Наемник и некромант

Лошадь ему досталась добротная, пусть и норовистая, и когда Ильмаре ловко запрыгнул в седло, она недовольно мотнула головой и лягнулась куда-то себе за спину. Сбруя что на ней, что на других конях вокруг, была простая, но крепкая и надежная, как и кареты, и одежда наемников. Видно было, что наниматели не скупятся, но и платить привыкли только за хорошие вещи. Только вот наемники-то Ильмаре и беспокоили, точнее, их презрительные взгляды. Не цепляли, нет… Просто мешало назойливое внимание. И еще он уже привык, что в дороге есть о чем поболтать с некромантом — но Айтир скрылся в карете вместе с одним из учеников и со стихиалем. Туда хотели впихнуть еще одного мальчишку, того, что покрасивше и поугрюмей, но разговор не задался с самого начала. Ильмаре, навострив уши, услышал:

— Эта карета не такая уютная, как та, в которой сидят остальные детки, но ты можешь устроиться тут, — это сипло пробасил один из наемников, сплевывая себе под ноги.

— Тогда я возьму лошадь, — кудрявый мальчик отстраненно глядел сквозь на собеседника.

— Э-э-э нет, малец, так дела не делаются, — наемник покрутил пальцем у него перед лицом. — У нас количество господ и простых смертных на лошадях выверено. Так что извольте повиноваться, ваше господство.

Тон был гаденьким, даже Ильмаре, привычный к подобному, скривился: ну все, сейчас начнется балаган с богатеньким ребенком с золотой ложкой в одном месте. То ему не понравится, это; наверняка выпихнет кого-то из кареты или закатит истерику. Но вместо этого последовал совершенно иной ответ:

— Тогда я сяду рядом с возницей. Ведь это место не занято?

Интересный мальчишка, строптивый. Ильмаре хмыкнул и отогнал лошадь ближе к карете Айтира. Под копытами крутился и Изюм, которого, видимо, знатно покормили этим утром — пес сиял и лучился предвкушением долгой дороги. Невинное создание.

Вот только потом дорога не задалась: погода хмурилась, было совсем не жарко; Айтир ушел в себя, не отвечая на оклики. Ильмаре даже пару раз постучал по стенке кареты, но без толку: уши некроманта от звуков чуть дергались, но выражение лица никак не менялось. Юнец, дремавший на сиденье, вообще мирно продолжал посапывать, уткнувшись носом в сложенные на груди руки.

Путь был долгим, нормальный привал планировался только ночью, а короткие передышки были на пользу лишь лошадям, но никак не наездникам. Ильмаре скучал, оглядываясь по сторонам. Тройка магов неизменно терлась рядом друг с другом, и казалось, что даже их кони идут в ногу. Из второй кареты то и дело доносились детские возгласы и заливистый смех. Наемники рассыпались вокруг и производили впечатление увальней, которым жутко лень следить за безопасностью. Обманчивое зрелище, естественно: Ильмаре с первых же мгновений заметил их натруженные руки и внимательные взгляды. Мальчонка же, упрямо примостившийся рядом с возницей, ехал молча, внимательно разглядывая дорогу перед собой и кутаясь в болотного цвета дорожный плащ.

— Упрямство не позволяет уйти с холода и подсесть к тем ученикам? — Ильмаре поравнялся с каретой и внимательно посмотрел на мальчишку. Возница и глазом не повел, лишь усмехнулся в усы.

— Какое тебе дело? Таким, как ты, вообще лошадь не положена, — огрызнулся мальчик.

Вот крысеныш.

— О, прости, совсем забыл: ты небось держал дома послушную ушастую зверушку, — Ильмаре состроил печальный забитый взгляд раба, а затем осклабился. — Вот только тебе бы стоило привыкать к тому, что тут иерархия работает по принципу «кто сильнее, тот главнее».

Взгляд мальчика выдал все. Ильмаре не ошибся, определяя статус красавчика: ущемленное дворянское самолюбие так и закипало в нем, но высказываться он не стал. Гордец. Или осознал сложившуюся ситуацию?

— А теперь не ерепенься и забирай это, я все равно, как и лошадь, уже в мыле, — Ильмаре стянул с себя колючий плащ, который носил еще со времен спасения некроманта, и кинул мальцу в руки. — Не заберешь, я тебя с кареты скину. Еще не хватало, чтобы дети тут заболели.

Заботливостью и нежностью Ильмаре не отличался. Он действительно считал, что больной путешественник — мертвый путешественник, а лечить всякую хворь малолетки, для этого останавливаясь на лишний привал… Вот еще!