Фандом: Ориджиналы. Если перевести народную мудрость на современный лад, то получится, что «встречают по аватарке, провожают по плейлисту». А если в одном месте собираются любители российской рок-музыки, то можно с уверенностью сказать, что они все в некотором роде уже друзья и товарищи по музыкальным вкусам. Что не может не радовать.
91 мин, 10 сек 8428
— Сводный, — объяснила Юлька.
Ладно, ладно, Юленька. Я запомню, как ты меня сдала с потрохами.
Васька в этот момент изучал чужую палатку на предмет ее реанимации.
— Нам очень жаль, — сказал он. — Попробуем ее отмыть, но боюсь запах останется.
Я в этот момент всем своим видом показывал: «А чего ты перед ними извиняешься?»
Тут же мне прилетел подзатыльник от невестки. Голова загудела от этого резкого тычка, я не сдержался и опять застонал.
— Идиот, мы тебя полночи кричали.
— Когда?
— Папа звал тебя — Макс, Макс. А я — Кит, Кит. Мы тебя потеряли, — объяснила Ксюша.
«Макс, Кит, Макс, Кит» — сложилось в моем больном мозгу. Так вот откуда эта странная песня про комаров. Я обнял девочку и поцеловал в макушку.
— Прости, малышка. Я больше не буду пропадать.
У голубоглазого опустились плечи, когда он заглянул в палатку. Его смуглый приятель сочувственно покачал головой.
— Куда ж тебя на ночь-то положить? Может в машину?
— Я не могу там спать. Мне неудобно. В вашей трехместке пятый человек уже точно не поместится.
— Может на прокат палатку взять? — предложила блондинка.
— Ага. А что в них делалось, представляешь? Это уж точно ни в сказке сказать, ни пером…
— С тебя новая палатка, — рявкнул на меня мелкий.
— Без проблем, — пожал я плечами. — Тебе сейчас завернуть или по почте частями выслать?
— А он у вас юморист, — хмуро отозвался смуглый.
— Но спать-то тебе в эту ночь негде, — обескуражено пробормотал светловолосый. — Меня Валера зовут, — протянул он брату руку.
— Василий, — тот ответил на рукопожатие. — Это моя жена Юля и дочка Ксения.
Здоровяка звали Сергеем, блондинку — Полина, Яна-попа-без-изъяна все еще дрыхла в палатке, а мелкий представился коротко.
— Митрич.
— А это отчество или фамилия?
— А тебе не один ли хрен? — огрызнулся на мой вопрос.
— Фу, как грубо, — скривился я.
— Можно его к нам на следующую ночь положить, — предложил Васька. — В нашей четырехместной разместимся с бОльшим комфортом.
— Не хочу я с ним спать!
— Ты временно лишаешься права демонстрировать свои хотения, — безапелляционно заявила Юлька, вытягивая надувной матрас на свет божий. — Твою ж медь, Андрей! Ну ты все таки и св…
— Я, между прочим, могу обидеться. А в плохом настроении я еще более несносен, чем в хорошем.
— Максимов, иди лучше в душ пока народу мало. Мы своими воплями сейчас перебудим половину палаточного городка, — предложил альтернативу Васька.
— Мне нужно полотенце, — простонал я. — Ксюша, самая любимая моя девочка, поухаживай за старым и больным дядюшкой, принеси ему полотенчико, чтобы в душ сходить. А то я не найду его в этих дебрях.
— Хорошо, Кит, — ее пятки засверкали в направлении нашей палатки.
— Я пошел, — со скрипом поднявшись, направился занимать очередь на водные процедуры.
Митрич тоже пошел за мной следом, накинул на шею полотенце и прихватив рыльно-мыльные принадлежности.
Солнце уже стало прилично пригревать, тенечка возле душа нет. Я рухнул на скамейку, которую соблаговолили поставить организаторы возле санитарной зоны и стал ждать Ксюшку. Хорошо, что народу в такую рань мало. Мы вовремя успели занять место, потому что буквально через несколько минут сзади нас образовалась приличной длины очередь.
