Фандом: Гарри Поттер. События 1992-1993 учебного года глазами юной, но очень ответственной волшебницы и её друзей.
22 мин, 42 сек 1954
— Девочки, девочки, худеть будете потом, сегодня мы должны победить, — Анджелина ткнула его в бок, а Кэти и Алисия захихикали. — Эй, Гарри, ешь веселей, смотри, как уплетает твой приятель!
Рон подавился и закашлялся, чем породил бурное веселье однокурсников.
— Между прочим, отбили мне весь аппетит, — Рон с тоской посмотрел на непочатый пирожок и, недолго думая, сунул его в карман. — Вуд сегодня хуже мамы.
— Не обижай миссис Уизли, — буркнула я, перелистывая страницу. — Она хотя бы понимает, что после такого обжорства значительно труднее влезть на метлу, чем после нормального завтрака.
Рон фыркнул.
— Я, кстати, прихвачу и на тебя пирожков. Сэндвич взять? И оставь ты в покое эту книжку!
— Сэндвич возьми, — кивнула я. — Слушай, надо бы поговорить с Гарри… У меня есть идея.
Но меня перебил очередной возглас Оливера.
— Команда, на выход! Мы победим! — и он с решительным видом встал из-за стола.
Шанс поймать Гарри стал совсем призрачным, когда он сам вдруг так резко остановился, что мы с Роном налетели на него.
— Вы слышали? — он побледнел, глаза горели. — Голос! Опять! Слышали?
Рон помотал головой.
— Тут как раз Гермиона хотела с тобой поговорить…
— Я поняла. Я всё поняла! — в груди зарождалось то ощущение триумфа, которое всегда придавало мне сил. — Идите на поле, я сбегаю в библиотеку и вернусь! Я быстро!
И бросилась вниз по лестнице.
Заветный пергамент был у меня в сумке, надо было проверить совсем немного.
Я ворвалась в библиотеку, где, кроме мадам Пинс, обнаружилась староста Когтеврана, склонившаяся над фолиантом толщиной в ладонь.
— Мадам Пинс, — выдохнула я, заслужив суровый взгляд. — У вас есть книги о вымерших змеях? Кажется, был сборник Ньютона Саламандера…
Библиотекарь молча идёт к полкам, а через пару минут приносит потёртую книгу в коричневой обложке.
— Только аккуратнее, мисс Грейнджер, — ещё один суровый взгляд. — Книга уже попорчена студентами.
Я листаю страницы гораздо быстрее, чем раньше — я знаю, что искать. И кто бы думал: мне помогли в этом пуффендуйцы!
Монстр, который убивает взглядом. На него нельзя смотреть прямо или вблизи. Гарри слышит странный голос, а через несколько минут находит жертву нападения. И он идёт на голос. Как я могла быть такой глупой?
Вот оно.
Я жадно перечитываю определение, и каждое слово подтверждает мою догадку.
— Василиск?! — я оборачиваюсь на шёпот так резко, что когтевранка отшатывается. — Прости, просто я всё пыталась отгадать, что же это за монстр, но ничего не нашла. А ты вбежала такая взволнованная… Кстати, ты же Гермиона Грейнджер?
Растерянно киваю.
— А я Пенелопа Кристал, тоже магглорождённая, — она улыбается, а меня хватает только на робкое «приятно познакомиться».
— Что ты будешь делать? — лицо старосты становится серьёзным, как у Перси. — Надо, наверное, сказать директору.
— Он на поле, сегодня же квиддич. Так что сначала его надо найти. И… — я знаю, что должна предупредить Пенелопу, но об этом как-то не хочется говорить вслух.
— Я понимаю, что мы сейчас почти одни в замке, — дипломатично произносит когтевранка. — Скажем мадам Пинс или как?
— А потом она не пустит меня в библиотеку. Пенелопа, ты сможешь отвлечь её? — едва слышно шепчу я.
Староста серьёзно кивает и направляется к библиотекарю. Через минуту они скрываются в глубине стеллажей. То, что я собираюсь сделать, — настоящее варварство, но выбора нет.
А ведь ещё в октябре я думала, что никогда в жизни не смогу нанести вред книге. Что ж, времена меняются.
С треском я вырываю страницу и комкаю её в кулаке. Внизу маггловской ручкой пишу единственное слово — Гарри и Рон поймут, в чём дело, если на нас с Пенелопой нападут.
Через минуту мы возвращаем книги мадам Пинс и выходим из библиотеки. Сразу за дверью я достаю со дна сумки крошечное зеркальце.
Интересно, сколько успеют пройти две магглорождённые в пустой школе?
Поворот. Коридор.
Поворот. Коридор.
Ещё поворот — и яркий жёлтый отблеск в зеркале.
— Мисс Грейнджер, доброе утро.
Мой первый порыв — вскочить и наизусть рассказать весь учебник по Зельеварению за второй курс, но голова слегка кружится, язык еле ворочается, а в довершение всего — ощущение, будто я отлежала всё на свете.
— Вы меня слышите или снова делаете вид, что спите?
Картинка перед глазами слегка расплывается, но недовольного профессора Снейпа я вижу просто прекрасно.
— Профе… фессор, здрас…
— Отлично. Мисс Грейнджер в порядке и готова к новым подвигам. Кстати, десять баллов с Гриффиндора за самодеятельность. И поверьте, это непростительно мало. Поппи, кто следующий?
Через полчаса я уже всё прекрасно вижу и слышу, только ноги и руки по-прежнему немножко деревянные. На соседней кровати смущённо улыбается Пенелопа.
— Привет.
— Привет. А какое сегодня…
— Уже июнь. Экзамены отменили, никто не умер, а Гарри Поттер победил василиска.
