Саймон Альберт Вайцель никак не мог сообразить, что он делает среди ночи здесь, на самом краю бездонного котлована, вырытого компанией «Гордон консолидэйтед энтерпрайзиз». Он не помнил, как добирался сюда: автобусом ли, электричкой, не мог припомнить мигающих огоньков светофоров или каких-нибудь других подробностей поездки. Вспомнил лишь звуки, звуки, которые он слышал день за днем, неделю за неделей на протяжении вот уже второго месяца... Звуки, которые стоили ему работы и рассудка.
333 мин, 59 сек 15182
Оно требовало также принести ему в жертву 500000 человеческих жизней. И собрало себе армию, а Эшруад укрылся в храме и трудился день и ночь напролет, чтобы с помощью алхимии добыть средство против монстра — пока не осознал, что у него недостанет силы одолеть его, потому что нечто черпало свое могущество в вере — или в неверии — окружающих. К этому времени храм был покинут уже всеми, и Эшруад остался один-единственный человек, не подвластный воле Уббррокксса. И тогда Уббррокксс отрядил покорных привести Эшруада в его логово, чтобы отнять жизнь ничтожного и дерзкого мудреца. Некоторое время Эшруад отбивался от превращенных в зомби людей с помощью изготовленного им магического оружия.
Однако сопротивление его все же было сломлено, и покорные приволокли плененного Эшруада и поставили его перед Уббрроккссом, от мерзкого вида которого Эшруад тут же на месте ослеп. Уббррокксс повелел Эшруаду выстроить храм, где люди могли бы молиться только одному богу, существующему лишь для пожирания их тел и душ, и пригрозил, что если его прихоть не будет исполнена, то в следующее пришествие он насытит утробу пятью миллионами человек.
Эшруад согласился построить храм, смиренно сказав, что он представляет его себе как величайший памятник могуществу своего бога, Уббррокксса.
— Я облегчу твою задачу, — заявил польщенный Уббррокксс этрускскому мудрецу. И демон обратился в камень. Незрячий Эшруад почувствовал, как что-то неуловимо изменилось, и пальцами ощупал выросшую перед ним обжигающе горячую глыбу. Она была каменной копией гигантского ужасного двухголового демона, тулово которого покрывали чешуя и шипы.
Постепенно к Эшруаду вернулось зрение, что он посчитал милостивым даром своего нового бога Уббррокксса. Все люди, в которых вселился демон — среди них были и бывшие враги Эшруада из храма, — в свое время с нечеловеческой жестокостью участвовали в приношении жертв ненасытному монстру. Теперь же они: религиозные пастыри и нищие, купцы и повитухи — очнулись от неведения и бесчувствия, в которые их вверг дьявол, с глаз их спала злая пелена, и им открылся весь нестерпимый ужас того, что они сотворили и что их принудили сотворить.
Но страх все еще властвовал над их душами. Они по-прежнему страшились Уббррокксса и преклоняли колени перед его окаменевшим естеством. Потребовалось целое поколение и огромные усилия Эшруада, чтобы собрать и вселить в сердца людей мужество и волю, необходимые для того, чтобы дерзнуть на осуществление его замысла. И все же Эшруад достиг своей цели. Уббррокксс желал, чтобы вокруг его каменного изваяния был воздвигнут храм. Да будет так.
Храм, однако, был сооружен в виде корабля, и корабль с окаменевшим Уббрроккссом был пущен в океан. Уббррокксса доставили к необитаемой земле, где и погребли вместе с кораблем под грандиозной пирамидой На это ушли годы и годы, но Эшруад, истощив всю свою психическую энергию, сумел проникнуть в суть каменного изваяния, и оно поведало ему, что заключенный в нем бог требует вечного упокоения. Эшруаду удалось убедить в этом и свой народ.
Свершив это, Эшруад, прежде чем бросить последний взгляд на сыновей своих и внуков и отойти в мир иной, должен был исполнить последний долг. В своей, келье алхимика среди руин старого храма он с помощью одного из своих внуков, весьма искусного в обращении с металлами и камнями, изготовил сложные отливочные формы. Их было семь и девять меньшего размера и три крупных — магические числа, обозначающие год, когда Эшруад столкнулся лицом к лицу с Уббрроккссом, 793. Смешав расплавленный хрусталь с песчинками, на которые ступала нога демона, он заполнил подготовленные формы дымящейся тягучей массой. Песчинки, которых касался демон, обеспечат успех его волшебству, в этом Эшруад был уверен…
Прежнее поколение, пережившее лихую пору, те, кто слепо и безропотно насыщали Уббррокксса, стали постепенно вымирать, и Эшруад являлся к смертному одру каждого мужчины, женщины и ребенка, словно сердобольный священник, совершающий последний обряд. Но обряды Эшруада, однако же, обладали могущественной магической силой, которая взывала к богине Эслии помочь ему укрыть души людей, подобных ему самому, — слабых людей, ставших добычей страха и низвергнутых в бездну отречения от веры. А где еще могли приютиться такие души на веки вечные, как не в хрустальных черепах, которые вберут в себя и станут отражать их тяжкие грехи? Но что еще более важно, считал Эшруад, таким образом они, возможно, еще получат шанс па спасение своей души, сразившись с Уббрроккссом в следующий раз, когда он поднимет руку на человечество.
