Ненавижу

— Я угадал? — Спрашивает он, а я киваю в ответ, испуганно раскрыв рот. — Так запомни, Стася. Ты должна не нас ненавидеть, а Стаса, твоего так называемого друга и спасителя. Это из-за него ты мучаешься, это он виноват в том, что мы с тобой делаем ночью, а ведь всё могло быть по-другому. Так что можешь его отблагодарить за всё это. — Он обвёл взглядом комнату, в которой на каждом шагу была моя кровь…

Опять кричала, опять тёплые объятия. И когда Стас успел прийти сюда, понятия не имею. На часах, стоявших возле кровати четыре часа ночи, а спать не хочется. Просто потому что страшно. Я робко посмотрела на мужчину обнимавшего меня и увидела уставшее лицо. Высвободилась из крепких объятий, стараясь его не разбудить, и пошла в кухню, мне необходимо успокоиться.

На кухне было темно, небольшое помещение освещал только свет уличного фонаря. Я облазила каждый ящик и каждую полочку, пока в одном из шкафчиков не наткнулась на начатую бутылку водки. Да… не густо. Покопавшись ещё, огорчённо вздохнула. Не люблю водку. Достала из шкафа над раковиной стакан, напоминающий тот, с которого пьют виски. Невысокий и толстый, такой точно с рук не выпадет.

Я лениво взяла найденное, и подошла к окну, свет включать не хотелось. Халат был тяжёлым и доставлял неудобства. Безразлично скинула ненавистную тряпку, оставшись обнажённой, за время всего, что со мной случилось, я уже привыкла к собственной наготе. Села на широкий подоконник и наполнила стакан едко пахнущей жидкостью. От её запаха заслезились глаза, а в голову пришла гениальная, по своему содержанию, мысль. Я же не алкоголик, в конце концов. Спрыгнула на холодный пол и, открыв холодильник, достала из него засахаренный лимон, который лежит там уже несколько дней. Села на прежнее место, положив ноги на стул, стоящий рядом, и глубоко вздохнув, опрокинула в себя противную жидкость, в след ей отправился лимон. Поморщившись, шмыгнула носом и вытерла слёзы, ставшие уже привычными.

Вот что значит напиться и забыться… Короткий взгляд на часы — полпятого ночи, а точнее уже почти утра, а спать совсем не хочется, и это не удивительно. Следующая доза спиртного отправилась в измученный организм. За окном увидела группу молодых людей, примерно моего возраста. Некоторые из них смотрели на меня удивлённо, пара человек с похотью, а остальные одёргивали засмотревшихся на обнажённую меня. Пусть смотрят. Мне не жалко. Я наполнила «рюмку» и отсалютовала ею молодым людям за окном. Один из них улыбнулся, но неодобрительно мотнул головой. Не смотря на то, что между нами было три этажа, я это увидела, своим уже не трезвым взором. Расценив это как«Выкинь эту гадость» я мысленно махнула рукой и осушила стакан. Жидкость неприятно обожгла горло, в голове всё плыло и я даже не хочу проверять, что будет, если я встану на ноги.

Осушив таким образом почти всю бутылку, опять уставилась в окно, где «мальчишки» продолжали за мной наблюдать и что-то показывать с помощью жестов. Затуманенный ум плевал на уснувшую совесть, и я открыла окно, откуда в лицо ударил холодный ветер.

— Чего вам, ребята? — заплетающимся языком спросила я.

— Развлечься не желаешь, малыш? Спускайся к нам! Можешь даже не одеваться! — крикнул один из них. Тот, что взглядом меня укорял, отрицательно замотал головой, мол, не стоит. Добрый малый.

Не успела я, что-либо сказать, как вдруг…

— А ну пошли отсюда! Ещё раз увижу — убью. Не смейте к ней вообще подходить! — Прорычали у меня над ухом так громко, что и без того пьяная голова начала болеть. Стас закрыл окно, а я медленно повернулась к нему и облокотилась о холодное секло. По телу тут же пробежала дрожь.

— Зачем ты их выгнал? Может я хотела провести оставшуюся ночь в компании симпатичных молодых людей моего возраста, а не в обнимку с мужиком на шесть лет меня старше. Ты об этом не подумал?

— Стася, ты напилась. — Укоризненно, но спокойно произнёс он. — Пошли, я уложу тебя спасть. — Мужчина протянул мне руку, которую я тут же оттолкнула и спрыгнула с подоконника, чуть пошатнувшись.

— Я никуда с тобой не пойду. — Прошипела, смотря прямо в глаза, которые опять странно блеснули. Всё. Больше не пью.

— Стася… — твердо произнес мужчина. Его голос стал таким хриплым, что показалось, будто он рычит.