В давние-давние времена жил падишах. У него долго не было детей. Но вот жена его родила мальчика и тут же умерла. Падишах так горевал по ней, что не захотел видеть сына, который был причиною ее смерти. Он отдал мальчика на воспитание кормилице, строго приказал оберегать его, никому не показывать и даже не выносить на дневной свет.
16 мин, 34 сек 11620
Каждый день садовник должен был составлять для падишахских дочерей три букета из расцветших за ночь цветов. Старик поручил это Музаффару, который с любовью и большим вкусом стал делать букеты. Чтоб не обращать на себя внимания, Музаффар одевался в рваную одежду, а на свою кудрявую голову натягивал вывернутый наизнанку бараний желудок, отчего казался плешивым.
Однажды Музаффар так подобрал цветы, что букет чудесным образом стал похож на него самого.
Этот букет взяла Малика Дуньё. Букет Музаффара понравился ей.
Прошло несколько дней. Однажды утром Музаффар стоял в падишахском саду. Думая, что поблизости нет никого, он снял с головы вывернутый бараний желудок.
Так во всей красоте увидела его из-за деревьев Малика Дуньё. Раньше она часто видела его, но он казался ей плешивым и безобразным.
В сердце Малики Дуньё вспыхнула любовь к Музаффару. Девушка стала худеть и бледнеть, но никому не признавалась в своей любви.
Дни проходили за днями. Музаффар работал, старик был доволен помощником.
Однажды три сестры сидели вместе и вели разговор о замужестве. Они говорили, что отец не заботится об их судьбе, и решили напомнить ему о себе.
На следующий день каждая из них взяла дыню и, положив на блюдо, пошла к отцу. Гульсун взяла переспелую дыню, Фатима Дуньё — спелую, а Малика Дуньё — еще недозрелую. Войдя к падишаху, девушки поклонились и поставили перед ним блюда с дынями.
Падишах хотел отрезать по куску от каждой дыни и съесть, но старый умный вазир его сказал:
— О господин! Эти дыни принесены не для еды. — А для чего же? — спросил падишах.
— Переспелая дыня, принесенная твоей старшей дочерью, показывает, что Гульсун уже в летах, ей давно пора выйти замуж, иметь свой дом. Спелая дыня, принесенная средней твоей дочерью, показывает, что у Фатимы Дуньё на исходе время ее девичества. А третья дыня, принесенная твоей младшей дочерью, указывает, что хотя Малика Дуньё и молода, но и она хочет выйти замуж и иметь свое хозяйство.
Тяжело вздыхая, падишах сказал:
— Ничего не поделаешь, надо их выдавать замуж.
И он приказал созвать народ. Дочери его стояли на балконе дворца, и каждая держала в руках яблоко, чтобы отдать тому, кто придется ей по сердцу.
Молодежь города Корф проходила под балконом дворца, где стояли дочери падишаха. Гульсун выбрала себе в мужья сына вазира, Фатима Дуньё — сына верховного судьи, а Малика Дуньё никого не выбрала. Она искала взглядом того, кому отдала свое сердце, но не находила.
Все юноши города прошли под балконом дворца. Один только плешивый садовник сидел у себя дома и не думал подходить ко дворцу. Но его тоже заставили пройти под балконом. Ему-то и отдала Малика Дуньё свое яблоко.
Падишах от стыда опустил голову. Все придворные смеялись над выбором падишахской дочери.
Двум зятьям падишах дал дома, стада, а плешивому зятю-садовнику дал только одну старую маслобойню. Там на одной половине выжимали из хлопковых семечек масло, а на другой стали жить садовник со своей женой.
Проходили дни, недели, месяцы. Никто не интересовался, как жилось Музаффару и Малике Дуньё. А они и не тужили.
Вот однажды зятья падишаха собрались на охоту. Музаффар велел своей жене пойти к отцу:
— Попроси для меня нож, оседланную лошадь и лук со стрелами. Я тоже вместе с другими зятьями хочу поехать на охоту, — сказал он жене.
Малика Дуньё пошла к отцу, поклонилась и передала просьбу мужа.
— Уходи с глаз моих со своим плешивым мужем! — воскликнул падишах. Но старый умный вазир его сказал:
— И от волка убитого остается шкура — говорит пословица. Разрешите поехать на охоту и третьему зятю, авось и он что-нибудь привезет.
Падишах послушался вазира, дал Музаффару клячу, щербатый нож, старый лук и разрешил поехать на охоту.
Плешивый садовник оседлал свою клячу и поехал по городу. Над ним смеялся народ, за ним гнались ребятишки, дразня и кидая в него камнями. Музаффар ехал, не обращая ни на что внимания. Миновав город, он поднялся на вершину высокой горы. Там, привязав к дереву клячу, он быстро сжег заветный волос из гривы своего друга-коня. Только истлел волос, конь мгновенно встал перед Музаффа-ром. На коне красовалась дорогая сбруя, на седле лежала великолепная одежда. Музаффар переоделся, сел на коня и поехал следом за зятьями падишаха.
Поровнявшись с ними, он поздоровался и проехал дальше. Зятья не узнали его и заинтересовались:
— Кто этот пышно одетый красавец, с лошадью в дорогой сбруе? Музаффар не встретил по дороге ни зверя, ни птицы. Так он доехал до самой высокой горы. Поднял Музаффар голову, посмотрел вверх и увидел на горе старца.
— Эй, молодец, что тебе здесь нужно? — спросил старец.
— Я приехал охотиться, — ответил Музаффар.
— Тогда поднимайся сюда! — сказал старец.
