Не бросай меня одну

— Тогда зачем ты постоянно пытаешься меня выловить? — снова начала плакать я. — Если я так вас всех достала, всем мешаю жить, — я вспомнила слова Худи. — если я пустая трата времени, то зачем? Зачем всё это? Просто оставьте меня на улице, киньте. Я просто такой же человек, я тоже могла бы попасться под эту бомбу, если бы мы не были знакомы! Просто дайте мне…

Меня нагло заткнули, не дав договорить. Пришлось мозгу хорошо заработать, чтобы до меня дошло, КАКИМ образом меня заткнули. Я чувствовала привкус табака, внутри от этого вкуса становилось неуютно и глухо. Меня слишком крепко прижали к себе, отчего руками я могла только пытаться оттолкнуть от себя парня. Через какое-то время от меня всё-таки оторвались, и я свалилась на землю, так как мои ноги стали ватными. Щёки стали красными от смущения, хотелось закрыть лицо ото всех, что я и сделала. Накинув капюшон себе на голову, я попыталась унять сбитое дыхание и спросила:

— И что это было?

Ответа я на этот вопрос, увы, не получила. Да и ни к чему он мне был.

глава 11. вина и стыд

Я никогда не думала, что мой отец может стать причиной для побега из дома. Я ведь уже почти решилась остаться там и забыть эти мысли о повторном исчезновении. Я хотела последние дни жизни провести с ним, ведь я его любила. А теперь я просто понимаю, что если бы я осталась там, он бы продолжал изменять маме с этой шваброй, а в конце кинул бы маму и меня. Я всегда презирала таких людей, стараясь не заводить даже разговор о них. Теперь я понимаю, что если вспомню, то вернусь мыслями к своему отцу.

Папа для меня всегда был неким примером. В детстве я всегда хотела стать такой же терпеливой, вечно улыбающейся и позитивно глядящей на мир девушкой. Я всегда верила в добрые сказки, которые он читал мне на ночь, я верила в то, что там написано, только потому, что папа всем своим видом показывал мне, что так и будет. Мне не меньше любого человека хотелось в это верить, верить в прекрасную жизнь, в обязательное преодоление любых препятствий на жизненном пути. Я верила в это всё, потому что считала папу лучшим другом. Он всегда шёл рядом, он всегда мне помогал, давал советы в общении с мамой. А теперь что? Так хотелось, чтобы ему кто-то дал советы, как не изменять жене и гнусно не обманывать своего ребёнка. Я уже не была уверена в том, что он меня любил и ценил. Я знала теперь только то, что оставался в семье он ради меня, не хотел делить своего ребёнка с женой — я бы всё равно осталась жить с матерью и не по своей воле. Теперь я очень жалею маму. Если она вчера всё-таки заметила моего любимого папулю в таком виде и свою лучшую подругу, которой всегда всё доверяла… то я просто боюсь представить её состояние, ту боль, которую она вчера вполне смогла испытать и почувствовать.

Перевернувшись на бок, я спрятала руки под подушку и уставилась взглядом в стену. В комнате правила настораживающая тишина, которую хотелось как-то разбавить звуками. Я вчера была уверена, что хочу быть одинокой. Сейчас я поняла, что я этого вовсе не хочу. Сколько всего произошло со мной, когда я была одна. Я чуть не погибла, я напоролась на насильников, я узнала о том, что папа изменяет маме с её лучшей подругой, я выслушала от Тима всё то, что он обо мне думает.

Вернувшись мыслями к этому человеку, я почувствовала, как мне стало жарко. После того, как он против моей воли вернул меня в особняк, я поняла, как сильно он пытается меня оградить от внешнего мира. Я поняла, что он серьёзно старается. Когда мы вернулись, он отнёс меня к себе в комнату и уступил на ночь своё место, а сам ушёл. На этот раз я не устраивала никаких разборок, потому что знала, что он делал, когда ушёл. Мне до сих пор было обидно из-за его поступков, которые он был обязан совершать. Было очень жаль людей, чьи родные находились на месте, где Тим подкладывал бомбу. Да и как умело он её маскировал!

Внизу послушались шаги, которые плавно перешли в бег. Я села на постели и заправила за уши пряди. Надо где-то отыскать воду, с такой грязной головой я уже не могу ходить.

Дверь в комнату открылась, и на пороге появился Тим. Весь испуганный, запыханый и потный. Я не менее испуганно посмотрела в его сторону и сглотнула. Его вид не доставлял мне никакого удовольствия. Он весь дрожал, казалось, что в этот раз деятельность бомбы настигла и его. Хотя на его теле я не видела никаких повреждений, а его одежда оставалась в том же виде, в котором он покинул особняк.

— Что-то случилось? — дав немного отдышаться парню, спросила я и свесила ноги с кровати.

— Меня заметили.

— Как можно было быть таким невнимательным?! — незнакомка, с которой мы некогда сидели на крыше и мирно беседовали, стала похожа на уборщицу, труд которой не уважали который год.

— Я случайно, я не думал, что меня заметят! — Тим зарылся пальцами в свои волосы и стал нервно нарезать круги по комнате.

— Ты вообще не думаешь! — рявкнула девушка и незамедлительно опустилась на пол, начиная думать. — До какого места они тебя преследовали?