Две маленькие фигуры, закутанные в хламиды, брели по пустыне, медленно переставляя ноги. Высоко поднявшееся над землей солнце удлиняло их угловатые четко очерченные тени. Белое, с красноватым пятном в середине, небесное светило, уподобляясь внимательному чуткому оку неведомого огромного существа, пристально следило за людьми…
126 мин, 23 сек 17966
— Кажется, какой-то гул, — немного помолчав, ответила девушка. Калачик вместе с нами тоже насторожился. Приподняв массивную, тяжелую голову, он напряженно вглядывался вдаль. Его широко расположенные на сплюснутой морде тёмные навыкате глаза беспокойно забегали.
И тут через какое-то время я заметил крохотную черную точку. Она стремительно мчась к земле, приобретала осмысленные знакомые очертания. Секунду спустя, поняв, что это, ощутил мерзкий, пробирающий до костей холод, волной мурашек распространившийся по всему телу. Волосы на затылке встали дыбом.
— О, нет. Нет-нет-нет-нет-нет! — распахнув глаза так же широко, как и Калачик, я принялся постепенно пятиться назад. Теперь я отчетливо видел витиеватую полосу дыма, распространяемую летящим объектом. Вполне возможно, что это всего лишь подыграл нарастающий страх, но я всем нутром ощущал сильный запах гари и чьи-то отдалённые, предсмертные крики. — Нам надо сматываться, скорее!
— Эй, да что с тобой? — испуганная скорее не приближающейся опасностью, а моей реакцией на неё, Инея немедля рванулась следом за мной. Калачик уже давно обогнал нас. Сейчас, забыв про отдышку и усталость, он взметал под лапами рыхлый песок.
Я же прекрасно понимал, что бежать в высшей степени бесполезно. Всё равно, что своим ходом в открытом поле пытаться скрыться от парящего над головой истребителя. Возможно, было бы больше толку от того, если бы вместо этого мы все трое остановились и просто как страусы спрятали головы в песок. Но нарастающий страх завёл в нас некий механизм, заставляющий бежать, и остановить который невозможно. Улепетывая от опасности, проклинал всё на свете. Свой и человеческий мир, включая и этот. А так же, как мог, костерил этот горящий, дымящийся авиалайнер, который, будто на автопилоте преследуя нас, стремительно мчался к земле.
— Что ты делаешь?! Ай! Больно же! Ты бы ещё подорожник приложила! — вопил сильно, но к счастью не смертельно раненый Тео.
— Ты можешь не причитать? — ворчала в ответ сестра, пытаясь ослабить слишком туго затянутую повязку на плече. — Детсадовец что ли? Потерпи немного.
— Посмотрел бы я на тебя, будь ты в моей шкуре, — сердито буркнул брат, вырывая руку и самостоятельно поправляя импровизированный «бинт» в виде намокшего от крови куска ткани. Аптечки под рукой, конечно же, не имелось, поэтому в ход пошли подручные средства. А именно любимая футболка подростка с изображением логотипа любимой рок-группы. Судя по жалостливому взгляду Тео, изредка бросаемому в направлении безнадежно испорченной вещи, он жалел её даже больше, чем себя. Он предпочёл бы без угрызений совести спокойно и самолично истечь кровью, но сестра, беспокоясь о спокойствии собственной совести и психике родителей, настояла на своём.
— Ладно, прости, — решив сменить гнев на милость, она со спокойной душой предоставила брата самому себе. Пока он с перекошенной от отчаяния и боли физиономией перевязывал раны в укрытии, она решила на некоторое время выйти из убежища и осмотреть местность. Что-то в окружающем лесном пейзаже ей явно не нравилось. Может подозрительное, нарочитое спокойствие или то, что преследователи отстали так быстро, напоследок не попытавшись пригвоздить их к ближайшей сосне? Честно говоря, изначально шансы быть насквозь изрешеченными стрелами много перевешивали чашу весов с шансом на спасение. До того момента, пока преследователи не поспешили рассредоточиться и скрыться в разных направлениях. Что-то подсказывало, что пережитое потрясение является лишь частью чего-то гораздо большего. Самое жуткое оставалось впереди.
— Ну как ты? — вернувшись обратно под своды полутёмной пещеры, где они на какое-то время нашли укрытие, заботливо осведомилась Агнес. Хоть темнота пещеры не позволяла в подробностях явить состояние подростка, но и без света было предельно ясно — местные здорово обработали несчастного парня.
— Жив пока, — ответил Тео сквозь зубы. Раньше, если бы его спросили, хотел ли он попасть в другой мир, неважно какой, главное совершенно иной, он согласился бы не задумываясь. Тео лихорадило от самой мысли, каким идиотом он мог бы быть, ответив утвердительно. Но сейчас он, пусть и не намного, но поумнел. Если оказываешься в другом мире, не факт, что там будет лучше. Уж лучше остаться на старом минном поле, где всё знакомо, всё родное и привычное, где всё исхожено вдоль и поперек, чем оказаться на новом, где каждый шаг может преподнести далеко не самый приятный сюрприз.
