Не греши, друг

Проезжая мимо однотипных серых домов, своим унылым видом напоминавших пчелиные ульи, я то и дело отмечал про себя, что на улице было не так уж много вещей, которые, очевидно, остались от повторивших судьбу моего соседа людей. Меня интересовала судьба других горожан, кто этой ночью спал по домам, а не уехал прочь или попался в лапы демонических созданий, но времени на проверку каждого дома не было совсем. Мне хотелось поскорее убраться из города до захода солнца. Я ехал не останавливаясь и старался не сбавлять скорость там, где это не требовалось по причине гололёда или брошенных посреди дороги автомобилей и трамваев. Подъезжая к границе, я обнаружил перед собой целую колонну из автомобилей, тянущуюся до самой стелы на въезде в город, но двигатели практически у всех были заглушёнными, а людей внутри не наблюдалось. Понимая, что машина, по сути, не моя, я смирился с необходимостью расстаться и, забрав свои пожитки, нежно погладил капот на прощание.

Дальше пришлось идти пешком. На улице темнело, и я ускорил шаг. Спереди показалась небольшая конструкция в виде вагончика, окружённая множеством наскоро возведённых преград, в том числе и мешками с песком, а чуть дальше стояло несколько бронеавтомобилей и, что было вполне ожидаемо, мобильный храм на базе внедорожника «УАЗ». Остановившись, я поднял руки и стал ждать, когда появится кто-нибудь из солдат. Спустя несколько минут терпению настал конец, и я всё также с поднятыми руками медленно зашагал вперёд.

Мне хотелось радоваться, что я наконец вышел на военных, хотел чувствовать себя защищённым, но чем ближе я подбирался к импровизированному блокпосту, тем больше осознавал, что каждый проделанный мною шаг не имел никакого смысла. Уже опустив руки, я чуть ускорился, попутно высмаркиваясь в платочек сгустками тёмно-зелёной слизи. Горло болело всё сильнее, а озноб, ощущение слабости и головокружение подсказывали, что у меня поднялась серьёзная температура.

Когда я оказался на заставе, кругом не было ни единого человека, но на земле валялось снаряжение солдат, а рядом с ним автоматы, боеприпасы, средства индивидуальной защиты. Чуть поодаль, ближе к храму на колёсах, лежал крест, только он будто не из золота был сделан, а из угольно-чёрного металла, покрытого неким подобием ржавчины.

«Не помогла всё-таки вера. Или недостаточно сильна была?» — подумал я, но дикий кашель прервал ход моих мыслей. Сплюнув на асфальт мокроту и забравшись в«церквушку» я вытащил из рюкзака жаропонижающее и воду. Меня сильно знобило. Хотелось забраться в горячую ванну на несколько часов, а после лечь в тёплую кровать и уснуть крепким сном, но я понимал, что пройдёт ещё немного времени, и они вернутся вновь. Мне нужно было ехать немедленно, оставив свои планы на потом. Ни сон, ни даже краткий отдых мне не сулил ничего хорошего.

«А что там, в других городах? Вдруг там уже один сплошной филиал ада на Земле?» — всплыла в моей голове ещё одна тревожная мысль. Но я старался не думать о плохом, пытался гнать прочь эти мысли. Я не мог сдаться так просто: мне хотелось жить. Я выпил таблетку, а после трясущимися руками поставил свечку за здравие — пригодилась зажигалка соседа. Конечно, зажигалкой не принято, но у меня не было вариантов. Покинув машину, я поднял крест с земли, очищая рукой от скверны, а после взял один из автоматов и все боеприпасы, которые смог отыскать. Ключ зажигания находился в салоне, его не трудно было найти.