Наша простая странная жизнь

Пошёл вперёд, загребая ногами снег. Злился на себя страшно сейчас… Ну что за человек я? Нет бы бросить её… Да только как я могу, если у неё наш ребёнок? Нет, глупости это всё, если мужчина захочет уйти, его никаким ребёнком не задержать… но я же не конченая мразь, не могу просто вот так взять и хлопнуть дверью, будто и она и этот маленький у неё в животе — ко мне не имеют никакого отношения. Она пусть и не любимая, но я уважаю и люблю её по-своему. Она мне не чужой человек… Вика… сколько уж времени вместе. Да и как можно поступить с человеком подло, когда он тебя искренне любит? Видать, я какой-то неправильный, раз большинство так могут, а я — нет.

Господи! Сколько всего сразу поменялось. От одной фразы: «Я беременна!» весь мир словно сошёл с ума вокруг. Или это я съехал с катушек?

— Ром?

Вита, оказалось, шагал рядом со мной и виновато молчал, пока я предавался размышлениям.

— Чего?

— Давай завтра ещё погуляем. Тебе чаще мозги проветривать надо, а то сначала работа, потом Вика… Кстати, она когда с командировки возвращается?

— В следующую среду.

— Вот и отлично. У тебя есть время привыкнуть к мысли, что у вас будет маленький, — улыбнулся мне Крайнов.

Только улыбка у него получилась какая-то тусклая.

А я вдруг понял, что не хочу. Не хочу привыкать к этой мысли, потому что… Единственное, к чему я хочу привыкнуть — что со мной рядом Виталька. Солнечный мальчишка, вышедший из того августа, из солнечно-малинового света заходящего солнца. С зелёно-карими глазами и лукавой улыбкой. И никого другого в целом мире мне не надо…

Кажется, я влип, да?

«Начальство надо лучше выбирать» (POV Виталя)

В прихожей меня встретила Лина. Сестра нервно притопывала ногой и явно собиралась съездить мне по лицу чем-нибудь тяжёлым, как только я появлюсь в поле её зрения.

— Что произошло?! Куда ты так удрал?! — накинулась на меня девушка, когда я закрыл дверь и устало прислонился к ней спиной.

— В больницу…

— О боже, кто-то умер?!

— Ты как всегда потрясающе оптимистична! — фыркнул я, стаскивая ботинки и закидывая куртку на вешалку.

Мы прошли в зал, где я рухнул на диван и рассказал сестре о том, что произошло.

События этого вечера у меня в голове укладывались с огромным трудом. Вроде ничего такого, что бы прям из ряда вон, да и Ромку понять вполне возможно… Если бы не то, что я перепугался за него до чертиков. Но мне от этого легче не становилось.

Весь вечер я вёл себя как глупая влюблённая девица, которая не знает, что ей делать и как себя вести с объектом своих воздыханий. А объект этот так смотрел, что, то в жар, то в холод бросало. И понимание такое вселенское на дне голубых глаз, будто он всю мою душу вывернул и прочитал, как книжицу какую. Странно, думал я, чувствуя, как тонкие пальцы Лины перебирают пряди моих волос, неужели он раньше тоже так смотрел? Неужели я мог этого не заметить? Впрочем, как «так» я тоже не мог бы внятно объяснить. Словно он что-то хотел мне сказать этим вот взглядом, на что-то намекнуть, но смысл от меня ускользал.

— Ну и что ты делать дальше будешь? — наконец нарушила тишину сестра. — Так и собираешься лелеять свои безответные чувства?

— Чувства? — моргнул я удивлённо.

— А то нет, — усмехнулась она, легко щёлкая меня по носу. — Олегыч, ты, блин, взрослый мужик, а всё как ребёнок! Ну даже я, глупая женщина, вижу, что ты страдаешь по своему шефу отнюдь не в дружеской форме.

— Всем бы женщинам быть такими глупыми, — тепло улыбнулся я, смотря ей в глаза.

Девушка невольно смущённо покраснела и отвела взгляд, фыркая:

— Подлиза. Знаешь же, что мне сказать, а.

— На самом деле, — вернулся я к разговору о чувствах. — Я сам ещё ничего толком не понимаю. Во мне это не оформилось в конкретную форму.

— Да ты просто боишься принять это, вот и всё.

— Вовсе нет! Ну… то есть… немного, может быть.

Ангелина снисходительно взъерошила мои волосы:

— Что бы ты ни решил, я на твоей стороне, — произнесла минуты через две молчания.

Но мне показалось, что она хотела сказать что-то совсем другое.

Пока пытался заснуть, в голове надоедливым писклявым голоском крутилась строчка из известной песни: «А что скажет мама, а что скажет папа, когда будем вместе гулять?». С трудом заставив себя «выключить» идиотскую мелодию в голове я всё же кое-как заснул.

Телефон зазвонил, как мне показалось, ровно через пять минут после того, как я закрыл глаза. Но будильник показывал половину девятого утра, а у меня складывалось стойкое ощущение, что я не ложился вообще.

— Да?

— Подъём в танковых войсках, Крайнов!

Я поморщился от бессовестно бодрого голоса своего начальника, который отдавался в голове подобно звону огромного колокола.

— Чего тебе надобно, старче? Что ты честным людям в их единственный выходной спать не даёшь?

— Хватит дрыхнуть, ну. Я имею право, ты вчера сам предложил мне свои услуги.

— Какие такие услуги? — попытался вспомнить я, не открывая глаз.