Беги вперед, не оглядывайся. Я — твоя тень на стене. Я — твой кошмар. Ты — моя исповедь, мое смятение и сомнение, мой фетиш.
32 мин, 13 сек 4623
Сурикаты, наконец, тебя сморили. Ты бестревожно дремлешь на софе, укрывшись пледом, а я сижу в кресле у окна и молчаливо наблюдаю за твоим сном. Что тебе снится? Твои веки дрожат, будто ты отчаянно ищешь кого-то взглядом. Тебе снова снится кошмар? Я знаю, сегодня ты не принимала таблетки. Тебе не следовало прерывать курс лечения, ведь кошмары только начинаются.
Часы на каминной полке монотонно тикают, и каждый «тик-так», благодаря гипертрофированному слуху, звучит в моей голове, словно колокол Башни Елизаветы. Если бы я до сих пор был человеком, скорее всего, страдал жуткой мигренью. Иногда мне кажется, что я слышу, как в соседнем доме, на втором этаже ходит собака.
Твой телефон. Признаться, я увлекся раздумьями и невольно вздрогнул, когда он завибрировал на кофейном столике. Ты слышишь? Тебе нужно ответить на звонок. Я ждал этого три дня, ты не можешь пустить насмарку все мои усилия. Декорации должны иметь презентабельный вид, чтобы ты смогла прочувствовать глубину величия моего гения и мою привязанность к тебе. Опознания в морге будет недостаточно. Я жажду преклонения и оваций. Протяни руку и ответь на чертов звонок…
— Да?
Хорошая девочка.
— Излингтон? Сегодня смена Харпера. Не хочу смотреть на трупы в свой день рождения. Что? — ты резко садишься на софе. Спутанные волосы скрывают от меня твое лицо, но внезапно оборвавшийся разговор и твое молчание куда красноречивее.
Я улыбаюсь в предвкушении, как прежде. Мне даже хочется петь. Я бы назвал подобную свою улыбку азартной и плотоядной. Меня возбуждает сама мысль о том, что мое произведение искусства вновь предстанет перед публикой, а главное — его увидишь ты.
Я счастлив. Сегодня мы продолжим нашу игру.
Знаешь, Эдит, в шахматах есть ситуация, при которой любой ход игрока влечет ухудшение его положения. Тебе придется принять вызов, и на этот раз у тебя нет шансов, поскольку мой разум более организован и изощренно изобретателен. Теперь мне известно, что на самом деле ты меня боишься. Ты собственноручно вручила мне оружие. И я готов его использовать.
Верно, именно ты сумела познать мой мир. Детектив Ван Льюит и его недалекие ребятки долгие месяцы топтались на месте, и каково же было мое удивление, когда я обнаружил, что полиция уже дышит мне в затылок, а рыжеволосая девчонка из лабораторий наставила на меня дуло пистолета. Я был заинтригован и позволил тебе подойти ближе.
Но при прочих равных условиях ты никогда не смогла бы меня поймать.
— Эдит? Алло? — взволнованный голос вопрошает из динамика. — Ливерпуль-роуд, там неподалеку есть бар «Раунд Миднайт»…
— Я знаю, где это. — Твой голос звучит глухо и бесцветно. Ты уже знаешь, что обнаружишь по прибытии?
Я неотступно следую за тобой по дому. Второй этаж, твоя комната, гардеробная. Ты поспешно переодеваешься, и даже не задерживаешься у зеркала. Хмуриться тебе не к лицу, но легкая небрежность в твоем облике выглядит волнующе.
Я бы отвернулся, дабы соблюсти приличия, но никогда не слышал о нормах морали для призраков. Не знаю, я должен сейчас чувствовать себя вуайеристом? Боже, что я здесь не видел… Ты и твой новый приятель сломали мне окончательно психику своими ролевыми играми на подоконнике. Хотя у нас бывало интереснее.
Выбегаешь из комнаты, забыв выключить свет.
Ты волнуешься, хотя и скрываешь это.
Ключи от машины, Эдит. Они на комоде.
26.10.2006
_00-32.
Итак, мы едем в Излингтон. Кто учил тебя так водить? Антидепрессанты и спиртное? Будь я живым пассажиром, я бы поседел. Ты получишь не одну квитанцию после.
Я предусмотрительно отыскал улики, хранившиеся у тебя в коробке с материалами дела, и обнаружил, что некоторые из них вполне могут оказаться полезными в моем нехитром ремесле. Для чего ты хранила все это? Допускаю, что во время расследования ты проводила долгие ночи в попытках объяснить необъяснимое, но после??? Череда твоих опрометчивых действий теперь имеет закономерные последствия. Иногда не стоит нарушать инструкции. Они уже прописаны кровью и вполне способны сохранить жизнь.
Нечто вроде «Запрещается сушить хомячка в микроволновой печи». Это так просто и понятно, верно? Но на практике имелся прецедент, повлекший за собой значительные затраты для страховых компаний. И как апогей абсурда — производитель был вынужден внести этот пункт в инструкцию по эксплуатации, потому что проиграл судебный процесс. Нигде не было указано, что в печи запрещено сушить домашних животных. Ты следишь за моей мыслью, Эдит?
Я запоздало предупреждаю тебя: оказаться на месте хомячка не самый благоприятный исход событий.
Улики. Всего один волос, спрятанный во внутреннем кармане твоего пальто, позволит мне передвигаться по городу вместе с тобой. Недавно мы уже были в этом месте, помнишь? И я оставил для себя красную ковровую дорожку, чтобы вернуться вновь.