— А почему «Кит»? — не выдержал Митрич затянувшейся паузы.
— Ксюха маленькая была, только слова учить начала, а «Никита» долго выговаривать. Тут еще картинки с животными… Вот и решила называть меня сокращенно.
— А откуда «Макс»?
— Когда мама вышла замуж за Васькиного отца мы поменяли фамилию на Максимовых. И чтобы я быстрее привык к ней, Васька начал звать меня Максом.
— А почему Юлька тебя «Андреем» зовет?
— «Почему-почему». По ее личному убеждению я похож на Челентано.
— Чем?
— Отношением к женскому полу.
— Пикапщик, да?
— Нет. Я всех своих девушек помню и стараюсь поздравлять с праздниками.
— Трепло.
— Почему?
— По тебе видно. Ты даже не можешь вспомнить, где палатку поставил, откуда ты можешь помнить у кого и когда дни рождения.
— Ну ладно, ты прав. Не все их дни рождения я помню. Тебе полегчало? — спорить не хотелось. Тем более что подошла наша очередь идти в душ.
Кабинок было десять штук, из которых работало от силы пять. Проточные водонагреватели не справлялись с напряжением и приходилось делать струю тоненькую-тоненькую, чтобы хоть как-то поднять температуру воды.
Скинув одежду на лавку, которая стояла между кабинок, не разуваясь, в шлепках встали на поддоны. Вылив на себя полфлакона геля, стал наблюдать, как цветная вода утекала в водосток.
— Митрич, у тебя вода теплая?
— Еле-еле.
— У меня так же. Краска смылась? — я выглянул из своей кабинки.
— Нет.
Я намылил лицо и тело еще раз.
— А сейчас?
— Нет.
Повторил процедуру.
— А сейчас?
— И сейчас.
Я разлепил глаза и посмотрел на парня. Тот стоял ко мне спиной и подставил лицо под струи. Вода стекала по его подтянутому телу, скользила по стройной спине, по позвоночнику и ниже, омывая округлые ягодицы. Дальше я уже отвел взгляд, чтобы сильно не пялиться на его филейную часть.
— Ты даже не смотришь на меня.
Ладно, ладно, Юленька. Я запомню, как ты меня сдала с потрохами.
Васька в этот момент изучал чужую палатку на предмет ее реанимации.
— Нам очень жаль, — сказал он. — Попробуем ее отмыть, но боюсь запах останется.
Я в этот момент всем своим видом показывал: «А чего ты перед ними извиняешься?»
Тут же мне прилетел подзатыльник от невестки. Голова загудела от этого резкого тычка, я не сдержался и опять застонал.
— Идиот, мы тебя полночи кричали.
— Когда?
— Папа звал тебя — Макс, Макс. А я — Кит, Кит. Мы тебя потеряли, — объяснила Ксюша.
«Макс, Кит, Макс, Кит» — сложилось в моем больном мозгу. Так вот откуда эта странная песня про комаров. Я обнял девочку и поцеловал в макушку.
— Прости, малышка. Я больше не буду пропадать.
У голубоглазого опустились плечи, когда он заглянул в палатку. Его смуглый приятель сочувственно покачал головой.
— Куда ж тебя на ночь-то положить? Может в машину?
— Я не могу там спать. Мне неудобно. В вашей трехместке пятый человек уже точно не поместится.
— Может на прокат палатку взять? — предложила блондинка.
— Ага. А что в них делалось, представляешь? Это уж точно ни в сказке сказать, ни пером…
— С тебя новая палатка, — рявкнул на меня мелкий.
— Без проблем, — пожал я плечами. — Тебе сейчас завернуть или по почте частями выслать?
— А он у вас юморист, — хмуро отозвался смуглый.
— Но спать-то тебе в эту ночь негде, — обескуражено пробормотал светловолосый. — Меня Валера зовут, — протянул он брату руку.
— Василий, — тот ответил на рукопожатие. — Это моя жена Юля и дочка Ксения.