Музаффар пришпорил коня и в один миг был на вершине горы. Поздоровался он со старцем, низко поклонился ему и рассказал о своей неудачной охоте.
— А вот поохоться на этих ланей, — сказал старец, приветливо улыбаясь Музаффару.
Ловко и быстро Музаффар убил четырех ланей и стал сдирать с них шкуры.
Однажды Музаффар так подобрал цветы, что букет чудесным образом стал похож на него самого.
Этот букет взяла Малика Дуньё. Букет Музаффара понравился ей.
Прошло несколько дней. Однажды утром Музаффар стоял в падишахском саду. Думая, что поблизости нет никого, он снял с головы вывернутый бараний желудок.
Так во всей красоте увидела его из-за деревьев Малика Дуньё. Раньше она часто видела его, но он казался ей плешивым и безобразным.
В сердце Малики Дуньё вспыхнула любовь к Музаффару. Девушка стала худеть и бледнеть, но никому не признавалась в своей любви.
Дни проходили за днями. Музаффар работал, старик был доволен помощником.
Однажды три сестры сидели вместе и вели разговор о замужестве. Они говорили, что отец не заботится об их судьбе, и решили напомнить ему о себе.
На следующий день каждая из них взяла дыню и, положив на блюдо, пошла к отцу. Гульсун взяла переспелую дыню, Фатима Дуньё — спелую, а Малика Дуньё — еще недозрелую. Войдя к падишаху, девушки поклонились и поставили перед ним блюда с дынями.
Падишах хотел отрезать по куску от каждой дыни и съесть, но старый умный вазир его сказал:
— О господин! Эти дыни принесены не для еды. — А для чего же? — спросил падишах.
— Переспелая дыня, принесенная твоей старшей дочерью, показывает, что Гульсун уже в летах, ей давно пора выйти замуж, иметь свой дом. Спелая дыня, принесенная средней твоей дочерью, показывает, что у Фатимы Дуньё на исходе время ее девичества. А третья дыня, принесенная твоей младшей дочерью, указывает, что хотя Малика Дуньё и молода, но и она хочет выйти замуж и иметь свое хозяйство.
Тяжело вздыхая, падишах сказал:
— Ничего не поделаешь, надо их выдавать замуж.
И он приказал созвать народ. Дочери его стояли на балконе дворца, и каждая держала в руках яблоко, чтобы отдать тому, кто придется ей по сердцу.
Молодежь города Корф проходила под балконом дворца, где стояли дочери падишаха. Гульсун выбрала себе в мужья сына вазира, Фатима Дуньё — сына верховного судьи, а Малика Дуньё никого не выбрала. Она искала взглядом того, кому отдала свое сердце, но не находила.
Все юноши города прошли под балконом дворца. Один только плешивый садовник сидел у себя дома и не думал подходить ко дворцу. Но его тоже заставили пройти под балконом. Ему-то и отдала Малика Дуньё свое яблоко.
Падишах от стыда опустил голову. Все придворные смеялись над выбором падишахской дочери.
Двум зятьям падишах дал дома, стада, а плешивому зятю-садовнику дал только одну старую маслобойню. Там на одной половине выжимали из хлопковых семечек масло, а на другой стали жить садовник со своей женой.
Проходили дни, недели, месяцы. Никто не интересовался, как жилось Музаффару и Малике Дуньё. А они и не тужили.
Вот однажды зятья падишаха собрались на охоту. Музаффар велел своей жене пойти к отцу:
— Попроси для меня нож, оседланную лошадь и лук со стрелами. Я тоже вместе с другими зятьями хочу поехать на охоту, — сказал он жене.
Малика Дуньё пошла к отцу, поклонилась и передала просьбу мужа.
— Уходи с глаз моих со своим плешивым мужем! — воскликнул падишах. Но старый умный вазир его сказал:
— И от волка убитого остается шкура — говорит пословица. Разрешите поехать на охоту и третьему зятю, авось и он что-нибудь привезет.
Падишах послушался вазира, дал Музаффару клячу, щербатый нож, старый лук и разрешил поехать на охоту.
Плешивый садовник оседлал свою клячу и поехал по городу. Над ним смеялся народ, за ним гнались ребятишки, дразня и кидая в него камнями. Музаффар ехал, не обращая ни на что внимания. Миновав город, он поднялся на вершину высокой горы. Там, привязав к дереву клячу, он быстро сжег заветный волос из гривы своего друга-коня. Только истлел волос, конь мгновенно встал перед Музаффа-ром. На коне красовалась дорогая сбруя, на седле лежала великолепная одежда. Музаффар переоделся, сел на коня и поехал следом за зятьями падишаха.
Поровнявшись с ними, он поздоровался и проехал дальше. Зятья не узнали его и заинтересовались:
— Кто этот пышно одетый красавец, с лошадью в дорогой сбруе? Музаффар не встретил по дороге ни зверя, ни птицы. Так он доехал до самой высокой горы. Поднял Музаффар голову, посмотрел вверх и увидел на горе старца.
— Эй, молодец, что тебе здесь нужно? — спросил старец.
— Я приехал охотиться, — ответил Музаффар.
— Тогда поднимайся сюда! — сказал старец.
Музаффар пришпорил коня и в один миг был на вершине горы. Поздоровался он со старцем, низко поклонился ему и рассказал о своей неудачной охоте.
— А вот поохоться на этих ланей, — сказал старец, приветливо улыбаясь Музаффару.
Ловко и быстро Музаффар убил четырех ланей и стал сдирать с них шкуры.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 3 из 5
