоленных» людей циркулировали и в 60-х, и в 80-х годах прошлого столетия, при этом никакая атеистическая пропаганда не могла побороть стойкого предубеждения русских в этом вопросе. Говорят, что практика человеческих жертвоприношений сохранилась в Удмуртии и поныне, но официальные власти всячески замалчивают подтвержадющие это факты, дабы не нагнетать противостояние в обществе.
В этой связи хочется заметить, что комментировать слухи, даже повторенные вполне уважаемыми людьми, дело не только неблагодарное, но и прямо бесмысленное. Оставим ветряные мельницы Дон-Кихоту, благо у него неплохо получалось сокрушать несуществующих врагов. Данный очерк отнюдь не претендует на роль всеохватного исследования, посвященного ритуальным убийствам в среде прикамских удмуртов. Мы лишь попытались проанализировать один, вполне конкретный, эпизод криминальной истории России. Что же касается ритуальных убийств, совершённых на территории Удмуртии уже в нынешнее время, то это вопрос к Генеральной прокуратуре Российской Федерации.
Завершая разговор об обвинении старомултанских вотяков в ритуальном убийстве Конона Матюнина, следует остановиться на ещё одном немаловажном моменте. Данное дело с лёгкой руки Короленко и писак коммунистической эпохи обычно представляется как своего рода образчик косности, тупости и продажности царского правосудия. Дескать, царизм разжигал национальную рознь и инспирировал подобного рода дела.
Согласиться с подобным суждением никак нельзя. Царизм не инспирировал подобные дела и не поощрял их. Думается, отдельные чины прокуратуры и полиции действительно рассчитывали использовать «мултанское дело» в личных интересах, однако, честолюбие и корысть отдельных служащих, стремящихся сделать карьеру на скандале, существовали во все времена, во всех странах и при любом строе. Это фундаментальные свойства личности, а вовсе не пороки общественной системы.«Мултанское дело» убедительно показало, что уже в первой половине 19-го столетия Российская Империя имела эффективный механизм правового регулирования, пожалуй, самый совершенный для того времени.
Примерно в то же время во Франции можно видеть позорное «дело Дрейфуса», связанное с подлогом, фальсификацией экспертизы, произволом власти. В тогдашних США на рубеже 19-20-го столетий можно насчитать десятки совершенно скандальных судебных решений, в той или иной степени затрагивающих интересы организованной преступности; этими решениями невинные люди приговаривались к самым суровым наказаниям, а настоящие преступники оправдывались. В «мултанском» же деле силой закона было дважды остановлено исполнение ошибочного решения суда. Причём сделано это было в интересах достаточно бедных людей, бедных до такой степени, что они даже адвоката не могли нанять и им приходилось воспользоваться услугами назначенного адвоката. Честь и хвала присяжному поверенному Дрягину и обер-прокурору Кони — это были были честные люди и компетентные юристы, но также честь и хвала российскому законодательству того времени, предоставившего в их распоряжение эффективную процедуру пересмотра ошибочных судебных решений.
В ходе подготовки данного очерка автору стало известно, что и поныне в Удмуртии существуют предания о совершаемых местными жителями человеческих жертвоприношениях. Выросшие в тех местах русские рассказывают, что слухи об исчезновениях «замоленных» людей циркулировали и в 60-х, и в 80-х годах прошлого столетия, при этом никакая атеистическая пропаганда не могла побороть стойкого предубеждения русских в этом вопросе. Говорят, что практика человеческих жертвоприношений сохранилась в Удмуртии и поныне, но официальные власти всячески замалчивают подтвержадющие это факты, дабы не нагнетать противостояние в обществе.
В этой связи хочется заметить, что комментировать слухи, даже повторенные вполне уважаемыми людьми, дело не только неблагодарное, но и прямо бесмысленное. Оставим ветряные мельницы Дон-Кихоту, благо у него неплохо получалось сокрушать несуществующих врагов. Данный очерк отнюдь не претендует на роль всеохватного исследования, посвященного ритуальным убийствам в среде прикамских удмуртов. Мы лишь попытались проанализировать один, вполне конкретный, эпизод криминальной истории России. Что же касается ритуальных убийств, совершённых на территории Удмуртии уже в нынешнее время, то это вопрос к Генеральной прокуратуре Российской Федерации.
Завершая разговор об обвинении старомултанских вотяков в ритуальном убийстве Конона Матюнина, следует остановиться на ещё одном немаловажном моменте. Данное дело с лёгкой руки Короленко и писак коммунистической эпохи обычно представляется как своего рода образчик косности, тупости и продажности царского правосудия. Дескать, царизм разжигал национальную рознь и инспирировал подобного рода дела.
Согласиться с подобным суждением никак нельзя. Царизм не инспирировал подобные дела и не поощрял их. Думается, отдельные чины прокуратуры и полиции действительно рассчитывали использовать «мултанское дело» в личных интересах, однако, честолюбие и корысть отдельных служащих, стремящихся сделать карьеру на скандале, существовали во все времена, во всех странах и при любом строе. Это фундаментальные свойства личности, а вовсе не пороки общественной системы.«Мултанское дело» убедительно показало, что уже в первой половине 19-го столетия Российская Империя имела эффективный механизм правового регулирования, пожалуй, самый совершенный для того времени.
Примерно в то же время во Франции можно видеть позорное «дело Дрейфуса», связанное с подлогом, фальсификацией экспертизы, произволом власти. В тогдашних США на рубеже 19-20-го столетий можно насчитать десятки совершенно скандальных судебных решений, в той или иной степени затрагивающих интересы организованной преступности; этими решениями невинные люди приговаривались к самым суровым наказаниям, а настоящие преступники оправдывались. В «мултанском» же деле силой закона было дважды остановлено исполнение ошибочного решения суда. Причём сделано это было в интересах достаточно бедных людей, бедных до такой степени, что они даже адвоката не могли нанять и им приходилось воспользоваться услугами назначенного адвоката. Честь и хвала присяжному поверенному Дрягину и обер-прокурору Кони — это были были честные люди и компетентные юристы, но также честь и хвала российскому законодательству того времени, предоставившего в их распоряжение эффективную процедуру пересмотра ошибочных судебных решений.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Страница 25 из 25
