Фандом: Волчонок. Неметон продолжает притягивать сверхъестественное. Кто-то должен защищать город от опасных гостей. Когда-то этим «кто-то» была стая Хейлов.
105 мин, 26 сек 13160
С лиц переговорщиков пропали все намеки на улыбки.
— Я не занимаюсь противостояниями с младенцами, — тихо, но внятно сообщил Питер.
Слово «младенец» прозвучало обидно. Но… Он отказался.
— Говорят, этот младенец неплохо надрал тебе задницу, упертый волчара, — вампир перестал источать обаяние и стал откровенно неприятным. — А я могу помочь устранить его.
— У него есть сила, но нет мозгов, нет опыта и сейчас нет стаи. Он не альфа, а личинка. Я не воюю с личинками, больше — нет, — в голосе оборотня нарастало нечто, что заставило вампира подобраться и снова сделать шаг назад. — И наконец: я не позволю упырям, пришедшим подзарядить севшие батарейки, жрать людей. Хотите выжить — уходите сами. Хотите рискнуть — оставайтесь. Но, боюсь, мирные переговоры не задались и не зададутся в будущем. Это все, что я могу вам сказать, мистер Эрнир. Было крайне неприятно с вами поболтать. А теперь прошу меня извинить…
Звучало странно. В смысле, странно было слышать это именно от Питера Хейла…
Эрнир явно расслабился, почуяв, что схватки сейчас не будет, несмотря на горевшие алым глаза альфы, на выступившие клыки и когти, — и на его лицо снова было можно смотреть, как на произведение искусства.
— Я хотел бы заметить, что раз вы отказались от мирного урегулирования наших отношений, у меня нет причин отличать людей вашей стаи от просто людей… а баньши иногда так похожи на обычного человека.
Если вампир хотел проверить, сможет ли вывести оборотня из себя, проверка не удалась. Алый взгляд погас, когти втянулись, клыки больше не искривляли губы. Питер холодно смотрел на него в упор.
— Я не дам тебе убивать людей, Эрнир. И обычных, и не обычных. Убирайтесь из города.
— Ты забыл добавить «пока можете», — усмехнулся вампир. — Звучит недостаточно угрожающе. Подумай — может, это вам лучше убраться. Пока вы целы. Численное преимущество не всегда будет на вашей стороне, как сейчас. Впрочем, если бы твоя группа поддержки сейчас атаковала — не гарантирую, что вы бы выжили. До встречи, Питер Хейл.
Воздух на мгновение словно сгустился, потемнел, раздался шелест крыльев, а когда все стихло и воздух прояснился — на поляне стоял только Питер. Он оглядывал окружающие деревья, но искал не вампира — тот улетел, это было понятно.
— Выходи, Маккол, — негромко сказал он, наконец. — Ты слышал, я не собираюсь с тобой драться. Время не подходящее.
Глупо было продолжать скрываться. Скотт никогда не стал бы доверять Питеру Хейлу в обычной ситуации, но ситуация давно вышла за рамки обычной. Поэтому он кивнул своему бете и они одновременно вышли на открытое пространство.
— О, группа поддержки и правда присутствовала, — ухмыльнулся Питер, но глаза его оставались холодными и злыми. — Какого черта ты тут делаешь со своим щенком?
Скотт почувствовал, что Лиам смотрит на него, подобрался и ответил, стараясь говорить спокойно:
— Мы следили за тобой. И удачно, раз ты нас даже не заметил.
Питер не обратил внимания на подколку:
— Раз ты следил за мной, ты не мог не слышать, как я просил никого за мной не ходить. Понимаю, что мои слова для тебя пустой звук, однако ты чуть не спровоцировал драку с вампиром, который, может, и не сильнее меня, но если бы он позвал свою группу поддержки, сомневаюсь, что они остановились бы, порвав меня и вас. Они пошли бы в город! Это была бы бойня…
Голос Питера опустился почти до шепота, но Скотт чувствовал, что это не для соблюдения тишины, а потому что он в ярости.
— Ну, тебе было бы уже все равно, — огрызнулся он почти автоматически.
— Мне не все равно сейчас, и вот сейчас я стою и думаю, что было бы лучше — попытаться в очередной раз донести до тебя, какой ты идиот, или порвать тебя самому, пока есть возможность, чтобы ты не смел вмешиваться в дела, в которых ничего не смыслишь!
Питер все-таки сорвался на крик. А они здорово его разозлили…
Они здорово его разозлили. Неизвестно, чем больше. Тем, что выставили перед врагом трусом без чести и совести, не соблюдающим условий переговоров, — последние три пункта его никогда не смутили бы, но трусость?! Осторожность — да, но только не трусость! — или тупостью, с которой оба сейчас на него смотрели. Словно не понимали, что дело не в нем и не в них, а в том, что упыри готовы начать войну, и начнут. А они ни на шаг не приблизились к решению проблемы. И вместо того, чтобы выяснить, где находится Гнездо, он сейчас стоит и препирается с личинкой альфы и его тупым щенком.
— Ты однажды уже пробовал меня порвать, — подал голос Маккол.
Питер не сдержался и зарычал. Маккол отшатнулся, как давеча Эрнир, но быстро пришел в себя и тоже сверкнул алым взглядом.
— Парни… если вы закончили мериться… эээ… яркостью светофоров, то, может, вам интересно, где у упырей берлога?
Теперь оба альфы прожигали взглядом Лиама. Тому явно стало не по себе, но глаз он не опустил.
Может, бета Маккола не такой идиот, как его альфа…
— Гнездо, — автоматически поправил его Питер, втягивая клыки и когти. — Это называется Гнездо.
