Не прикасайся ко мне, Поттер!

— Нет, — резко ответил Драко. Внутри вдруг все прямо заклокотало от ярости. Он понятия не имел, откуда она взялась, но чувствовал, что задохнется, если не выпустит ее наружу. — Ты не можешь мне помочь — и не должен! Я не хочу твоей помощи! Ты не можешь спасти весь мир, черт бы тебя побрал, Поттер! Какой же ты все-таки Поттер, будь ты проклят!

Поттер молчал.

— Я знаю, тебе бы этого очень хотелось, — чуть спокойнее продолжил Драко. — Но ты и так уже спасаешь геев, вервольфов, вампиров, домовых эльфов, сирот и львов. Тебе не кажется, что этого более чем достаточно? — Он с интересом посмотрел на Поттера.

Как же Драко хотелось подбежать к нему и сжать его ладони в своих! Но ему мешало присутствие целительницы. Та с любопытством наблюдала за ними, стоя примерно на том же месте, с которого следила за его разговором с женой.

— Э… — Поттер потряс головой и вдруг заулыбался.

Драко нахмурился.

— Вот теперь ты похож на самого себя, — объяснил Поттер, — такой… энергичный.

— Я просто разозлился, — растерянно пробормотал Драко.

— Ты так важен для меня, — прошептал Поттер. — И знал бы ты, как здорово снова видеть тебя таким эмоциональным.

— Просто прекрати, — тихо попросил Драко, — прекрати меня спасать. Ты не можешь взвалить на себя еще и мои проблемы. — Он устало вздохнул. Ну кто бы мог подумать, что пребывание в больнице окажется настолько изнурительным?

Целительница кивнула и подняла вверх большой палец.

— Отличная речь, мистер Малфой. — Она пожала Поттеру руку на прощание и ушла.

— Может, и тебе уже пора? — предложил Драко. — Бут там, наверное… Эй, Поттер… я не знаю, как сказать… Ты для меня тоже важен.

Он нерешительно улыбнулся Поттеру. Странно, но рядом с ним Драко не нужна была музыка, чтобы нормально соображать. И он очень собой из-за этого гордился и знал, что целительница им тоже гордится.

— Ладно, я не буду тебе помогать, — тихо сказал Поттер.

Драко поднялся с кровати и подошел к нему.

— А ты научишь меня так сворачивать ноги, когда я отсюда выйду?

Он протянул Поттеру руку, и тот тут же схватился за нее. Драко сжал его крепкую ладонь и потянул Поттера вверх.

— Конечно, я научу тебе йоге, — пообещал Поттер.

Перед тем, как отправить его домой, Драко подался вперед и прижался губами к его губам. Это было так здорово. И чем дольше Драко целовал Поттера, тем меньше задумывался о том, правильно это или нет. И он точно знал, что не хочет отказываться от этих поцелуев.

Вечером пришла целительница и снова отвлекла его от музыки. Как же она все-таки действовала ему на нервы!

— А почему вы называете мистера Поттера Поттером? — спросила она, с интересом поглядывая на скрипку в его руках.

— А как его еще называть? — пожал плечами Драко.

— Ну, когда я в кого-то влюблена, я называю его по имени.

Драко таращился ей вслед, когда она вышла из палаты.

Гарри. Гарри. Он попробовал несколько раз произнести это про себя. Гарри. Гарри. Да уж, не самое красивое имя. Но это его имя.

— Гарри, — громко сказал Драко и улыбнулся.

Прогулки

Скорпиус сидел на кровати Драко и запихивал себе в рот шоколад.

— Радуйся, что ты не маггл, — укоризненно сказал Драко, стараясь не обращать внимания на то, что его маленький сын хватается перепачканными шоколадом пальцами за одеяло. Драко терпеть не мог пятна. Ни шоколадные, ни какие-нибудь другие, и уж тем более на постельном белье. Ну как можно спать в грязной постели? Так и до грязных снов недалеко.

— Почему? — спросил Скорпиус. — Если бы я был магглом, мне бы можно было кататься на мотоцикле. Вот это было бы клёво! — Он восторженно закивал и запихнул в рот еще один кусок шоколада.

— Если бы ты был магглом, тебе пришлось бы ходить к доктору Грейнджер, и он вырывал бы тебе зубы громадными щипцами.

Скорпиус смотрел на него расширившимися глазами.

— По… почему?

— Потому что в шоколаде содержится кариес. И этот кариес оседает на зубах и разрушает их — ну, как-то так. И тогда зубы нужно вырывать, — сообщил Драко.

Он не был уверен, что объяснил все правильно. Магам из-за кариеса особо переживать не приходилось.

Он был очень частым гостем у Помфри из-за того, что до отвала объедался шоколадом, который присылал ему отец, и потом мучился коликами. Таким же толстым, как Крэбб, Драко не стал только благодаря слабительному, которое он таскал у матери. Правда, из-за этого ему приходилось так же часто сидеть в туалете, как и лежать в больничном крыле. Так он и познакомился с Миртл, но это совсем другая история.

— Доктор Грейнджер — это муж Гермионы Грейнджер? — спросил Скорпиус.

— Нет, это ее отец, — с готовностью ответил Драко сыну и отвел взгляд. Он не мог смотреть на то, как Скорпиус пачкает его постель. Шоколад уже был и на подушке. А свою палочку Драко отдал. Может, Астория сделает ему одолжение и почистит белье, когда придет забирать Скорпиуса?

— Мама говорила, что ты собираешься научить меня музыке, — сказал Скорпиус с таким чавканьем, что Драко с трудом его понял.