Нечто злое

В наше время мы чрезмерно зависимы от техники. Мы слишком привыкли, что можем узнать, о том, где находится нужный нам человек и чем он занят, одним движением руки. И нам становится немного страшно, когда тот, кому мы звоним, не берет трубку. Занят ли он? Или вдруг с ним что-то случилось? Как это узнать раз никто не отвечает на звонок? Мы настолько привыкли быть хоть с кем-то на связи, что оставшись наедине с собой, начинаем испытывать одиночество.

Мы слишком привыкли к определенности…

— Нет уж… — прошептал я, обращаясь к невидимому собеседнику. — Не дождешься.

Я не знал, на что было способно это создание. Но меня начали терзать сомнения. Раскаленная игла вины впилась прямо в сердце. Возможно, именно я навлек на родителей эти беды. Монстр каким-то образом отметил меня, и теперь мир вокруг начинает меняться. Быть может, это моя вина, в том, что произошло между матерью и отцом. Сколько времени требуется, чтобы изменить окружающую меня реальность? День или два? А если это происходит мгновенно? В тот самый миг, когда я вижу человека или говорю с ним? Что если никакой измены не было? Я вполне мог привести эту тварь прямо к их порогу. Она попала к ним домой, изменила их память и осталась сидеть на кровати, наслаждаясь их страданиями.

Она вцепилась в их жизни, как паразит. Самая настоящая пиявка! Действительно! Вот, кто она такая. Обычная пиявка, которая сосёт чужие эмоции, паразитирует на чужих жизнях.

Возможно, ли это было? То, что я именно принёс паразита в дом к родителям? Да вполне. Но родители могли поссориться раньше. Сразу после моего с ними телефонного разговора. Неужели монстр может отслеживать телефонные звонки? Или всё-таки нет?

Но я ведь уже звонил Ире. И даже ночевал у неё. О Боже…

Нужно предупредить её. Но приближаться к ней нельзя. Пока не пойму, как действует монстр. Любой мой поступок может причинить Ире вред. Это слишком опасно для неё. Как же мне тогда быть?

Пока что виделся лишь один способ — как можно скорее, в идеале завтра же покончить с паразитом. Тогда быть может, я смогу убедить родителей простить друг друга, объясню, что произошла ошибка. Недоразумение. И Ира будет в безопасности.

По хорошему, мне следовало сейчас же запереться в квартире (что, впрочем, я уже и так сделал) и пытаться найти способ избавиться от этой гадины. Но ноутбук не работал. Придется отправиться в библиотеку. Искать по старинке, обложившись десятками книг. Я надеялся, что паразит способен влиять только на технику. Вряд ли у него хватит сил превратить в прах сотни книг.

— Надеюсь, она скоро заползёт туда, откуда вылезла, — вырвалось у меня.

— Какого же ты обо мне плохого мнения, — раздалось за спиной.

Сердце готово было вырваться из груди.

Она лежала на кровати. По-прежнему в кроваво-алом. Аромат духов ударил мне в ноздри, заставив съежиться от страха. Впрочем, это продлилось лишь секунду — не более. Я не мог позволить страху взять надо мной вверх. Кем бы она ни была, сейчас передо мной была всего лишь женщина.

— Что тебе от меня нужно?

— Я уже говорил, ты мне приглянулся, — она облизнулась. — Такой дерзкий!

Меня вновь кинуло в дрожь. Что же она со мной делала?

— Я хочу, чтобы ты исчезла и оставила в покое моих родных. Если тебе нужен я — вот он я, перед тобой, но не тронь других!

— Иначе что, мой… «Тигрёнок»?

— Ах ты… — руки сами собой сжались в кулаки, и я сделал шаг к кровати.

— Как думаешь, — протянула она. — Твоя девочка будет скучать, если ты не придешь на свидание? Быстро ли она найдёт себе другого? Вокруг полно сексуальных парней, мечтающих залезть ей под юбку. Зачем ты ей нужен?

— Замолчи! Убирайся!

— Давай! Покажи, на что способен! Тигрёнок! — она смеялась.

Ярость затмила глаза, вытеснила все прочие эмоции. Я жаждал избавиться от неё. Любым способом. Кидаться на неизвестного соперника с голыми руками — то ещё безумство, но я в те секунды не думал ни о чём. Я хотел защитить Иру. Хотел вернуть свою жизнь. Монстр ударил по самому больному — будто бы срезал запекшуюся кровь.

Я метнулся к кровати — в глаза ударила алая вспышка. Я оглох и ослеп, а потом полетел на пол. Последнее, что я почувствовал — море адской боли, окутавшей меня.

10.

Темнота. Она была повсюду.

Я чувствовал, что падаю куда-то. И во время этого бесконечного падения в попытке зацепиться хоть за что-то дернул рукой. Она тут же уперлась в ровную твердую поверхность.

Падение мгновенно замедлилось. Потом и вовсе прекратилось. Тогда я попытался открыть глаза, и хоть и с трудом мне это удалось. Всё вокруг: пол, стены и потолок — плыло и двоилось. Почувствовав, что меня начало мутить, как после хорошей дозы алкоголя, принятой накануне, я поспешно зажмурился.

С минуту, продлившуюся бесконечность, я пытался привести мысли в порядок, собрать их все в один пучок, как так в данный момент они напоминали стаю бабочек, кружащихся в беспорядке на бескрайном поле.

Кое-как мне это удалось. Карусель перед глазами замедлилась. И лишь после этого я отважился вновь открыть глаза. Я лежал на полу в спальне. Один. Полностью одетый.