Недоразумение или лучшее летнее приключение

Почему-то я покраснел. Не то, чтобы они меня редко хвалили или наоборот. Просто в разговорах мы редко затрагивали тот период, когда остались с Васькой одни. Без помощи, без сбережений, без поддержки. Я сразу пошел батрачить в строительную контору, а Васька остался на хозяйстве. Поэтому, наверное, таким домовитым и вырос. А для меня главное, что в доме тихо, спокойно, крепкий тыл и можно пропадать на работе до ночи. Моя забота — обеспечить материальное состояние, а плюшки и борщи — это приятное дополнение. Все немного поменялось, когда он женился, но и после мне постоянно перепадают воскресные обеды и коробки с домашней едой, которые неожиданным образом материализуются в моем холодильнике.

Я бросил украдкой взгляд на Митрича. Тот стоял и в упор смотрел на меня. Что-то поменялось в его глазах, выражение стало другим. Будто в первый раз видит. С каким-то удивлением, потрясением и … гордостью?

— Чего таращишься?

— Я… рад, — наконец произнес он быстро моргая.

— Чему? — не понял я.

— Просто. Рад, — парень сбросил с себя это оцепенение и улыбнулся. Открыто и счастливо. Я не удержался и отреагировал так же. Потом ухватил его за шею, зажал между рукой и подмышкой, потер кулаком по макушке.

— Отвянь, придурок! — взвыл Митрич.

Наши игрища прервал сослуживец.

— Ты в конкурсах будешь участвовать? — спросил он.

— Буду! Очень хочу в виртуальной комнате побегать.

— Пойдем, я вам тут все покажу.

И понеслась…

Я не ощущал себя таким молодым и задорным со времен, чтобы не соврать, начальной школы. Как дети, мы резвились на этих надувных полосах препятствий, толкались, одетые в огромные надувные шары, стреляли из лука, забивали голы воздухом. Полный дурдом.

Я и Юлька сорвали голос «болея» за Ваську против Валерки. От Серегиных приставаний приходилось отбиваться руками и ногами, потому что ему тоже очень хотелось со мной посоревноваться, кто быстрее и ловчее.

— Ты пьяный, — отбрыкивался я.

— Не-ет, ты просто ссшшь.

— С хера ли мне тебя бояться, алконавт? Ты до палатки самостоятельно дойти не сможешь.

— С-слабак, — не унимался он.

— Хорошо, — скрипя зубами, кивнул я. — Если выиграешь — жетон твой. Если проиграешь — я тебе свой отдам.

Спорить в таком деле с пьяным — не солидно. Но он, похоже, мой сарказм не уловил.

— Гы-ы, — согласился здоровяк.

— А ты чего? — спросил я у Митрича. — Собираешься в общем безобразии участвовать?

— Вот еще! Буду я за четыре сольдо надрываться.

— Просто ты боишься проиграть, — подначил я.

— А вот и не угадал, — как-то очень уверенно ответил он, твердо глядя в глаза. — Мне больше нравится наблюдать.

Етить, Митрич, не надо так смотреть. У меня нехорошие мысли появляются.

Мы направились с Серегой к организатору.

— Пьяным нельзя, — категорично заявила она, отказывая парню.

— Обломись, — злорадствуя, хмыкнул я.

— Вот гадство, — расстроился Серый. — Ничего, я тебя как-нибудь по-другому достану.

— Считай, что уже достал. Этот конкурс ты выиграл.

Время пролетело незаметно. Когда прохладные сумерки начали опускаться на поле, нас вразумила только Ксюша.

— Ой, смотрите, опять воздушные шары поднимают! И дирижабль тоже!

Мы задрали головы вверх. И правда. Их начинали поднимать только во второй половине дня, ближе к вечеру. Огромные каплеобразные воздушные сферы медленно вздымались вверх, к сиреневому небу.

— Блин, надо же палатки собрать. Вечером отъезд, — почему-то самая умная мысль самой первой из нас пришла самой пьяной Яне.

— Уик-энд закончился, — констатировал Валера, обнимая свою жену.

— Пора домой, — Васька притянул к себе Юльку. Ксюха наскочила и обняла их насколько хватало ручонок.

— Спать хочу, — пробурчала Яна, наваливаясь на Сергея, который еле-еле успел подхватить девушку.

Я посмотрел на Митрича. Он с какой-то лукавой хитрецой поглядывал на меня.

— Давайте соберем барахло, потусим еще на последнем концерте, а потом поедем, — предложил я.

Идея понравилась всем.

Нестройной гурьбой мы побрели к палаточному городку. Праздношатающихся людей стало меньше, а больше тех, кто с набитыми рюкзаками и обвешанные скрутками торопились к автобусной остановке и к парковке.

Свои вещи мы собрали на удивление быстро. Я закинул баулы в машину и даже успел помочь другим. Реальными сборами занимались только Валера и Митрич, а остальные все больше путались под ногами и мешали советами. Если их палатку собрать было еще более-менее просто, то плотно завернуть спальные мешки, которые так и норовили выскользнуть из рук, очень утомительно.

Было бы.

Если бы я не делал это с Митричем. Этот мелкий паршивец, как нарочно, то отпускал скрутку в самый последний момент, то не мог с достаточной силой придержать ее, то просто разваливался на спальнике и закутывался в него как в кокон. Закончилось тем, что я его сам завернул и приподнял на плечо, чтобы в таком виде отнести в машину. Он трепыхался, барахтался, притворно возмущался и сыпал обещаниями отомстить. Короче, мы бы развлекались так еще долго, если бы действительно не надо было собираться.