— Нужно двигаться дальше, — поторопила сестра. — Идти можешь?
— Да мне вроде как руку прострелили, — тряхнув головой и прогоняя оцепенение, ответил Тео.
И тут через какое-то время я заметил крохотную черную точку. Она стремительно мчась к земле, приобретала осмысленные знакомые очертания. Секунду спустя, поняв, что это, ощутил мерзкий, пробирающий до костей холод, волной мурашек распространившийся по всему телу. Волосы на затылке встали дыбом.
— О, нет. Нет-нет-нет-нет-нет! — распахнув глаза так же широко, как и Калачик, я принялся постепенно пятиться назад. Теперь я отчетливо видел витиеватую полосу дыма, распространяемую летящим объектом. Вполне возможно, что это всего лишь подыграл нарастающий страх, но я всем нутром ощущал сильный запах гари и чьи-то отдалённые, предсмертные крики. — Нам надо сматываться, скорее!
— Эй, да что с тобой? — испуганная скорее не приближающейся опасностью, а моей реакцией на неё, Инея немедля рванулась следом за мной. Калачик уже давно обогнал нас. Сейчас, забыв про отдышку и усталость, он взметал под лапами рыхлый песок.
Я же прекрасно понимал, что бежать в высшей степени бесполезно. Всё равно, что своим ходом в открытом поле пытаться скрыться от парящего над головой истребителя. Возможно, было бы больше толку от того, если бы вместо этого мы все трое остановились и просто как страусы спрятали головы в песок. Но нарастающий страх завёл в нас некий механизм, заставляющий бежать, и остановить который невозможно. Улепетывая от опасности, проклинал всё на свете. Свой и человеческий мир, включая и этот. А так же, как мог, костерил этот горящий, дымящийся авиалайнер, который, будто на автопилоте преследуя нас, стремительно мчался к земле.
— Что ты делаешь?! Ай! Больно же! Ты бы ещё подорожник приложила! — вопил сильно, но к счастью не смертельно раненый Тео.
— Ты можешь не причитать? — ворчала в ответ сестра, пытаясь ослабить слишком туго затянутую повязку на плече. — Детсадовец что ли? Потерпи немного.
— Посмотрел бы я на тебя, будь ты в моей шкуре, — сердито буркнул брат, вырывая руку и самостоятельно поправляя импровизированный «бинт» в виде намокшего от крови куска ткани. Аптечки под рукой, конечно же, не имелось, поэтому в ход пошли подручные средства. А именно любимая футболка подростка с изображением логотипа любимой рок-группы. Судя по жалостливому взгляду Тео, изредка бросаемому в направлении безнадежно испорченной вещи, он жалел её даже больше, чем себя. Он предпочёл бы без угрызений совести спокойно и самолично истечь кровью, но сестра, беспокоясь о спокойствии собственной совести и психике родителей, настояла на своём.
— Ладно, прости, — решив сменить гнев на милость, она со спокойной душой предоставила брата самому себе. Пока он с перекошенной от отчаяния и боли физиономией перевязывал раны в укрытии, она решила на некоторое время выйти из убежища и осмотреть местность. Что-то в окружающем лесном пейзаже ей явно не нравилось. Может подозрительное, нарочитое спокойствие или то, что преследователи отстали так быстро, напоследок не попытавшись пригвоздить их к ближайшей сосне? Честно говоря, изначально шансы быть насквозь изрешеченными стрелами много перевешивали чашу весов с шансом на спасение. До того момента, пока преследователи не поспешили рассредоточиться и скрыться в разных направлениях. Что-то подсказывало, что пережитое потрясение является лишь частью чего-то гораздо большего. Самое жуткое оставалось впереди.
— Ну как ты? — вернувшись обратно под своды полутёмной пещеры, где они на какое-то время нашли укрытие, заботливо осведомилась Агнес. Хоть темнота пещеры не позволяла в подробностях явить состояние подростка, но и без света было предельно ясно — местные здорово обработали несчастного парня.
— Жив пока, — ответил Тео сквозь зубы. Раньше, если бы его спросили, хотел ли он попасть в другой мир, неважно какой, главное совершенно иной, он согласился бы не задумываясь. Тео лихорадило от самой мысли, каким идиотом он мог бы быть, ответив утвердительно. Но сейчас он, пусть и не намного, но поумнел. Если оказываешься в другом мире, не факт, что там будет лучше. Уж лучше остаться на старом минном поле, где всё знакомо, всё родное и привычное, где всё исхожено вдоль и поперек, чем оказаться на новом, где каждый шаг может преподнести далеко не самый приятный сюрприз.
— Нужно двигаться дальше, — поторопила сестра. — Идти можешь?
— Да мне вроде как руку прострелили, — тряхнув головой и прогоняя оцепенение, ответил Тео.
Страница 21 из 36
