Начальная школа магии Природы

— О, Сириус превосходный окклюмент, он прекрасно справился. Через полчаса будет ужин, вы спуститесь? Будет присутствовать моя семья, Ремус, Сириус и Гарри. Гарри ничего не знает, — снова предугадала она его мысли.

— Я спущусь, — пробурчал он.

— И, пожалуйста, ради меня, не распускайте волосы хотя бы сегодня, вам очень идёт, — улыбнулась женщина и упорхнула.

Он вздохнул. На самом деле, без блоков он чувствовал себя лучше, легче. Свободнее. И, пожалуй, более человечным.

— Я вас помню, вы Северус, вы мне понравились, — улыбчиво заявил ему нахал, как только он спустились.

— Профессор Северус, Гарри… — чёрт. Снейп мысленно схватился за голову. Профессор Северус? Гарри?

— Хорошо, профессор Северус. Это моя подруга Элен. Мы с ней едем в школу. Вместе.

— Ээээ… я очень рад за тебя, Гарри.

— Я рассказал Элен про вас, чтобы она поехала в Хогвартс вместе со мной. Ремус и Сириус мне сказали, что вы потрясающий учитель. Это же правда?

— Меня зовут Руслан, — протянул ему руку огромный мужчина. Хотя с Хагридом ему, конечно, размерами не сравниться.

Сириус и Ремус сидели и улыбались как придурки. И чего они улыбаются, спрашивается?

Северус вздохнул и сел за стол.

Наступил тот самый день. У Элен и Гарри — по безразмерному рюкзаку за спиной, на плече у Гарри — офицер, на плече у Элен — девушка-мотылёк. Рядом стоят Сириус, Люпин, Ариэль и Руслан. Северус тоже пришёл проводить — подарил ему зелье, которое исправляло близорукость в течение года после приёма. Вообще говоря, оно было запрещенным, так как там в качестве ингредиентов использовались белки человеческих глаз. Лунатик с Бродягой переглянулись — в своё время они пытались найти его, но не преуспели. А потом молча пожали Северусу руку.

Северус неловко обнял Гарри и ушёл.

— Ну, молодёжь. Пишите письма.

Ариэль плакала, Сириус тоже смахнул слезу. Обнимали детей снова и снова — им всего по семь лет, а они уезжают.

— Ну мы же вернёмся на выходные! — стонал Гарри. А Лена тоже украдкой всхлипывала. Только лицо её было счастливое-счастливое. Она взяла Гарри за руку.

— Пора, — вздохнул Сириус.

Дети кивнули друг другу и разломили ракушку, активировав направленный портал.

Они оказались в волшебном лесу, деревья защищали их от солнца, дорога была устлана цветами, а вдалеке виднелись резные деревянные ворота волшебной красоты.

Рядом появлялись другие дети — все шли вперёд, к воротам. Они сами распахнулись, когда к ним подошли первые ребята. За воротами возвышался деревянный замок с изящными окнами и фресками, увитый цветами.

Элен и Гарри переглянулись и, крепко держась за руки, вошли в высокие двустворчатые двери.

Пожалуй, эта была лучшая школа, куда они могли попасть.

— Это была худшая школа, куда отец мог меня отправить.

Драко было холодно, не смотря на кучу одежды с мехом и наружу, и внутрь, которую для него закупила школа. Снежные сугробы, метель, жуткий ветер — и в сумерках сквозь снежный рой еле виднеются большие шатры многоугольной формы, крытые оленьими шкурами. К шатрам были привязаны какие-то камни. Что это за место вообще? Помойка?

Драко вошёл в ближайший шатёр — очень большой, как главный зал Малфой-мэнор. Тут был костёр посередине, окружённый санями с какими-то вещами, на санях сидело несколько мужчин — их волосы были похожи на звериные уши, — и одна женщина, и по всему шатру расселась несколько десятков, а то и сотен, детей. И все они были… голые.

— А почему все голые?

— А тебе разве не жарко? — спросил самый большой мужчина и что-то проговорил на непонятном языке. Вокруг все засмеялись.

Драко было стыдно и жарко — ясно, что все смеялись над ним. Но раздеваться… перед этими?

Он оставил на себе только штаны и рубашку, но в них всё равно было жарко.

Мужчина начал говорить. Он говорил то на английском, то на какой-то тарабарщине.

Оказалось, это и есть Умкы. А школа являлась школой шаманизма, — что это такое, Драко еще не понял. До прихода других людей, шаман обучал новых шаманов. Но после того, как их стали «забирать» — куда забирать, Драко тоже не понял, — шаманов осталось мало. Несколько самых лучших шаманов — сам Умкы, Гыронав, Мэмыл, Выкван и женщины Гиттиннэвыт и Анка — будут учить присутствующих шаманизму.

Иначе, общению с духами природы.

Затем Умкы прокричал «Да начнётся песнь!» — взял в руки бубен и начал в него бить, что-то при этом крича. Затем бубен перешёл по кругу, а Умкы продолжал петь. В итоге бубен переходил, а пели все, у кого он был. Наконец, бубен перешёл в руки Драко. Он нехотя ударил раз, другой… и начал издавать какие-то звуки, словно песню, но сам не понимал, что он поёт. Бубен перешёл к следующему, а Драко всё пел, и внутри него расползалось необъяснимое блаженство.

А хитрые глаза господина Умкы светились довольным смехом…

Пир и прощание

Гарри и Лена прошли в огромную комнату с широкими окнами и видом на закат. Стены. полы, потолки — всё было раскрашено под лесную поляну, а по залу летали светлячки, освещая всё вокруг как днём.

— Куда нам сесть? — прошептала растерявшаяся девочка.