Было уже за полночь, когда Питер с эскортом вошел в лофт.
— Я не занимаюсь противостояниями с младенцами, — тихо, но внятно сообщил Питер.
Слово «младенец» прозвучало обидно. Но… Он отказался.
— Говорят, этот младенец неплохо надрал тебе задницу, упертый волчара, — вампир перестал источать обаяние и стал откровенно неприятным. — А я могу помочь устранить его.
— У него есть сила, но нет мозгов, нет опыта и сейчас нет стаи. Он не альфа, а личинка. Я не воюю с личинками, больше — нет, — в голосе оборотня нарастало нечто, что заставило вампира подобраться и снова сделать шаг назад. — И наконец: я не позволю упырям, пришедшим подзарядить севшие батарейки, жрать людей. Хотите выжить — уходите сами. Хотите рискнуть — оставайтесь. Но, боюсь, мирные переговоры не задались и не зададутся в будущем. Это все, что я могу вам сказать, мистер Эрнир. Было крайне неприятно с вами поболтать. А теперь прошу меня извинить…
Звучало странно. В смысле, странно было слышать это именно от Питера Хейла…
Эрнир явно расслабился, почуяв, что схватки сейчас не будет, несмотря на горевшие алым глаза альфы, на выступившие клыки и когти, — и на его лицо снова было можно смотреть, как на произведение искусства.
— Я хотел бы заметить, что раз вы отказались от мирного урегулирования наших отношений, у меня нет причин отличать людей вашей стаи от просто людей… а баньши иногда так похожи на обычного человека.
Если вампир хотел проверить, сможет ли вывести оборотня из себя, проверка не удалась. Алый взгляд погас, когти втянулись, клыки больше не искривляли губы. Питер холодно смотрел на него в упор.
— Я не дам тебе убивать людей, Эрнир. И обычных, и не обычных. Убирайтесь из города.
— Ты забыл добавить «пока можете», — усмехнулся вампир. — Звучит недостаточно угрожающе. Подумай — может, это вам лучше убраться. Пока вы целы. Численное преимущество не всегда будет на вашей стороне, как сейчас. Впрочем, если бы твоя группа поддержки сейчас атаковала — не гарантирую, что вы бы выжили. До встречи, Питер Хейл.
Воздух на мгновение словно сгустился, потемнел, раздался шелест крыльев, а когда все стихло и воздух прояснился — на поляне стоял только Питер. Он оглядывал окружающие деревья, но искал не вампира — тот улетел, это было понятно.
— Выходи, Маккол, — негромко сказал он, наконец. — Ты слышал, я не собираюсь с тобой драться. Время не подходящее.
Глупо было продолжать скрываться. Скотт никогда не стал бы доверять Питеру Хейлу в обычной ситуации, но ситуация давно вышла за рамки обычной. Поэтому он кивнул своему бете и они одновременно вышли на открытое пространство.
— О, группа поддержки и правда присутствовала, — ухмыльнулся Питер, но глаза его оставались холодными и злыми. — Какого черта ты тут делаешь со своим щенком?
Скотт почувствовал, что Лиам смотрит на него, подобрался и ответил, стараясь говорить спокойно:
— Мы следили за тобой. И удачно, раз ты нас даже не заметил.
Питер не обратил внимания на подколку:
— Раз ты следил за мной, ты не мог не слышать, как я просил никого за мной не ходить. Понимаю, что мои слова для тебя пустой звук, однако ты чуть не спровоцировал драку с вампиром, который, может, и не сильнее меня, но если бы он позвал свою группу поддержки, сомневаюсь, что они остановились бы, порвав меня и вас. Они пошли бы в город! Это была бы бойня…
Голос Питера опустился почти до шепота, но Скотт чувствовал, что это не для соблюдения тишины, а потому что он в ярости.
— Ну, тебе было бы уже все равно, — огрызнулся он почти автоматически.
— Мне не все равно сейчас, и вот сейчас я стою и думаю, что было бы лучше — попытаться в очередной раз донести до тебя, какой ты идиот, или порвать тебя самому, пока есть возможность, чтобы ты не смел вмешиваться в дела, в которых ничего не смыслишь!
Питер все-таки сорвался на крик. А они здорово его разозлили…
Они здорово его разозлили. Неизвестно, чем больше. Тем, что выставили перед врагом трусом без чести и совести, не соблюдающим условий переговоров, — последние три пункта его никогда не смутили бы, но трусость?! Осторожность — да, но только не трусость! — или тупостью, с которой оба сейчас на него смотрели. Словно не понимали, что дело не в нем и не в них, а в том, что упыри готовы начать войну, и начнут. А они ни на шаг не приблизились к решению проблемы. И вместо того, чтобы выяснить, где находится Гнездо, он сейчас стоит и препирается с личинкой альфы и его тупым щенком.
— Ты однажды уже пробовал меня порвать, — подал голос Маккол.
Питер не сдержался и зарычал. Маккол отшатнулся, как давеча Эрнир, но быстро пришел в себя и тоже сверкнул алым взглядом.
— Парни… если вы закончили мериться… эээ… яркостью светофоров, то, может, вам интересно, где у упырей берлога?
Теперь оба альфы прожигали взглядом Лиама. Тому явно стало не по себе, но глаз он не опустил.
Может, бета Маккола не такой идиот, как его альфа…
— Гнездо, — автоматически поправил его Питер, втягивая клыки и когти. — Это называется Гнездо.
Было уже за полночь, когда Питер с эскортом вошел в лофт.
Страница 13 из 28
