Фандом: Гарри Поттер. Зеленые глаза преследовали ее повсюду, куда бы она ни пошла. То ли правда, то ли игра воображения. Дафна не могла отделаться от мыслей о Гарри, о его раскрасневшемся лице, алых, искусанных губах, о жилке на его шее, подрагивающей от напряжения… Поттер не подходил к ней, но искал встреч, может, даже неосознанно. Нарочно задерживался после занятия, чтобы проводить ее взглядом; спешил к теплицам, чтобы опередить ее и позволить пройти мимо. И сверлил, сверлил, сверлил глазами, словно надеялся таким образом узнать, есть ли у нее что-то с Малфоем или нет.
147 мин, 33 сек 5299
Тон гриффиндорки заставил Дафну моментально собраться, прийти в себя и приготовиться к сражению.
— Полегче, — скептически отозвалась она, чувствуя, впрочем, как начинает сосать под ложечкой. — Я тебе не Гойл!
Джинни вспыхнула, жалея, что неприятная история получила столь широкую огласку, но не сдалась.
— Оставь Гарри в покое! — сказала она, уперев руки в бока.
— А то что? — Дафна, в свою очередь, хищно прищурилась.
— А то огрею битой! — выкрикнула Уизли задорно.
— Как грубо! — Гринграсс надула губки. — Но ты еще можешь извиниться.
— Извиняться?! Я у тебя парня не крала! И если не свалишь с пути, огребешь горячих!
— Я никого не крала, — отозвалась Дафна, глядя мимо Джинни и мило улыбаясь. — Ты просто не в состоянии заметить, что сама виновата в своих проблемах с Поттером.
— Что?! Ты себя слышишь?!
— Я все еще готова принять извинения и разойтись мирно, — Дафна похлопала ресницами, чтобы дополнить образ внезапно воцарившейся на ее лице вселенской доброты.
— Даже не надейся, что тебе удастся расстаться со мной мирно, гадина! — взвизгнула Уизли, сжимая руки в кулаки.
— Хватит, Джинни, — Поттер, все это время стоявший у нее за спиной, подошел ближе и встал между девушками, не глядя в сторону Дафны. — Гойл оказался прав: ты действительно злая и грубая.
— Зато я честная и прямолинейная, а эта змея… — на глаза Джинни навернулись слезы.
— Дафна здесь ни при чем, — Гарри вздохнул. — К тому же ее сердце уже давно занято.
Гринграсс почувствовала, как сдавило грудь. Она хотела крикнуть, что это не так, но не могла выйти из образа и испортить все. Только не перед Уизли!
— Гарри, послушай, с тех пор, как она появилась в поле твоего зрения… Я ревную, но это ведь нормально! — оправдывалась Джинни, как могла.
— Я думаю, в ревности больше нет смысла, — Поттер поправил очки. — Нам надо расстаться.
— Что?! Ты бросаешь меня?! Ради этой… прошмандовки?! — Джинни подскочила к нему и ударила по щеке, потом снова и снова, а после зарыдала в голос.
— Ты не слышишь меня! — Гарри схватил Джинни за руки и встряхнул, приводя в чувства. — Я ухожу не к Дафне, а от тебя! Прости, но мои чувства… Они изменились!
— Это все из-за нее! — всхлипывала Уизли несчастно. — Из-за нее!
— Отчасти да, но… — Гарри бросил на Дафну печальный взгляд.
— Ты урод, Поттер! — глаза Джинни сощурились. — После всего, через что я с тобой прошла! Я ждала тебя! Я люблю тебя! А она… Она… Ты просто идиот, который думает своим паршивым членом!
— Не сейчас, Джинни, — Гарри огляделся по сторонам, провожая взглядом последних студентов, спешащих по классам. — Успокойся, и мы обсудим это позже, если захочешь. Не на людях.
Как ни странно, его твёрдые слова возымели эффект на разбушевавшуюся было фурию.
— Козел! — бросила Уизли напоследок и быстро пошла прочь, сильно толкнув Дафну плечом.