Внук Эшруада, тысячи раз наблюдавший эту церемонию, исполнил данную деду клятву и совершил последний ритуал над бездыханным телом усопшего мудреца. Хрустальный череп в руках юноши на мгновение озарился нестерпимым золотистым пламенем и померк. Дождавшись удобного часа, он тайком спрятал череп в руинах храма.
Шли годы, и люди начали находить черепа и продавать их на забаву королям и фараонам, даже не ведая, что в них томятся души людей и волшебников.
Однако сопротивление его все же было сломлено, и покорные приволокли плененного Эшруада и поставили его перед Уббрроккссом, от мерзкого вида которого Эшруад тут же на месте ослеп. Уббррокксс повелел Эшруаду выстроить храм, где люди могли бы молиться только одному богу, существующему лишь для пожирания их тел и душ, и пригрозил, что если его прихоть не будет исполнена, то в следующее пришествие он насытит утробу пятью миллионами человек.
Эшруад согласился построить храм, смиренно сказав, что он представляет его себе как величайший памятник могуществу своего бога, Уббррокксса.
— Я облегчу твою задачу, — заявил польщенный Уббррокксс этрускскому мудрецу. И демон обратился в камень. Незрячий Эшруад почувствовал, как что-то неуловимо изменилось, и пальцами ощупал выросшую перед ним обжигающе горячую глыбу. Она была каменной копией гигантского ужасного двухголового демона, тулово которого покрывали чешуя и шипы.
Постепенно к Эшруаду вернулось зрение, что он посчитал милостивым даром своего нового бога Уббррокксса. Все люди, в которых вселился демон — среди них были и бывшие враги Эшруада из храма, — в свое время с нечеловеческой жестокостью участвовали в приношении жертв ненасытному монстру. Теперь же они: религиозные пастыри и нищие, купцы и повитухи — очнулись от неведения и бесчувствия, в которые их вверг дьявол, с глаз их спала злая пелена, и им открылся весь нестерпимый ужас того, что они сотворили и что их принудили сотворить.
Но страх все еще властвовал над их душами. Они по-прежнему страшились Уббррокксса и преклоняли колени перед его окаменевшим естеством. Потребовалось целое поколение и огромные усилия Эшруада, чтобы собрать и вселить в сердца людей мужество и волю, необходимые для того, чтобы дерзнуть на осуществление его замысла. И все же Эшруад достиг своей цели. Уббррокксс желал, чтобы вокруг его каменного изваяния был воздвигнут храм. Да будет так.
Храм, однако, был сооружен в виде корабля, и корабль с окаменевшим Уббрроккссом был пущен в океан. Уббррокксса доставили к необитаемой земле, где и погребли вместе с кораблем под грандиозной пирамидой На это ушли годы и годы, но Эшруад, истощив всю свою психическую энергию, сумел проникнуть в суть каменного изваяния, и оно поведало ему, что заключенный в нем бог требует вечного упокоения. Эшруаду удалось убедить в этом и свой народ.
Свершив это, Эшруад, прежде чем бросить последний взгляд на сыновей своих и внуков и отойти в мир иной, должен был исполнить последний долг. В своей, келье алхимика среди руин старого храма он с помощью одного из своих внуков, весьма искусного в обращении с металлами и камнями, изготовил сложные отливочные формы. Их было семь и девять меньшего размера и три крупных — магические числа, обозначающие год, когда Эшруад столкнулся лицом к лицу с Уббрроккссом, 793. Смешав расплавленный хрусталь с песчинками, на которые ступала нога демона, он заполнил подготовленные формы дымящейся тягучей массой. Песчинки, которых касался демон, обеспечат успех его волшебству, в этом Эшруад был уверен…
Прежнее поколение, пережившее лихую пору, те, кто слепо и безропотно насыщали Уббррокксса, стали постепенно вымирать, и Эшруад являлся к смертному одру каждого мужчины, женщины и ребенка, словно сердобольный священник, совершающий последний обряд. Но обряды Эшруада, однако же, обладали могущественной магической силой, которая взывала к богине Эслии помочь ему укрыть души людей, подобных ему самому, — слабых людей, ставших добычей страха и низвергнутых в бездну отречения от веры. А где еще могли приютиться такие души на веки вечные, как не в хрустальных черепах, которые вберут в себя и станут отражать их тяжкие грехи? Но что еще более важно, считал Эшруад, таким образом они, возможно, еще получат шанс па спасение своей души, сразившись с Уббрроккссом в следующий раз, когда он поднимет руку на человечество.
Внук Эшруада, тысячи раз наблюдавший эту церемонию, исполнил данную деду клятву и совершил последний ритуал над бездыханным телом усопшего мудреца. Хрустальный череп в руках юноши на мгновение озарился нестерпимым золотистым пламенем и померк. Дождавшись удобного часа, он тайком спрятал череп в руинах храма.
Шли годы, и люди начали находить черепа и продавать их на забаву королям и фараонам, даже не ведая, что в них томятся души людей и волшебников.
Страница 73 из 96
