Небесный гость или синяя папка, хранящая тайну Стерлитамакского метеорита

«После падения метеорита начался ажиотаж. Народу понаехало отовсюду: из Академии наук, со Свердловской киностудии, из городских и республиканских газет. Мы прибыли на следующий день вечером, Я в то время фотографом на заводе синтетического каучука работал, О метеорите узнал от фотокора районной газеты Цыплакова. Он же рассказал мне о том, что деревенские мальчишки видели на месте падения метеорита светящийся шар, — рассказывает Олег Александрович.»

— Выехали в зерносовхоз на двух машинах часов в десять вечера. С нами была Тамара Андреева из фотоклуба. Захватили деревенских мальчишек. Не доезжая до воронки, у края посадки увидели светящийся шар — в 400 метрах над землей. Он был молочного цвета с интенсивным свечением. Я отснял его кинокамерой «Красногорск» На экране видно, как светящийся объект размером меньше полной луны движется вверх и вниз. Заснял я это необычное явление и на фотопленку (при длительной выдержке!). До сих пор помню это ощущение: холодная и мокрая от пота спина и жуткий интерес. И никакого страха — бросился даже бежать в сторону шара, но метрах в тридцати от нас он сжался и исчез, не теряя интенсивности, как диаграмма фотоаппарата. Было уже 12 часов ночи. Небо чистое, воздух морозный. Завезли мальчишек в деревню и направились в сторону Стерлитамка. Отъехали от совхоза километра полтора. Вдруг Андреева толкает меня в бок: «Смотри, что-то горит на небе» Вышли из машины — на расстоянии 5 км от нас в небе висело 2 гигантских купола, подсвеченных голубым светом. Светло было, как днем. Как профессиональный фотограф, я понял, что снимать нужно на диафрагме 4 — 5,6 при выдержке 1/30 сек. Во время проявки лишь на одном стыке слегка угадывался контур купола.

Беда в том, что пленка по всей полосе видимого света обладает разной чувствительностью к отдельным участкам спектра. Наибольшая чувствительность в зеленой части, наименьшая — в синей. А поскольку источник света был монохромный, то есть узкой длины волны, то именно этот участок и оказался нечувствительным.

Купола были направлены в сторону воронки.

Я вовсе не думаю, что где-то там были человечки в скафандрах. Это, на мой взгляд, обычное свечение атмосферы в результате мощного геомагнитного воздействия

(Существует и иная точка зрения: инопланетяне ставят защитные энергетические купола. Кстати, через 20 минут купола растаяли!).

Когда Олег Александрович фотографировал воронку (со вспышкой!), то обратил внимание, будто перед объективом кто-то сыпал алюминиевую пудру: видны мириады мельчайших блесток. Включили автомобильные галогенные фары в направление кратера — блесток не стало. Очевидно, это была не наэлектризованная пыль, а явление иной природы. При проявлении пленки на ней стали видны скопления светящихся точек и шаровидных образований. Может быть, это иная энергетика — те самые микролептоны! Во всяком случае, мощное энергетическое поле, возникшее на месте падения метеорита, действовало раздражающе на глаза и кожу.

«Вскоре над полем сгустилась ночь, ветерок начал забираться под штормовку. Работать с биолокационной рамкой стало невозможно — ветер буквально рвал ее из рук. Мы взяли пробы воды, грунта и поехали обратно — в Стерлитамак, — продолжает он. — Через неделю почувствовал острое желание еще раз там побывать. Нашел оказию: у члена фотоклуба Славы Вегеле была машина. Приехали. Многолюдно. Ученые мужи, экскаваторы… Воронку копают. Остатки метеорита ищут. Мне повезло — нашел небольшой осколок. Я занимался минералогией. Весь меловой пояс Урала на велосипеде объездил. Глаз профессионала не подвел: через 20 минут нашел в отвале второй кусок — вытянутый, со следами разлома. Первая мысль была — закроить. Реликвия все же. Достаточно было спрятать метеорит под ветровку. Но соблазн этот жил всего секунду. Радость была настолько сильной, что я с победным криком побежал к геологам…» Вернулся на эту воронку лишь через год.

Пара-, пара-, порадуемся…

1 июня 1991 года. В то время я занимался паранормальными явлениями. Чувствовал руками, где под землей трубы проходят, где провода. Познакомился с уфимским уфологом Геннадием Алексеевичем Ивановым. А он, в свою очередь, был знаком с Ф. Зигелем — отцом советской уфологии, пионером изучения аномальных явлений. Я взял фотографии воронки, которые сделал Сергей Крамсков, и на обратной стороне обметил крестиками участки, где, по моему мнению, должно быть железо (я почувствовал его пальцами!). Заехали в сельскую школу — учеников нет. Так, 2-3 учителя, вахтерша… Живого общения не получалось. Провел сеанс гипноза. Одного заставил на скрипке играть, другого — есть несуществующее яблоко. Тут стали приходить бабки, дедки — кривые, хромые, слепые — просили вылечить. Но лечение — это не игра, а серьезное дело. Когда я работаю с человеком, то в течение часа рубашка становится мокрой. Массовый гипноз — это блеф. Всякие там Кашпировские, Чумаки, Огневы… Человек не только биологическая, но и энергетическая сущность… Когда мама гладит ребенка по голове, она формирует его ауру.