Я никогда не думал, что такое возможно. Собственно, я самый обычный человек, что я мог понимать… В собственной голове, издалека, это казалось смешным и наивным…
3 мин, 44 сек 2172
Темнота, я слегка различал свет, лившейся в небольшом количестве и мягко разгоняя мрак неизвестно где… Я обездвижен. Нет, я привязан! Не понимая где, почему и зачем!? Я ощущал давление веревок по всему телу, сковывающих меня крепко, но при этом не заслоняющие больших участков тела. Я был привязан к кресту, во всяком случае мне так казалось, так как веревки не давали мне вертеть головой и я так и не смог в полной мере оценить всей ситуации, но положение рук и ног почему-то наводило мысль именно на крест. Я не чувствовал одежды, я даже не понимал есть ли она на мне, но то, что я был беспомощен — это факт. Даже пальцы рук были привязаны по отдельности, в заурядном стиле: «Дай пять». Непонимание ситуации и отсутствие свободы меня дико напрягало, и я уже начал чувствовать тревогу с паникой на пару.
На границе освещенного пространства мелькнула едва заметная тень. Я спросил кто здесь. Тишина. Секунда, две… пять. Из мрака начали доноситься шаги. Хлюпающие шаги, как идут по болоту. Но наличие бетонного пола не могло никак оставить этот звук уместным. Помимо чавканья чьих-то ног, добавился едва различимый хрип наперебой с бульканьем. Источник звука приближался. Внезапно, белый бетон расчертил быстрый, багрового цвета, ручеек крови, он был настолько стремительным, что оказался прямо у основания креста. Постепенно набиралось лужа, я испуганно смотрел в темноту, по коже мелкими толпами бегали мурашки, с которыми я пытался тщетно совладать. С приближением шагов хрип и чавканье усилились.
Через секунду на свет вывалился человек. На самом деле его трудно было назвать человеком, скорее на то, что от него осталось. Он был похож на месиво, его мышцы с кожей были перемешаны, как-будто все волокна отделили друг от друга и переплели между собой. Его ноги, в особенности ступни, были похожи на разбухшую красную вату, они были настолько изуродоваными и мягкими, что топтавшись в собственной крови, этот ходячий труп издавал леденящие душу чавканья теперь еще громче. Сделав два шага он издал душераздирающий крик оборвавшийся хрипом, в этот момент всё, что держалось на скелете, начало медленно слезать. Месиво из плоти уже не могло держать жесткую форму. Ходячий труп завалился на бок, и продолжал хрипеть и стонать в агонии. Я не мог сдержаться, меня всего колотило. Я не мог издать ни звука, меня просто переклинило.
— Ну что, повторим? Я начну.
Голос словно пронзил пространство.
Через момент ко мне, со всех сторон из ниоткуда направились иглы. Они висели в воздухе, словно неведомый кукловод управлял ими силой мысли. Иглы приближались медленно, со всех сторон, это были самые обычные иглы, которыми шьют. Их было так много, и они приближались ко мне со всех сторон. На мгновение они остановились в миллиметре от кожи. Я забился в истерике. Но это ничего не решило. Совершенно ничего.
— Я уверен, тебе понравится.
Я почуствовал сильную боль в подушечках пальцев рук, в них одна за другой входили иглы. Я издал глухой вопль, не в силах стерпеть боль. Они вошли полностью, каждой клеткой кожи рук я чувствовал спрятанные во мне иглы. Следующие вошли в пятки, вены на руках и ногах, в сгибы локтей, икры на ногах и грудную клетку, во все кости и суставы, за исключением шеи, головы и позвоночника. Боль пронзила почти всё тело.
— Я буду аккуратен, не беспокойся.
