Начало

Малфой ей нравился. Она даже была в него влюблена — немного, как, впрочем, и половина девочек в Хогвартсе. Ну, может, не половина — или не во всём Хогвартсе. Но красавец, блондин и староста нравился многим — и бывал весьма щедр на внимание. Доставалось оно и Нарциссе — не больше, чем прочим, что ей было, между прочим, очень досадно: они погуляли пару раз, потом поцеловались… и всё. А он нравился ей — но главное, Нарцисса просто чувствовала это, он ей подходил. По всему: по привычкам, склонностям, интересам, вкусам — определённо, из них могла бы получиться чудесная пара. И вот он бы наверняка понял её мечту — понял и поддержал! Ему бы понравилось — она была совершенно в этом уверена. Но он, похоже, даже не задумывался о браке — что, впрочем, было не странно: кто думает о подобном в шестнадцать — и даже почти в семнадцать? Никто — а Нарцисса Малфой не в счёт. Впрочем, ей, кстати, и нет шестнадцати.

— Что?! — её мать поперхнулась и, остановившись, поглядела на неё… оценивающе. — Малфой?

А нечего целоваться со всеми подряд, ехидно подумала Нарцисса. И, в конце концов, она должна была было кем-то пожертвовать, чтобы прекратить, наконец, сей словесный поток — а Малфоя, определённо, жалко было меньше, чем Меду.

— Он просто совсем на меня не смотрит, — печально проговорила она и шмыгнула носом. — Конечно, я понимаю — он уже шестикурсник и староста…

— Староста! — фыркнула Друэлла. — Подумаешь! Нашёл, чем гордится! Павлин! — она опять фыркнула.

А похож, кстати, подумала Нарцисса. Хотя голос у него несравнимо приятнее, да и мозгов куда больше. Что, впрочем, не фокус. Ну, держись, Люциус — брак не брак, а спокойная жизнь у тебя закончилась: слишком хорошо Нарцисса знала этот блеск в глазах своей матери. Нет — надо его слегка обелить, а то он шарахаться от неё станет.

— Он не гордится, — возразила Нарцисса тихонько. — Он просто староста. А про меня ничего не знает.

— Как так не знает? — Друэлла упёрла руки в бока. — Вы что же с ним, не общаетесь?

— Не больше, чем с другими, — почти честно сказала та. — Я не… я не знаю, как ему намекнуть, — она покраснела. Не от смущения, правда, а от сдерживаемого смеха — уж очень забавно смотрелась сейчас Друэлла — но нужный эффект был получен: взгляд матери немного смягчился.

— Ну что же ты у меня такая тихоня, — проговорила она умилённо и укоризненно. — Нужно намекнуть ему — аккуратно. Показать, что он тебе интересен, глупая.

— Ну вот я и пыталась, — захлопала Нарцисса ресницами — и опять покраснела.

— Ох, Цисси, ну кто так пытается?! — всплеснула она руками — и, таким образом, инцидент был исчерпан. Хорошо, когда тебя считают недалёкой и скромной. Полезно.

Однако проблема, всё же, осталась. Печататься под своим именем она не рискнёт — даже после замужества. А ведь её уже пригласили летом в «Пророк» — на личную встречу, и она не собиралась упускать подобный шанс. Значит, надо… надо как-то изменить внешность. Оборотное не подходит: нет гарантии, что выбранная женщина, кого бы она не взяла, всю жизнь будет у неё под рукой, да и раскрыть обман слишком просто. Нет — нужно что-то другое… нужна человеческая трансфигурация.

Но они пока что её не проходили: Нарцисса только готовилась к СОВам, а высшую трансфигурацию изучают на старших курсах. Вот сёстры уже умели — но под каким предлогом попросить их о помощи, не раскрывая своей тайны, Нарцисса не знала. Да и потом, они же запомнят её облик… нет — это тоже не подходит. Нужен кто-то другой. И опять по всем пунктам подходил Люциус! Да — у них вышел бы отличный тандем… Но раскрыться ему просто так было слишком неразумно и неосторожно — нет, определённо ей нужен роман с ним! Вот как ни посмотри — нужен.