— Гарри? Он жив? Он в порядке? А… а Рон?
— Они оба в порядке, — произносит гордый голос. — Но очень скучали по тебе. Особенно Рон.
Рон подавился и закашлялся, чем породил бурное веселье однокурсников.
— Между прочим, отбили мне весь аппетит, — Рон с тоской посмотрел на непочатый пирожок и, недолго думая, сунул его в карман. — Вуд сегодня хуже мамы.
— Не обижай миссис Уизли, — буркнула я, перелистывая страницу. — Она хотя бы понимает, что после такого обжорства значительно труднее влезть на метлу, чем после нормального завтрака.
Рон фыркнул.
— Я, кстати, прихвачу и на тебя пирожков. Сэндвич взять? И оставь ты в покое эту книжку!
— Сэндвич возьми, — кивнула я. — Слушай, надо бы поговорить с Гарри… У меня есть идея.
Но меня перебил очередной возглас Оливера.
— Команда, на выход! Мы победим! — и он с решительным видом встал из-за стола.
Шанс поймать Гарри стал совсем призрачным, когда он сам вдруг так резко остановился, что мы с Роном налетели на него.
— Вы слышали? — он побледнел, глаза горели. — Голос! Опять! Слышали?
Рон помотал головой.
— Тут как раз Гермиона хотела с тобой поговорить…
— Я поняла. Я всё поняла! — в груди зарождалось то ощущение триумфа, которое всегда придавало мне сил. — Идите на поле, я сбегаю в библиотеку и вернусь! Я быстро!
И бросилась вниз по лестнице.
Заветный пергамент был у меня в сумке, надо было проверить совсем немного.
Я ворвалась в библиотеку, где, кроме мадам Пинс, обнаружилась староста Когтеврана, склонившаяся над фолиантом толщиной в ладонь.
— Мадам Пинс, — выдохнула я, заслужив суровый взгляд. — У вас есть книги о вымерших змеях? Кажется, был сборник Ньютона Саламандера…
Библиотекарь молча идёт к полкам, а через пару минут приносит потёртую книгу в коричневой обложке.
— Только аккуратнее, мисс Грейнджер, — ещё один суровый взгляд. — Книга уже попорчена студентами.
Я листаю страницы гораздо быстрее, чем раньше — я знаю, что искать. И кто бы думал: мне помогли в этом пуффендуйцы!
Монстр, который убивает взглядом. На него нельзя смотреть прямо или вблизи. Гарри слышит странный голос, а через несколько минут находит жертву нападения. И он идёт на голос. Как я могла быть такой глупой?
Вот оно.
Я жадно перечитываю определение, и каждое слово подтверждает мою догадку.
— Василиск?! — я оборачиваюсь на шёпот так резко, что когтевранка отшатывается. — Прости, просто я всё пыталась отгадать, что же это за монстр, но ничего не нашла. А ты вбежала такая взволнованная… Кстати, ты же Гермиона Грейнджер?
Растерянно киваю.
— А я Пенелопа Кристал, тоже магглорождённая, — она улыбается, а меня хватает только на робкое «приятно познакомиться».
— Что ты будешь делать? — лицо старосты становится серьёзным, как у Перси. — Надо, наверное, сказать директору.
— Он на поле, сегодня же квиддич. Так что сначала его надо найти. И… — я знаю, что должна предупредить Пенелопу, но об этом как-то не хочется говорить вслух.
— Я понимаю, что мы сейчас почти одни в замке, — дипломатично произносит когтевранка. — Скажем мадам Пинс или как?
— А потом она не пустит меня в библиотеку. Пенелопа, ты сможешь отвлечь её? — едва слышно шепчу я.
Староста серьёзно кивает и направляется к библиотекарю. Через минуту они скрываются в глубине стеллажей. То, что я собираюсь сделать, — настоящее варварство, но выбора нет.
А ведь ещё в октябре я думала, что никогда в жизни не смогу нанести вред книге. Что ж, времена меняются.
С треском я вырываю страницу и комкаю её в кулаке. Внизу маггловской ручкой пишу единственное слово — Гарри и Рон поймут, в чём дело, если на нас с Пенелопой нападут.
Через минуту мы возвращаем книги мадам Пинс и выходим из библиотеки. Сразу за дверью я достаю со дна сумки крошечное зеркальце.
Интересно, сколько успеют пройти две магглорождённые в пустой школе?
Поворот. Коридор.
Поворот. Коридор.
Ещё поворот — и яркий жёлтый отблеск в зеркале.
— Мисс Грейнджер, доброе утро.
Мой первый порыв — вскочить и наизусть рассказать весь учебник по Зельеварению за второй курс, но голова слегка кружится, язык еле ворочается, а в довершение всего — ощущение, будто я отлежала всё на свете.
— Вы меня слышите или снова делаете вид, что спите?
Картинка перед глазами слегка расплывается, но недовольного профессора Снейпа я вижу просто прекрасно.
— Профе… фессор, здрас…
— Отлично. Мисс Грейнджер в порядке и готова к новым подвигам. Кстати, десять баллов с Гриффиндора за самодеятельность. И поверьте, это непростительно мало. Поппи, кто следующий?
Через полчаса я уже всё прекрасно вижу и слышу, только ноги и руки по-прежнему немножко деревянные. На соседней кровати смущённо улыбается Пенелопа.
— Привет.
— Привет. А какое сегодня…
— Уже июнь. Экзамены отменили, никто не умер, а Гарри Поттер победил василиска.
— Гарри? Он жив? Он в порядке? А… а Рон?
— Они оба в порядке, — произносит гордый голос. — Но очень скучали по тебе. Особенно Рон.
Страница 6 из 7
