Наследник

— Значит, не собираешься отдавать… — я предпочел быть осторожным; как я мог знать, на что еще способен сын демона! Нет. Риск был слишком велик — и я поднял руку, чувствуя, как смертоносная сила собирается у ладони моей.

— Сарет! — вдруг пронзительно крикнула леди Линна. — Скажи ему правду! Скажи, скажи!

Мальчишка по имени Сарет глядел на меня в упор, стиснув зубы, но ему, похоже, и впрямь было что сказать. Что ж, я мог бы и выслушать его на прощание, тем более что еще недавно сидевший в нем суккуб более не диктовал ему свою волю. Что решили бы несколько мгновений?

— Если желаешь говорить, Сарет, — тебя, кажется, так зовут? — то запомни первое важное правило: собеседнику не тычут мечом в лицо. Это непристойно.

Мальчишка с досадой опустил оружие, однако щитом прикрывался по-прежнему. Он явно боролся с собой, было видно, как с уст его рвутся дерзкие слова — наверняка о том, что он не нуждается в уроках манер, особенно от таких наставников, как я. Быть может, лишь перед очами последней из Соколов он пытался сдержаться.

— Правило второе: говорить с любым лицом следует учтиво, излагая лишь самую суть дела. Не позорь благородную кровь матери и избегай ненужных оскорблений.

При очередном упоминании о матери юнец изменился в лице. Он долго не мог начать, но наконец-то выдавил:

— Знай, я был там. В замке Нар-Эриша. Я едва успел спасти Линну от твоих прихвостней, злодей!

— И разгромил мой дом, завалив его телами? Ведь это вошло у тебя в привычку. Увы, я давно это понял, и тебе еще предстоит заплатить за содеянное.

— Да выслушай же! Думай обо мне что угодно, делай после что угодно, но выслушай. Я был в библиотеке, был у тебя в комнатах, читал ваши записи. Я знаю и о сходстве пророчеств — про Мессию и про избранного слугу Асхи, и о восстановлении равновесия, и о Седьмом Драконе. Но не это главное — я был и в храме Илата, в том, что здесь, в Стоунхелме. Я очистился в купели…

— Кто принудил тебя?

— Никто. Я сам. Сам выбрал. Я так решил.

Вот это новость. Однако в пророчестве не было однозначно указано, что Темный Мессия непременно погубит Асхан…

— Оружие — оттуда? Из храма?

— Да. И еще: там я слышал голос. Со мной говорил сам Седьмой Дракон. Он просил меня защитить мир, и я поверил ему…

Все же случившееся на острове не прошло бесследно для разума юнца — теперь он, демон-полукровка, мнил себя защитником мира. Весьма прискорбно, хотя даже это можно было попытаться обратить на благо.

— Кем считают тебя, Арантир, и почему ты здесь, я тоже знаю. Знаю, но не дам тебе убить горожан.

— Я не могу ничего изменить, мальчик. Поверь, необходимость жертв меня не радует, но у меня нет выбора.

— Зато у меня есть, — мальчишка вдруг решительно выпрямился. — Скажи мне одно: что я должен сделать, чтобы обойтись без жертвоприношения? Чтобы никто не умер? Я не хочу больше убивать и тебе не позволю. Довольно!

«До чего же круты повороты на этой дороге! То он наследник Кха-Белеха, то спаситель мира; то носит в себе суккуба, то бросается в храмовую купель; кровавая бойня для него хороша, а против безболезненной и мгновенной смерти ради благого дела он бунтует… Асха всемогущая, что происходит? Яви мне волю твою», — подумал я, а вслух сказал:

— Есть, согласно пророчествам, еще одна возможность, но я не могу доверить тебе Череп Теней, мальчик. Что доброго ты можешь дать миру? Ты неразумен. Тебе много лгали, твой рассудок погружен во тьму, и соблазн для тебя слишком велик. Ты не справишься с собой. Ты переполнен страстями, твои руки по плечи в крови, притом по большей части в крови случайных встречных. Чувствуешь ли ты, сколько невинных жертв висит на тебе самом? Ощущаешь ли холод сердцем своим? Это неупокоенные души касаются тебя, плача и пытаясь понять, за что ты прервал их жизни. Или я один вижу, как они окружают тебя?

Полукровка Сарет невольно поежился, а потом в каком-то отчаянном порыве внезапно швырнул меч и щит прямо под ноги мои.

— Даже если так, — тихо сказал он, — я больше не хочу, не могу. Думаешь, ты один достоин прикасаться к Черепу Теней и решать, что с ним делать? Ты мне не веришь? Ты ведь вообще никому не веришь? Хочешь доказательств? Вот тебе доказательство: я теперь безоружен, ты волен убить меня в любой момент, если что-то пойдет не так! Я знаю, что некоторые перед тобой преклоняются, и если они не зря думают, что ты избранный, праведник, читающий чужие сердца, как свитки, — ну так прочитай мое!

— Подними меч — я не желаю убивать безоружного. Не пытайся добиться своего лестью и не лги мне. Это тебе не поможет.

— Он не лжет, Арантир! — раздался голос девы из рода Соколов.

— Ты же видишь, что я не лгу! Дай мне возможность все исправить, не проливая новой крови!

В нем действительно не было тени обмана в тот миг — только желание убедить. Быть может, несчастная двойная душа смогла вместить сказанное мною? Впрочем, это следовало проверить.