Фандом: Гарри Поттер, Шерлок BBC. Шерлоку Холмсу и доктору Ватсону попадалось немало странных и опасных дел. Но одно полностью перевернуло размеренное течение их жизни. Дело, о котором так и не появилось записи в блоге Джона. Дело о напуганных мертвецах. Четыре человека умерли в собственном доме, никаких следов насилия — только выражение ужаса на лицах. Шерлоку и Джону предстоит разгадать самую сложную загадку, познакомиться с новыми миром, а попутно обрести то, что, казалось бы, давно утрачено.
132 мин, 57 сек 5686
— Глупый, — Майкрофт строго покачал головой, — очень глупый маленький мальчик, который очень плохо слушает то, что ему говорят.
Шерлок дёрнул Гермиону за волосы, а Майкрофт сильно стукнул кулаком по столу:
— Вспоминай!
Зачем ему вспоминать? Лучше он сунет волшебную палочку Гермионы в карман, поднимет неподвижную девушку на руки и пойдёт по коридору, едва сдерживая глупую улыбку. Милый, чудный голос, как же приятно ему подчиниться, раствориться в его воле.
— Воля, Шерлок! — протянул Майкрофт. — Что тебе говорили о воле?
В сознании возникла Гермиона — не такая, как сегодня — нервная и напряжённая, а такая, которая часто просиживала вечера в доме на Бейкер-стрит: с растрёпанными волосами, улыбающаяся, но немного усталая.
— Это заклятие «Империус», Шерлок. Помнишь, что я о нём говорила?
— Он подчиняет волю человека, заставляя его выполнять все приказы волшебника, наложившего его.
— Именно, а еще? — Гермиона нахмурила брови.
— Сбросить его может только сильный человек.
Джим взвизгнул:
— Слабак!
Майкрофт торжествующе поднял голову, Гермиона прикусила губу. А Шерлок почувствовал, как блаженный туман подчинения тает.
— Мы почти пришли, господа авроры. Мистер Поттер, прикажите своим людям убрать палочки, а то они могут случайно повредить миссис Снейп.
Гарри сделал своим людям знак, приказывая подчиниться. При необходимости вся команда (кроме Голдстейна, который работал под началом Гермионы и не был аврором) могла достать палочки меньше, чем за секунду.
— Отлично, мистер Поттер, господа. Прошу, проходите.
Малфой открыл дверь и первым вошёл внутрь.
Комната была небольшой, возможно, как малый тренировочный зал в Министерстве Магии или чуть больше, но разделена на две части толстым стеклом. За ним, привязанная к стулу, сидела Луна. Она была без сознания, голова опрокинулась на грудь, и только лёгкое движение плеч показывало, что она ещё дышит. С огромным трудом Гарри сдержался, чтобы не броситься на помощь подруге. Он догадывался, что всё не может быть настолько просто.
— Изящное решение, мистер Поттер, не правда ли? — с улыбкой спросил Малфой. Потом притворно вздохнул и уточнил:
— Не понимаете? Я не удивлён. Вы никогда не обладали аналитическим мышлением. Из всего вашего окружения разве что мисс Грейнджер могла бы догадаться, но её с вами, как назло, нет.
— Просветите нас, — сказал Гарри твердо. Он уже вышел из того возраста, когда спорят с противником или доказывают ему что-то. Единственное, что действительно было важным, это жизнь Луны и всей его команды, а болтовня Малфоя — пустяк.
— Боюсь, у нас нет времени на беседы, господа, — почти незаметная дверь сбоку открылась, и в зал вошел Майкрофт Холмс.
Гарри сжал зубы — ему не нравилось его спокойствие. В их последнюю встречу он буквально каменел от страха, а сейчас производит впечатление совершенно уверенного в себе человека.
— Сейчас мистер Поттер и вся его команда достанут свои волшебные палочки и опустят их на пол, — сказал он твёрдо. — В противном случае в тело миссис Снейп будет введён раствор, содержащий мощное психотропное вещество. Возможность её исцеления с помощью науки или магии наши специалисты оценивают… в полтора процента.
Гарри присмотрелся и действительно увидел тонкую, почти незаметную трубку, которая тянулась откуда-то сбоку к руке Луны.
— В малых дозах этот препарат вызывает сильные судороги, в больших — приводит к серьёзным повреждениям памяти. Необратимым.
— Откуда мне знать, что это не блеф? — спросил Гарри.
— Разрешите провести небольшую демонстрацию? — Майкрофт улыбнулся, и в ту же секунду Луна задёргалась в страшных судорогах, как будто на неё наложили одновременно «Круциатус» и заклятье немоты. Если бы раствор вводил кто-то из присутствующих, Гарри мог бы попытаться обезвредить его, но он не видел врага. Только тонкую трубку, которую не пробить заклинанием из-за толстого стекла.
— Я вас убедил?
— Вполне, — произнес Гарри и первым опустил палочку на пол. Вслед за ним то же самое сделали все остальные.
— Благодарю. Поверьте мне, мистер Поттер, вам и вашим людям ничего не угрожает. Мы не хотим ничьих смертей.
Майкрофт сцепил пальцы рук и снова улыбнулся, вернее, скривился, словно у него заболел зуб.
— Отлично, Поттер! — произнес Малфой. — Всё, что от вас требуется, чтобы выйти вместе с миссис Снейп и остальными из этого гостеприимного места, это дать Непреложный Обет.
— И что же я должен пообещать? — поинтересовался Гарри делано равнодушным тоном. На самом деле он прекрасно понимал, что пообещает всё. Практически всё. И не только ради Луны, одного из своих лучших друзей, но и ради Снейпа. Тот спасал его жизнь столько раз, что стыдно вспоминать, и сейчас Гарри мог ему отплатить. Луна — это больше, чем жизнь для Снейпа. Если он не вытащит её отсюда, он больше никогда не сможет посмотреть в глаза бывшему профессору зельеварения и крёстному своего младшего сына.
