Наугад

— Какую ещё правду? — не выдержал Ар-Лой. — Говори яснее!

Риган набрался смелости и посмотрел ему в глаза. Господин хмурился и был недоволен.

— Скажите, я ведь умираю? — дрожащим голосом спросил Риган. — Так ведь? Таблетки помогают, но ненадолго, а потом будет всё хуже и хуже, пока я не…

— Кто тебе сказал, что ты умираешь? — не поверил Ар-Лой, и Риган больше не выдержал его взгляда.

— Но ведь это очевидно, — проговорил он, нервно сжимая пальцы. — Я беглец и мятежник, а вы относитесь ко мне так хорошо, будто я попал в сказку. Приготовили мне поесть, следите за тем, чтобы я пил таблетки… Хотя я не заслуживаю такого доброго отношения, я же вас предал, а потом и своих предал…

— И ты счёл, что я пытаюсь скрасить твои последние дни, — полувопросительно сказал Ар-Лой. — Ты идиот.

— Как вам будет угодно, — пробормотал совсем растерявшийся Риган.

— Ты что, думаешь, я способен позаботиться о тебе, только чтобы выполнить свой долг перед умирающим? — вспылил Ар-Лой. — Нет, ты точно идиот! А вдруг я просто так?!

— Но тогда получается, что вы рады моему возвращению…

— Конечно, рад, а кто бы не был рад на моём месте?! А тут ты ещё и… не здоров. Я что, такой плохой хозяин, что ты думаешь, будто я способен погнать тебя работать больного? Да мало ли что ты там натворишь в вертолёте со своей уехавшей крышей?

— Мой господин, я бы никогда…

— Это ты сейчас так говоришь. А вот свихнёшься окончательно — и что мне делать?

Риган примолк. Стоило возвращаться, чтобы быть не в состоянии служить как положено!

— Но… — начал он. — Лон-Гор сказал, что, раз нет гипноза, то мы должны…

— Договариваться, — закончил Ар-Лой. — Это он переборщил. О чём мне с рабом договариваться? Ты и так собственность экспедиции и приписан ко мне, даже без гипноза.

— Может, он имел в виду, что у меня есть свободная воля? — предположил Риган.

Ар-Лой посмотрел на него очень внимательно.

— А она у тебя есть?

Риган испуганно замотал головой. Ещё чего не хватало!

— Врёшь, — спокойно сказал Ар-Лой. — Ко мне ты вернулся по своей воле.

— А сейчас уже нет, — попытался оправдаться Риган.

— Это как это: сейчас есть, а сейчас уже нет?

— В вашем присутствии точно нет…

— А когда я отвернусь?!

Риган молчал.

Ар-Лой вздохнул и решил:

— Да, судя по всему, договориться не помешает. Ведь если у тебя есть хоть немного свободной воли, то ты способен сдержать данное мне слово?

— Наверное, — осторожно сказал Риган, уже запутавшись в логических выкладках. Проклятая Беллиора, даже гипноза тут нет! — И как мы будем договариваться?

— Очень просто. Обещай, что будешь мне служить по-прежнему, слушаться, выполнять все приказы…

— Мой господин, вы оставили мне лазейку, — указал Риган. — Я служил вам плохо. По-прежнему — это значит однажды снова вас предать.

Ар-Лой задумчиво поскрёб подбородок.

— Действительно, — сказал он. — Ладно, обещай мне, что будешь слушаться, выполнять все приказы и никогда больше не сбежишь.

Риган подумал снова.

— Мой господин…

— Что ещё?

— Но ведь тогда я смогу навредить вам, оставаясь в лагере…

— Тьфу, точно! Хорошо, тогда так: будешь слушаться, выполнять все приказы, никогда не сбежишь и не навредишь мне никоим образом. Что, опять?!

Риган тёр висок и бормотал себе под нос.

— Опять, — вздохнул он наконец. — Я могу связаться с теми, кто может вам навредить, и подсказать, как можно это сделать, а сам останусь ни при чём.

Ар-Лой глубоко вдохнул и выдохнул.

— Так. Ладно, — сдержанно сказал он. — Я в голове всё не удержу, сейчас запишу, чтобы не запутаться и всё предусмотреть.

— Тогда уж давайте письменный договор составим в трёх экземплярах, — брякнул Риган и сжался под взглядом своего хозяина.

— Твоя подпись не имеет юридической силы, — растолковал Ар-Лой. — Ты раб и собой не распоряжаешься. На юридическом языке это называется недееспособность.

— А если на чуть-чуть имеет? — не сдавался Риган. — Ну на чуть-чуть. На мою свободную волю. Она, конечно, не такая, как ваша… Да и потом, ведь договор должен быть двусторонним…

Ар-Лой с минуту смотрел на него, потом плюнул, вытащил из планшета чистый лист и стал записывать.

И вот этот ужасный бесконечный день стал подходить к концу! Как хорошо было вдыхать воздух полной грудью, отважно вышагивая по ведущей неведомо куда тропинке, и не быть никому обязанным! То и дело Баан-Ну касался верхней пуговицы: свой больничный лист он спрятал в потайной карман. Его не пугала перспектива ночевать на земле в лесу, кишащем дикими зверями, а питаться тем, что найдёт. Он сражался с чудовищами и преодолел множество опасностей, что ему какие-то звери! Он был в законном отпуске и намеревался творить всё, что вздумается. Почему это всем вокруг можно, а ему нельзя?

День был солнечным и прекрасным, ничто не указывало на опасность, и генерал изо всех сил убеждал себя, что счастлив.