На земле живых

— Я не понял, Морис, но там что-то жуткое… возможно, он и сам до конца ещё не продумал… Они дурят друг друга, причём — часто и артистично. Трудно разобраться. Я… не смельчак, извините. Тот же Нергал или Мормо, узнай они, что я способен прочесть их мысли, переломят меня, как сухое печенье! Господи! Мой обескровленный труп найдут через десяток лет в каком-нибудь забытом Богом лесу или гнилом болоте! — голос Хамала прозвенел почти на октаву выше обычного, его снова затрясло.

— Да полно вам, Гиллель, что может с вами случиться? — Риммон уже пришёл в себя и успокоился. Впрочем, он вообще не знал страха, и ему, разгибающему руками конские подковы, осторожность Гиллеля всегда казалась непонятной. Эммануэлю, которому приходилось чувствовать на себе кулаки Нергала, страх Хамала был куда понятнее.

Риммон между тем деловито продолжил:

— Если вы чего-то опасаетесь, переселяйтесь ко мне, и дело с концом.

Хамал взглянул на Сирраха и задумался. От Риммона почти зримо исходило ощущение силы, несокрушимой, уверенной в себе, лишённой агрессивности, но страшной в нападении.

— Да, вам лучше держаться вместе с Риммоном, Хамал. Да и нам с Эммануэлем тоже.

— Невер не был беззаботен.

— Если Мормо столь артистично расправился с Хеллой… Кстати, как он проник к ней?

— В полнолуние он оборачивается нетопырём и может влететь через дымоход камина. Но её он просто выследил, когда полетел за оборотнем. Он увидел самого себя на лестнице… Накладка вышла.

— Так Нергал, обернувшись волком, видимо, сторожил дверь, а Мормо проник к Хелле?

— Да нет, Нергал полночи забавлялся с Эрной, за что та и получила колье, а Мормо следил за ними. В смысле, он не вуаер, нет, просто есть хотел, ему нужна кровь, а Фенриц это полнолуние решил посвятить лямуру, и в итоге Август остался голодным. Он Эрну хотел… в смысле … хотел попробовать присосаться к ней в укромном местечке, — торопливо пояснил он.

— Простите за вульгарные подробности, Эммануэль, — Хамал снова разнервничался, заметив потемневший взгляд и прочтя мысли Ригеля, — но ваши чувства слишком высоки для нашей жизни.

— Гиллель поёжился.

— А после, Мормо, всё ещё следя за ними, — он же ждал, пока Эрна останется одна, — на лестнице вдруг столкнулся сам с собою… — растолковал Хамал друзьям ситуацию, — тут уж и дурак обо всём догадался бы, а уж Август куда как не глуп… Он и увидел, как Хелла в его облике убила Эрну, украла колье — ну, натурально, ринулся за ней следом! В её спальне, подслушав разговор Хеллы с братом, понял, что она убила и Лили. Он и без того бесновался — уверяю вас, ничего приятного, когда некто принимает ваш облик, творит в нём мерзости и исчезает… Тут я его понимаю. — кивнул Хамал, на себе испытавший интриги оборотня.

— Но едва до него дошло, что Хелла убила Лили — он подписал ей смертный приговор, не колеблясь ни минуты. Он и сейчас не раскаивается в содеянном, ведь и наелся до отвала и отомстил. Но есть и странности. Почему-то Мормо, сведя счёты с убийцей Лили, вовсе не ликует, а Нергал ничуть не сожалеет об Эрне.

Друзья тоже далеко не всё поняли из обрывочных фраз Хамала. Но и понятого хватало.

Неожиданно Хамал прыснул от нервного смеха, и порозовел. Это произошло как раз в ту минуту, когда Морис де Невер, вдумавшись в сказанное Хамалом, элегично размышлял, успели ли зажить на ягодицах Эрны рубцы, и что подумал Нергал, если заметил их следы?

— Ваше любопытство, мсье де Невер, я удовлетворить могу. Да, заметил и подумал, что и сам он вполне способен порадовать её подобным образом. Но он обещал её на следующую ночь Августу и, как благородный человек … Риммон и Ригель переглянулись, ничего не поняв. Невер же замахал руками на Хамала, давая понять, что его любопытство не очень-то и нуждалось в удовлетворении. Однако Хамал счёл нужным продолжить разговор, разве что, сменив тему.

— Кстати, как я понял, дорогой мсье де Невер, вам следует особо возблагодарить Господа. Ведь Хелла была влюблена в вас, как кошка, и, судя по тому, на что оказалась способна эта особа, вас ничего хорошего в будущем не ждало.

Вникнув в произнесённое, Невер с чувством перекрестился.

— А откуда вы знаете об этом?

— Так ещё у вас на вечеринке она не раз думала угостить вас каким-то приворотным зельем.

Морис содрогнулся.

— И вы молчали?

Хамал, усмехнувшись, пожал плечами.

— Вас же не убить, а любить собирались. К тому же я вскоре понял, что умения обращаться с чертовками вам не занимать, не правда ли?

Морис ничего не ответил, но содрогнулся ещё раз. Потом с чувством истово перекрестился ещё раз, тихо забормотав девяностый псалом Давида.

Сиррах же вернулся к теме:

— А куда делось колье? У Мормо?

Хамал отрицательно покачал головой.

— Это вещь Нергала и, не сомневайтесь, он её себе вернёт. Если вы не передумали, Сиррах, я хотел бы перенести к вам свои вещи и книги.