Наследник

— У меня нет повода стыдиться предков, адское отродье, но не с тобою мне говорить о них. Ничего не стоят подобные тебе, ничего не заслуживают, кроме одного — сидеть взаперти в смрадном своем обиталище да пожирать друг друга. Попробуй понять напоследок: магия и некромантия, жизнь и смерть — две стороны одной медали. Иное — демоны: вы — разрушение в чистом виде, отрицание всего сущего, а твоя собственная извращенная природа — вызов всему мировому порядку, оскорбление Асхи! Двойная душа, двуличное сердце, двойной разум, одной ногой здесь, другой в аду! Неужели ты полагаешь, что этим следует гордиться?! Да, меня не готовили держать власть, но на моей стороне столетия упорного труда, и усилия, что прилагал и прилагаю я неустанно, позволяют мне служить Эришу и великой богине усердно, смиренно и не без успеха. А ты? Что успел постигнуть ты, демон? Суди сам: ты крепок телом — нечестивцы ждали, пока ты возмужаешь; тебе дали начальные познания в магии, научили худо-бедно владеть оружием — и отправили… Куда? Для чего? Какова была их цель, задумался ли ты хоть на мгновение? Зачем ты бежал за мной, зачем пришел сюда, зачем встал на пути моем? Только потому, что тебе было велено, не так ли? Другие лишь толкали тебя вперед, ничего не объясняя, дабы совершить нужное им твоими руками. Я понял это уже тогда, когда ты, точно простой посыльный, привез Менелагу кристалл Шантири, не ведая о его мощи. Когда же ты выкрал его у меня и направился в храм, перебив моих людей, я уже знал, что ты гонишься за реликвией, быть может, лишь мне наперекор, но не ведаешь, для чего она нужна, — от тебя спрятали правду, и сие нимало тебя не встревожило. Так ли поступают с наследником, коему желают передать власть? Что же великого совершил ты сам? Побежал, разрушил, убил, украл, и даже цель твоих преступлений осталась тебе неизвестна. Так ли действует наследник могучего рода, так ли он мыслит, такой ли путь выбирает в жизни своей?

Правда была безжалостной, но нельзя было позволить мальчишке долее пребывать в иллюзии, и я продолжил, стоя на возвышении и уже не скрываясь, — я видел, что он болезненно вслушивается:

— Неужто не поймешь: ты и нужен был лишь затем, чтобы выпустить сородичей из ада, чтобы мерзкие демоны заполонили мир Асхи, изуродовали его и разорвали на части! Твоих познаний и навыков хватить могло лишь на то, чтобы добраться сюда и передать Череп Теней адскому владыке. Большего и не вложили в тебя — ведь большего и не требовалось. Ради этого твою несчастную мать, королеву Изабель, подвергли мучениям, осквернили тело ее, растерзали душу! Какова будет твоя благодарность той, что дала тебе жизнь, — покорно продолжишь исполнять волю продажных учителей своих и тем завершишь ее унижение? Веришь ли ты хоть на мгновение в то, что после сделаешься преемником отца? Станет ли он делиться с тобою властью над миром, если жаждал ее столько столетий? В лучшем случае ты и далее будешь прислуживать ему — для него вполне хорош такой слуга, обладатель сильного тела, но слабого разума, — в худшем же просто умрешь, потому что сразу окажешься лишним. Ты не столько преемник ему, сколько соперник, и он раздавит тебя в единое мгновение — он не человек, ему неведомы честь, благодарность и привязанность к ближнему. Наивный мальчишка, жалкий глупец и невежда! Всего лишь ключ, даже не ключ — отмычка вора, вот кто ты на самом деле, Темный Мессия, «способный мир изменить или же уничтожить»! Ничего не сможешь ты изменить, потому что не понимаешь, что происходит, и даже не пытаешься понять — просто бежишь, убивая направо и налево. Тобою играют, как куклой, натравливают тебя, словно охотничьего пса, а ты рад служить, не зная даже, кому и во имя чего. И ты полагаешь, что я пропущу тебя к Черепу Теней? Скорее ты умрешь сегодня, мальчик. Жертва Седьмого Дракона и душ Стоунхелма не будет напрасной — я восстановлю равновесие Асхи, как и было предначертано, твои сородичи никогда более не узрят созданного ею мира и не смогут вредить ему. Твой отец, будь он проклят, должен навеки остаться в своем плену, и если ты ключ, то я не позволю тебе отомкнуть врата! Неужели ты думаешь, что сможешь меня остановить?

Мальчишка стоял, тяжело дыша, то и дело сильнее сжимал рукоять меча и глядел на меня с ненавистью, точно собирался убить и выбирал момент для удара, но кое-что еще увидел я в его глазах — сомнение.

— Ты не сделаешь этого, — хрипло и злобно проговорил он. — Не посмеешь убить стольких людей…

— Ради того, чтобы целый мир не достался демонам, посмею, можешь верить, и Асха не осудит меня. И тебя самого уничтожу без колебаний, если попытаешься мне помешать, потому что только из твоих рук адские твари могут получить реликвию.

— Я не об этом, безумец! Я не собираюсь отдавать никому Череп! Ты кровопийца, жалкий фанатик! Оставь город в покое! — вдруг закричал мальчишка. Последняя из Соколов рванулась к нему.

— А ну, назад, девочка, — предупредил я. Она испугалась и попятилась.