— Не бойся, — мягко сказал Гарри, оборачиваясь к Гринграсс. — Я не позволю ей обидеть тебя. Ни ей, ни кому бы то ни было еще, — прибавил он зачем-то.
— Я не боюсь ее, — Дафна почувствовала, что краснеет. — В последнее время я скорее пугаюсь себя…
— Почему?
— Потому что не могу не думать о тебе! — и тут Дафна поняла, что сорвалась. Не хотела признаваться первой, но это снова случилось. — С того самого дня, как мы… В классе… Я просто схожу с ума! Мне кажется, я люблю тебя, Гарри Поттер! Не хочу этого, но ничего не могу изменить! И если ты не…
— А как же… как же Снейп? Ведь он все еще в твоем сердце… А Малфой? — Поттер не знал, куда деть руки, норовящие притянуть ее к себе.
— Малфой?! Этот хорек?! — Дафна подошла ближе, и воздух между ними накалился до предела. — Между нами ничего нет и быть не может. А Снейп…
Она оглянулась по сторонам и вдруг извлекла из кармана флакончик с воспоминаниями, который все это время носила с собой.
— Здесь, — сказала она, — то, что увидел ты… и Малфой, когда к нему попали воспоминания Снейпа. А вот здесь, — она коснулась рукой собственного лба, — их последний экземпляр. Но… Он мне больше не нужен!
— Ты… Ты уверена?! — прошептал Поттер, и его голос дрогнул.
— Я все решила, — ответила она и поднесла палочку к виску, извлекая оттуда серебристые нити того последнего, что осталось в ней от влюбленности в Снейпа. Воспоминания Дафны медленно переместились во флакончик, и она закупорила его.
— Малфой был прав: когда лишаешься воспоминания, ощущения действительно странные… — медленно проговорила Гринграсс и отошла в сторону, вытягивая флакончик в руке.
— Раз, два, три… — медленно сосчитала она и разжала пальцы. Флакончик со звоном упал на каменный пол и разбился на тысячи крошечных осколков. Воспоминания разлились по камням, образуя поблескивающую в мерцающем свете факелов лужицу.
Дафна не успела осознать, что перевернула еще одну страницу своей жизни, потому что в этот момент Гарри — напористо и требовательно — смял ее, зажал в тисках объятий и накрыл ее рот страстным поцелуем, от которого закружилась голова, все поплыло перед глазами, и Дафна погрузилась в нирвану, лишь иногда вспоминая, что по-прежнему нужно дышать.
— Полегче, — скептически отозвалась она, чувствуя, впрочем, как начинает сосать под ложечкой. — Я тебе не Гойл!
Джинни вспыхнула, жалея, что неприятная история получила столь широкую огласку, но не сдалась.
— Оставь Гарри в покое! — сказала она, уперев руки в бока.
— А то что? — Дафна, в свою очередь, хищно прищурилась.
— А то огрею битой! — выкрикнула Уизли задорно.
— Как грубо! — Гринграсс надула губки. — Но ты еще можешь извиниться.
— Извиняться?! Я у тебя парня не крала! И если не свалишь с пути, огребешь горячих!
— Я никого не крала, — отозвалась Дафна, глядя мимо Джинни и мило улыбаясь. — Ты просто не в состоянии заметить, что сама виновата в своих проблемах с Поттером.
— Что?! Ты себя слышишь?!
— Я все еще готова принять извинения и разойтись мирно, — Дафна похлопала ресницами, чтобы дополнить образ внезапно воцарившейся на ее лице вселенской доброты.
— Даже не надейся, что тебе удастся расстаться со мной мирно, гадина! — взвизгнула Уизли, сжимая руки в кулаки.
— Хватит, Джинни, — Поттер, все это время стоявший у нее за спиной, подошел ближе и встал между девушками, не глядя в сторону Дафны. — Гойл оказался прав: ты действительно злая и грубая.
— Зато я честная и прямолинейная, а эта змея… — на глаза Джинни навернулись слезы.
— Дафна здесь ни при чем, — Гарри вздохнул. — К тому же ее сердце уже давно занято.