Здоровяка звали Сергеем, блондинку — Полина, Яна-попа-без-изъяна все еще дрыхла в палатке, а мелкий представился коротко.
— Митрич.
— А это отчество или фамилия?
— А тебе не один ли хрен? — огрызнулся на мой вопрос.
— Фу, как грубо, — скривился я.
— Можно его к нам на следующую ночь положить, — предложил Васька. — В нашей четырехместной разместимся с бОльшим комфортом.
— Не хочу я с ним спать!
— Ты временно лишаешься права демонстрировать свои хотения, — безапелляционно заявила Юлька, вытягивая надувной матрас на свет божий. — Твою ж медь, Андрей! Ну ты все таки и св…
— Я, между прочим, могу обидеться. А в плохом настроении я еще более несносен, чем в хорошем.
— Максимов, иди лучше в душ пока народу мало. Мы своими воплями сейчас перебудим половину палаточного городка, — предложил альтернативу Васька.
— Мне нужно полотенце, — простонал я. — Ксюша, самая любимая моя девочка, поухаживай за старым и больным дядюшкой, принеси ему полотенчико, чтобы в душ сходить. А то я не найду его в этих дебрях.
— Хорошо, Кит, — ее пятки засверкали в направлении нашей палатки.
— Я пошел, — со скрипом поднявшись, направился занимать очередь на водные процедуры.
Митрич тоже пошел за мной следом, накинул на шею полотенце и прихватив рыльно-мыльные принадлежности.
Солнце уже стало прилично пригревать, тенечка возле душа нет. Я рухнул на скамейку, которую соблаговолили поставить организаторы возле санитарной зоны и стал ждать Ксюшку. Хорошо, что народу в такую рань мало. Мы вовремя успели занять место, потому что буквально через несколько минут сзади нас образовалась приличной длины очередь.
— А почему «Кит»? — не выдержал Митрич затянувшейся паузы.
— Ксюха маленькая была, только слова учить начала, а «Никита» долго выговаривать. Тут еще картинки с животными… Вот и решила называть меня сокращенно.
— А откуда «Макс»?
— Когда мама вышла замуж за Васькиного отца мы поменяли фамилию на Максимовых. И чтобы я быстрее привык к ней, Васька начал звать меня Максом.
— А почему Юлька тебя «Андреем» зовет?
— «Почему-почему». По ее личному убеждению я похож на Челентано.
— Чем?
— Отношением к женскому полу.
— Пикапщик, да?
— Нет. Я всех своих девушек помню и стараюсь поздравлять с праздниками.
— Трепло.
— Почему?
— По тебе видно. Ты даже не можешь вспомнить, где палатку поставил, откуда ты можешь помнить у кого и когда дни рождения.
— Ну ладно, ты прав. Не все их дни рождения я помню. Тебе полегчало? — спорить не хотелось. Тем более что подошла наша очередь идти в душ.
Кабинок было десять штук, из которых работало от силы пять. Проточные водонагреватели не справлялись с напряжением и приходилось делать струю тоненькую-тоненькую, чтобы хоть как-то поднять температуру воды.
Скинув одежду на лавку, которая стояла между кабинок, не разуваясь, в шлепках встали на поддоны. Вылив на себя полфлакона геля, стал наблюдать, как цветная вода утекала в водосток.
— Митрич, у тебя вода теплая?
— Еле-еле.
— У меня так же. Краска смылась? — я выглянул из своей кабинки.
— Нет.
Я намылил лицо и тело еще раз.
— А сейчас?
— Нет.
Повторил процедуру.
— А сейчас?
— И сейчас.
Я разлепил глаза и посмотрел на парня. Тот стоял ко мне спиной и подставил лицо под струи. Вода стекала по его подтянутому телу, скользила по стройной спине, по позвоночнику и ниже, омывая округлые ягодицы. Дальше я уже отвел взгляд, чтобы сильно не пялиться на его филейную часть.
— Ты даже не смотришь на меня.
Страница 8 из 25