В следующий момент я заполнил тишину криком. Иглы пришли в движение. Они медленно начали циркулировать по моему телу, полосуя моё тело изнутри на мелкие волокна. Меня било от боли. Через пол минуты вся кожа с моими мышцами набухла смешиваясь с кровью. Кости с тихим треском превращались в осколки, исполосовав все мясо в ногах, иглы перешли к внутреностям живота. Я уже не мог кричать, я просто дергался от движения игл и связки давно исчерпали свой предел. Закончив с торсом, иглы перешли к горлу, через несколько секунд это раскроенное мясо издавало только хрипящие булькающие звуки. Вслед за горлом иничтожено было лицо, за исключением глаз. Отовсюду маленькими капельками сочилась кровь. Испытав приступ агонии я потерял сознание…
Свет. Его закрывает постепенно красная пелена. Где я?! Я опять как-будто в подвешенном состоянии. Не чувствую своего тела. В красной пелене едва различим силуэт. Попробую идти у нему. Усилием воли пытаюсь приблизиться, непонятно как, но я ближе. Нужно еще ближе. Появляется боль. Неважно. Еще шаг. Боль усиливается. Я должен выйти. С каждым усилием воли, попытке движения, я начинаю чувствовать тело, а вместе с ним невыносимую боль… Я должен добраться. Нет сил терпеть, я начинаю выть от боли. Еще чуть-чуть. Опять агония. Всё тело. Я падаю с криком в что-то мягкое, лужа, непонятно откуда взявшейся крови, поднимает брызги. Я из последних сил смотрю на силуэт, этот человек, на кресте. Это же…
На границе освещенного пространства мелькнула едва заметная тень. Я спросил кто здесь. Тишина. Секунда, две… пять. Из мрака начали доноситься шаги. Хлюпающие шаги, как идут по болоту. Но наличие бетонного пола не могло никак оставить этот звук уместным. Помимо чавканья чьих-то ног, добавился едва различимый хрип наперебой с бульканьем. Источник звука приближался. Внезапно, белый бетон расчертил быстрый, багрового цвета, ручеек крови, он был настолько стремительным, что оказался прямо у основания креста. Постепенно набиралось лужа, я испуганно смотрел в темноту, по коже мелкими толпами бегали мурашки, с которыми я пытался тщетно совладать. С приближением шагов хрип и чавканье усилились.
Через секунду на свет вывалился человек. На самом деле его трудно было назвать человеком, скорее на то, что от него осталось. Он был похож на месиво, его мышцы с кожей были перемешаны, как-будто все волокна отделили друг от друга и переплели между собой. Его ноги, в особенности ступни, были похожи на разбухшую красную вату, они были настолько изуродоваными и мягкими, что топтавшись в собственной крови, этот ходячий труп издавал леденящие душу чавканья теперь еще громче. Сделав два шага он издал душераздирающий крик оборвавшийся хрипом, в этот момент всё, что держалось на скелете, начало медленно слезать. Месиво из плоти уже не могло держать жесткую форму. Ходячий труп завалился на бок, и продолжал хрипеть и стонать в агонии. Я не мог сдержаться, меня всего колотило. Я не мог издать ни звука, меня просто переклинило.
— Ну что, повторим? Я начну.
Голос словно пронзил пространство.
Через момент ко мне, со всех сторон из ниоткуда направились иглы. Они висели в воздухе, словно неведомый кукловод управлял ими силой мысли. Иглы приближались медленно, со всех сторон, это были самые обычные иглы, которыми шьют. Их было так много, и они приближались ко мне со всех сторон. На мгновение они остановились в миллиметре от кожи. Я забился в истерике. Но это ничего не решило. Совершенно ничего.
— Я уверен, тебе понравится.
Я почуствовал сильную боль в подушечках пальцев рук, в них одна за другой входили иглы. Я издал глухой вопль, не в силах стерпеть боль. Они вошли полностью, каждой клеткой кожи рук я чувствовал спрятанные во мне иглы. Следующие вошли в пятки, вены на руках и ногах, в сгибы локтей, икры на ногах и грудную клетку, во все кости и суставы, за исключением шеи, головы и позвоночника. Боль пронзила почти всё тело.
— Я буду аккуратен, не беспокойся.
В следующий момент я заполнил тишину криком. Иглы пришли в движение. Они медленно начали циркулировать по моему телу, полосуя моё тело изнутри на мелкие волокна. Меня било от боли. Через пол минуты вся кожа с моими мышцами набухла смешиваясь с кровью. Кости с тихим треском превращались в осколки, исполосовав все мясо в ногах, иглы перешли к внутреностям живота. Я уже не мог кричать, я просто дергался от движения игл и связки давно исчерпали свой предел. Закончив с торсом, иглы перешли к горлу, через несколько секунд это раскроенное мясо издавало только хрипящие булькающие звуки. Вслед за горлом иничтожено было лицо, за исключением глаз. Отовсюду маленькими капельками сочилась кровь. Испытав приступ агонии я потерял сознание…
Свет. Его закрывает постепенно красная пелена. Где я?! Я опять как-будто в подвешенном состоянии. Не чувствую своего тела. В красной пелене едва различим силуэт. Попробую идти у нему. Усилием воли пытаюсь приблизиться, непонятно как, но я ближе. Нужно еще ближе. Появляется боль. Неважно. Еще шаг. Боль усиливается. Я должен выйти. С каждым усилием воли, попытке движения, я начинаю чувствовать тело, а вместе с ним невыносимую боль… Я должен добраться. Нет сил терпеть, я начинаю выть от боли. Еще чуть-чуть. Опять агония. Всё тело. Я падаю с криком в что-то мягкое, лужа, непонятно откуда взявшейся крови, поднимает брызги. Я из последних сил смотрю на силуэт, этот человек, на кресте. Это же…
