Надежда

Женщина задумчиво смотрела в тёмное стекло, не слыша весёлого праздничного галдежа, и, словно глядя сквозь далёкое дыхание декабря, видела в отражении не первый, подталый мякотью снег, а яркие платья горожанок и предзимние огни бумажных ламп, разбрызгавшие свой цвет по рынку вперемежку с тугим наливом ноябрьских овощей и фруктов, недавно завезённых с зелёных распаханных окраин.

Ушёл Зольф Кимбли, васильковый человек в белых перчатках, в старой шляпе, с сумкой на плечах. Отслужил свой положенный срок, сложил вещи, равнодушно вскинул сумку на спину — и ушёл.

А куда поехал — неизвестно.

Наверное, вперёд. Так, как и делал всегда.