Всё, что было раньше, до того, как я закрыл глаза, кануло в забвение, оставив лишь слепую темноту. Удушающая, лишающая способность мыслить, она пропитывала каждую клеточку моего сознания, заполняла каждый дюйм моего обездвиженного тела своим пустым безумием.
Я закашлялся, а затем сплюнул кусок своего лёгкого на землю.
— И когда тебя не стало, когда я убила тебя, я зажила легко и свободно, как никогда раньше, — Джен рассмеялась.
Я закрыл глаза и вздохнул. В голове пульсировало, а перед глазами стояли зелёные пятна.
— Я ведь так люблю тебя, — слова сорвались с моих губ вместе с прохладной жидкостью, заструившейся из носа. Я сделал ещё один, ненужный моим лёгким, вдох.
— Я-нет.
— Её тон был настолько ледяной и бесчувственный, что я вздрогнул, а ярость начал снова наступать, принося с собой приторный запах с небольшой отдушиной металла. Рот наполнился слюной, и я распахнул глаза.
— Ну что ж, моё время уже на исходе, — слова вылетели хриплым карканьем, — я чувствую это.
Я медленно двинулся к воротам.
— Несмотря ни на что, я буду любить тебя, — я обернулся и посмотрел на неё с улыбкой на расслоившихся губах. Отвернувшись, я сделал ещё один шаг на встречу выходу.
— Прощай… И добро пожаловать в ад!
Молниеносно я подлетел к девушке, выбив ружьё из её рук, а затем сжал её голову своими руками и начал бить затылком о металлические уголки ступеней, пока не раздробил её череп. Мои пальцы отковырнули осколки костей и осторожно извлекли мозг. Я поднёс его к своим губам.
— Больше темнота не будет для меня пыткой, ведь в ней будешь ты.
И мои зубы впились в приторно-сладкий мозг возлюбленной.