Гринграсс почувствовала, как сдавило грудь. Она хотела крикнуть, что это не так, но не могла выйти из образа и испортить все. Только не перед Уизли!
— Гарри, послушай, с тех пор, как она появилась в поле твоего зрения… Я ревную, но это ведь нормально! — оправдывалась Джинни, как могла.
— Я думаю, в ревности больше нет смысла, — Поттер поправил очки. — Нам надо расстаться.
— Что?! Ты бросаешь меня?! Ради этой… прошмандовки?! — Джинни подскочила к нему и ударила по щеке, потом снова и снова, а после зарыдала в голос.
— Ты не слышишь меня! — Гарри схватил Джинни за руки и встряхнул, приводя в чувства. — Я ухожу не к Дафне, а от тебя! Прости, но мои чувства… Они изменились!
— Это все из-за нее! — всхлипывала Уизли несчастно. — Из-за нее!
— Отчасти да, но… — Гарри бросил на Дафну печальный взгляд.
— Ты урод, Поттер! — глаза Джинни сощурились. — После всего, через что я с тобой прошла! Я ждала тебя! Я люблю тебя! А она… Она… Ты просто идиот, который думает своим паршивым членом!
— Не сейчас, Джинни, — Гарри огляделся по сторонам, провожая взглядом последних студентов, спешащих по классам. — Успокойся, и мы обсудим это позже, если захочешь. Не на людях.
Как ни странно, его твёрдые слова возымели эффект на разбушевавшуюся было фурию.
— Козел! — бросила Уизли напоследок и быстро пошла прочь, сильно толкнув Дафну плечом.
— Не бойся, — мягко сказал Гарри, оборачиваясь к Гринграсс. — Я не позволю ей обидеть тебя. Ни ей, ни кому бы то ни было еще, — прибавил он зачем-то.
— Я не боюсь ее, — Дафна почувствовала, что краснеет. — В последнее время я скорее пугаюсь себя…
— Почему?
— Потому что не могу не думать о тебе! — и тут Дафна поняла, что сорвалась. Не хотела признаваться первой, но это снова случилось. — С того самого дня, как мы… В классе… Я просто схожу с ума! Мне кажется, я люблю тебя, Гарри Поттер! Не хочу этого, но ничего не могу изменить! И если ты не…
— А как же… как же Снейп? Ведь он все еще в твоем сердце… А Малфой? — Поттер не знал, куда деть руки, норовящие притянуть ее к себе.
— Малфой?! Этот хорек?! — Дафна подошла ближе, и воздух между ними накалился до предела. — Между нами ничего нет и быть не может. А Снейп…
Она оглянулась по сторонам и вдруг извлекла из кармана флакончик с воспоминаниями, который все это время носила с собой.
— Здесь, — сказала она, — то, что увидел ты… и Малфой, когда к нему попали воспоминания Снейпа. А вот здесь, — она коснулась рукой собственного лба, — их последний экземпляр. Но… Он мне больше не нужен!
— Ты… Ты уверена?! — прошептал Поттер, и его голос дрогнул.
— Я все решила, — ответила она и поднесла палочку к виску, извлекая оттуда серебристые нити того последнего, что осталось в ней от влюбленности в Снейпа. Воспоминания Дафны медленно переместились во флакончик, и она закупорила его.
— Малфой был прав: когда лишаешься воспоминания, ощущения действительно странные… — медленно проговорила Гринграсс и отошла в сторону, вытягивая флакончик в руке.
— Раз, два, три… — медленно сосчитала она и разжала пальцы. Флакончик со звоном упал на каменный пол и разбился на тысячи крошечных осколков. Воспоминания разлились по камням, образуя поблескивающую в мерцающем свете факелов лужицу.
Дафна не успела осознать, что перевернула еще одну страницу своей жизни, потому что в этот момент Гарри — напористо и требовательно — смял ее, зажал в тисках объятий и накрыл ее рот страстным поцелуем, от которого закружилась голова, все поплыло перед глазами, и Дафна погрузилась в нирвану, лишь иногда вспоминая, что по-прежнему нужно дышать.
Страница 40 из 41