Переливы огней полицейских машин окрашивают стены двухэтажного дома. Повсюду снуют люди, ты узнаешь их по форме одежды. Большинство из них тебе знакомы, а вот они, напротив, совсем тебя не знают. Особенно за последнюю пару лет.
Часы на каминной полке монотонно тикают, и каждый «тик-так», благодаря гипертрофированному слуху, звучит в моей голове, словно колокол Башни Елизаветы. Если бы я до сих пор был человеком, скорее всего, страдал жуткой мигренью. Иногда мне кажется, что я слышу, как в соседнем доме, на втором этаже ходит собака.
Твой телефон. Признаться, я увлекся раздумьями и невольно вздрогнул, когда он завибрировал на кофейном столике. Ты слышишь? Тебе нужно ответить на звонок. Я ждал этого три дня, ты не можешь пустить насмарку все мои усилия. Декорации должны иметь презентабельный вид, чтобы ты смогла прочувствовать глубину величия моего гения и мою привязанность к тебе. Опознания в морге будет недостаточно. Я жажду преклонения и оваций. Протяни руку и ответь на чертов звонок…
— Да?
Хорошая девочка.
— Излингтон? Сегодня смена Харпера. Не хочу смотреть на трупы в свой день рождения. Что? — ты резко садишься на софе. Спутанные волосы скрывают от меня твое лицо, но внезапно оборвавшийся разговор и твое молчание куда красноречивее.
Я улыбаюсь в предвкушении, как прежде. Мне даже хочется петь. Я бы назвал подобную свою улыбку азартной и плотоядной. Меня возбуждает сама мысль о том, что мое произведение искусства вновь предстанет перед публикой, а главное — его увидишь ты.
Я счастлив. Сегодня мы продолжим нашу игру.
Знаешь, Эдит, в шахматах есть ситуация, при которой любой ход игрока влечет ухудшение его положения. Тебе придется принять вызов, и на этот раз у тебя нет шансов, поскольку мой разум более организован и изощренно изобретателен. Теперь мне известно, что на самом деле ты меня боишься. Ты собственноручно вручила мне оружие. И я готов его использовать.
Верно, именно ты сумела познать мой мир. Детектив Ван Льюит и его недалекие ребятки долгие месяцы топтались на месте, и каково же было мое удивление, когда я обнаружил, что полиция уже дышит мне в затылок, а рыжеволосая девчонка из лабораторий наставила на меня дуло пистолета. Я был заинтригован и позволил тебе подойти ближе.
Но при прочих равных условиях ты никогда не смогла бы меня поймать.
— Эдит? Алло? — взволнованный голос вопрошает из динамика. — Ливерпуль-роуд, там неподалеку есть бар «Раунд Миднайт»…
— Я знаю, где это. — Твой голос звучит глухо и бесцветно. Ты уже знаешь, что обнаружишь по прибытии?
Я неотступно следую за тобой по дому. Второй этаж, твоя комната, гардеробная. Ты поспешно переодеваешься, и даже не задерживаешься у зеркала. Хмуриться тебе не к лицу, но легкая небрежность в твоем облике выглядит волнующе.
Я бы отвернулся, дабы соблюсти приличия, но никогда не слышал о нормах морали для призраков. Не знаю, я должен сейчас чувствовать себя вуайеристом? Боже, что я здесь не видел… Ты и твой новый приятель сломали мне окончательно психику своими ролевыми играми на подоконнике. Хотя у нас бывало интереснее.
Выбегаешь из комнаты, забыв выключить свет.
Ты волнуешься, хотя и скрываешь это.
Ключи от машины, Эдит. Они на комоде.
26.10.2006
_00-32.
Итак, мы едем в Излингтон. Кто учил тебя так водить? Антидепрессанты и спиртное? Будь я живым пассажиром, я бы поседел. Ты получишь не одну квитанцию после.
Я предусмотрительно отыскал улики, хранившиеся у тебя в коробке с материалами дела, и обнаружил, что некоторые из них вполне могут оказаться полезными в моем нехитром ремесле. Для чего ты хранила все это? Допускаю, что во время расследования ты проводила долгие ночи в попытках объяснить необъяснимое, но после??? Череда твоих опрометчивых действий теперь имеет закономерные последствия. Иногда не стоит нарушать инструкции. Они уже прописаны кровью и вполне способны сохранить жизнь.
Нечто вроде «Запрещается сушить хомячка в микроволновой печи». Это так просто и понятно, верно? Но на практике имелся прецедент, повлекший за собой значительные затраты для страховых компаний. И как апогей абсурда — производитель был вынужден внести этот пункт в инструкцию по эксплуатации, потому что проиграл судебный процесс. Нигде не было указано, что в печи запрещено сушить домашних животных. Ты следишь за моей мыслью, Эдит?
Я запоздало предупреждаю тебя: оказаться на месте хомячка не самый благоприятный исход событий.
Улики. Всего один волос, спрятанный во внутреннем кармане твоего пальто, позволит мне передвигаться по городу вместе с тобой. Недавно мы уже были в этом месте, помнишь? И я оставил для себя красную ковровую дорожку, чтобы вернуться вновь.
Переливы огней полицейских машин окрашивают стены двухэтажного дома. Повсюду снуют люди, ты узнаешь их по форме одежды. Большинство из них тебе знакомы, а вот они, напротив, совсем тебя не знают. Особенно за последнюю пару лет.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 5 из 9