И, похоже, Майкрофт и Малфой об этом знали.
Шерлок дёрнул Гермиону за волосы, а Майкрофт сильно стукнул кулаком по столу:
— Вспоминай!
Зачем ему вспоминать? Лучше он сунет волшебную палочку Гермионы в карман, поднимет неподвижную девушку на руки и пойдёт по коридору, едва сдерживая глупую улыбку. Милый, чудный голос, как же приятно ему подчиниться, раствориться в его воле.
— Воля, Шерлок! — протянул Майкрофт. — Что тебе говорили о воле?
В сознании возникла Гермиона — не такая, как сегодня — нервная и напряжённая, а такая, которая часто просиживала вечера в доме на Бейкер-стрит: с растрёпанными волосами, улыбающаяся, но немного усталая.
— Это заклятие «Империус», Шерлок. Помнишь, что я о нём говорила?
— Он подчиняет волю человека, заставляя его выполнять все приказы волшебника, наложившего его.
— Именно, а еще? — Гермиона нахмурила брови.
— Сбросить его может только сильный человек.
Джим взвизгнул:
— Слабак!
Майкрофт торжествующе поднял голову, Гермиона прикусила губу. А Шерлок почувствовал, как блаженный туман подчинения тает.
Новый игрок
Люциус остановился перед небольшой белой дверью и театрально развёл руками:— Мы почти пришли, господа авроры. Мистер Поттер, прикажите своим людям убрать палочки, а то они могут случайно повредить миссис Снейп.
Гарри сделал своим людям знак, приказывая подчиниться. При необходимости вся команда (кроме Голдстейна, который работал под началом Гермионы и не был аврором) могла достать палочки меньше, чем за секунду.
— Отлично, мистер Поттер, господа. Прошу, проходите.
Малфой открыл дверь и первым вошёл внутрь.
Комната была небольшой, возможно, как малый тренировочный зал в Министерстве Магии или чуть больше, но разделена на две части толстым стеклом. За ним, привязанная к стулу, сидела Луна. Она была без сознания, голова опрокинулась на грудь, и только лёгкое движение плеч показывало, что она ещё дышит. С огромным трудом Гарри сдержался, чтобы не броситься на помощь подруге. Он догадывался, что всё не может быть настолько просто.
— Изящное решение, мистер Поттер, не правда ли? — с улыбкой спросил Малфой. Потом притворно вздохнул и уточнил:
— Не понимаете? Я не удивлён. Вы никогда не обладали аналитическим мышлением. Из всего вашего окружения разве что мисс Грейнджер могла бы догадаться, но её с вами, как назло, нет.
— Просветите нас, — сказал Гарри твердо. Он уже вышел из того возраста, когда спорят с противником или доказывают ему что-то. Единственное, что действительно было важным, это жизнь Луны и всей его команды, а болтовня Малфоя — пустяк.
— Боюсь, у нас нет времени на беседы, господа, — почти незаметная дверь сбоку открылась, и в зал вошел Майкрофт Холмс.
Гарри сжал зубы — ему не нравилось его спокойствие. В их последнюю встречу он буквально каменел от страха, а сейчас производит впечатление совершенно уверенного в себе человека.
— Сейчас мистер Поттер и вся его команда достанут свои волшебные палочки и опустят их на пол, — сказал он твёрдо. — В противном случае в тело миссис Снейп будет введён раствор, содержащий мощное психотропное вещество. Возможность её исцеления с помощью науки или магии наши специалисты оценивают… в полтора процента.
Гарри присмотрелся и действительно увидел тонкую, почти незаметную трубку, которая тянулась откуда-то сбоку к руке Луны.
— В малых дозах этот препарат вызывает сильные судороги, в больших — приводит к серьёзным повреждениям памяти. Необратимым.
— Откуда мне знать, что это не блеф? — спросил Гарри.
— Разрешите провести небольшую демонстрацию? — Майкрофт улыбнулся, и в ту же секунду Луна задёргалась в страшных судорогах, как будто на неё наложили одновременно «Круциатус» и заклятье немоты. Если бы раствор вводил кто-то из присутствующих, Гарри мог бы попытаться обезвредить его, но он не видел врага. Только тонкую трубку, которую не пробить заклинанием из-за толстого стекла.
— Я вас убедил?
— Вполне, — произнес Гарри и первым опустил палочку на пол. Вслед за ним то же самое сделали все остальные.
— Благодарю. Поверьте мне, мистер Поттер, вам и вашим людям ничего не угрожает. Мы не хотим ничьих смертей.
Майкрофт сцепил пальцы рук и снова улыбнулся, вернее, скривился, словно у него заболел зуб.
— Отлично, Поттер! — произнес Малфой. — Всё, что от вас требуется, чтобы выйти вместе с миссис Снейп и остальными из этого гостеприимного места, это дать Непреложный Обет.
— И что же я должен пообещать? — поинтересовался Гарри делано равнодушным тоном. На самом деле он прекрасно понимал, что пообещает всё. Практически всё. И не только ради Луны, одного из своих лучших друзей, но и ради Снейпа. Тот спасал его жизнь столько раз, что стыдно вспоминать, и сейчас Гарри мог ему отплатить. Луна — это больше, чем жизнь для Снейпа. Если он не вытащит её отсюда, он больше никогда не сможет посмотреть в глаза бывшему профессору зельеварения и крёстному своего младшего сына.
И, похоже, Майкрофт и Малфой об этом знали.
Страница 32 из 37
