Фандом: Изумрудный город. Нужно пройти Дорогой ВЖК, чтобы желание исполнилось, но это только условность. На самом деле у каждого свой путь.
135 мин, 16 сек 17879
— Не снимайте и не теряйте, — сказал он. — Ещё что-то?
Умоляющий взгляд, брошенный на дверь палаты, не остался незамеченным.
— Полминуты, — предупредил Лон-Гор, и Риган наконец увидел своего господина.
Бледный, осунувшийся, он лежал, переодетый в пижаму, укрытый одеялом до пояса, и его оплетал добрый десяток трубок и проводков. Риган коснулся его бессильной руки и тут же отступил. Будить Ар-Лоя не хотелось.
— Он ведь поправится, да? — спросил Риган, когда они вышли.
— Но для этого потребуется время, — вздохнул Лон-Гор. — И, подозреваю, ещё кое-что.
— Что?
— Вы.
— Я? Я… О. Так вы позволите мне его навещать? Я могу чем-то помочь?
— Сейчас — нет. Но потом, когда он будет лезть на стену от безделья, думаю, ваше общество его развлечёт.
Риган просиял.
— И, если вы сейчас ничем не заняты, зайдите к полковнику Мон-Со, он хочет с вами поговорить, — добавил Лон-Гор, выпроваживая его.
Спеша исполнить поручение — или приказ? — Риган всё же приостановился в коридоре.
— Что значит — ничем не занят? — пробормотал он и оглянулся на дверь. — Он что, серьёзно спрашивает, есть ли у меня минутка поговорить с полковником? Спятить можно…
Мон-Со нашёлся в зале для совещаний, великанской комнате, где стоял стол, похожий на высокий навес. Под этим навесом установили стол, принесённый с «Диавоны», и сейчас комэск сидел за ним вместе с Ис-Келом. Они разбирали какие-то документы, наверное, приказы, накопившиеся за время работы экспедиции. Ещё на столе лежал ремень с кобурой, откуда виднелась блестящая рукоять пистолета.
Риган приблизился и поклонился.
— Вы позволите? — робко спросил он. Мон-Со он почти уже не боялся, но стоило только вспомнить, что наговорил ему, собравшись вчера умирать, как уши начинали гореть огнём.
— Садитесь, — разрешил Мон-Со, и Риган робко отодвинул стул и примостился на краешке. — Ознакомьтесь с приказом.
Он пододвинул ему лист, и Риган не поверил своим глазам.
— Что? — онемевшими губами переспросил он. — Мой полковник? Меня? Орденом Двойной звезды? Но…
— Вы собираетесь оспаривать приказы командования? — Мон-Со посмотрел на него так, что опять захотелось в подвал.
— Никак нет, — по-военному ответил Риган. — Слушаюсь.
Со стороны Ис-Кела донеслось хмыканье. Мон-Со даже не повернулся, чтобы пресечь безобразие. Он сцепил пальцы и посмотрел на Ригана, сидящего перед ним, уже иначе.
— Вы же понимаете, что заслужили эту награду? — спросил он.
— Как вам будет угодно, — пробормотал Риган, и Мон-Со мученически вздохнул.
— Вы понимаете или нет?
— Думаю, да, — признал Риган. — С вашей точки зрения, я совершил подвиг.
— Так оно и есть, — растолковал Мон-Со. — Вы спасли себя и своего пилота, проявили потрясающую собранность и личное мужество. За такое обычно и представляют к награде…
— Менвитов, — встрял Риган, пытаясь показать полковнику, что нелогичность происходящего требует объяснения, и удостоился ещё одного взгляда, который, казалось, пронзил его до печёнок.
— Всех, — поправил Мон-Со. — Теперь — всех. По крайней мере, в нашей экспедиции.
Было видно, что он старается быть терпеливым, но у него получается довольно плохо, и Риган решил было молчать и не злить его почём зря, однако…
— Без вас бы я не справился, — не сдержался он. Благодарность требовала, чтобы её выразили, пусть даже путано и невнятно. — Без ваших объяснений. Это всё равно что вы вели вертолёт, только как бы… мной.
— Решения принимали вы, — не согласился Мон-Со. — Хотите возразить?
— Нет. — Риган перевёл дух и набрался смелости. — Можно попросить вас кое о чём?
— Пожалуйста.
— Прошу вас, никому не говорите, что я вам сказал, когда… когда просил передать, что я… Ну, когда собрался умирать… Пожалуйста, можно? Особенно Ар-Лою.
Несколько секунд Мон-Со, видимо, пытался вспомнить, о чём это он.
— Не бойтесь, не скажу, — наконец пообещал он. — Я понимаю, таким не разбрасываются.
— Спасибо, — сказал Риган. На душе у него стало полегче. Пусть только Мон-Со знает его тайну. Ну или все те, кто был тогда в воздухе, канал-то, вроде, был общий… Он почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Кто-нибудь обязательно скажет, и тогда Ар-Лой…
— Я могу идти? — жалобно спросил он.
— Нет, — не разрешил Мон-Со и пододвинул ему второй лист. Риган вчитался, строчки от страха и волнения так и прыгали у него в глазах.
— Что значит — выдача табельного… Мой полковник!
Это восклицание вышло умоляющим. За несколько минут Риган перестал быть тем, кем себя считал, из рук уплывало всё то, за что он держался последние дни. Рабов не награждают орденами и не выдают табельное оружие. К ним применяют гипноз и считают пылью под ногами господ. Как теперь жить?
— Риган, — сказал Мон-Со, и это у него вышло почти что ласково. — Вы единственный безоружный в Ранавире. Учитывая то, что часть беллиорцев может быть агрессивна, и то, что вы уже прекрасно зарекомендовали себя как человека, способного к принятию сложных решений и спасению товарищей, мы посовещались и приняли решение выдать вам пистолет.
— Но я же…
Умоляющий взгляд, брошенный на дверь палаты, не остался незамеченным.
— Полминуты, — предупредил Лон-Гор, и Риган наконец увидел своего господина.
Бледный, осунувшийся, он лежал, переодетый в пижаму, укрытый одеялом до пояса, и его оплетал добрый десяток трубок и проводков. Риган коснулся его бессильной руки и тут же отступил. Будить Ар-Лоя не хотелось.
— Он ведь поправится, да? — спросил Риган, когда они вышли.
— Но для этого потребуется время, — вздохнул Лон-Гор. — И, подозреваю, ещё кое-что.
— Что?
— Вы.
— Я? Я… О. Так вы позволите мне его навещать? Я могу чем-то помочь?
— Сейчас — нет. Но потом, когда он будет лезть на стену от безделья, думаю, ваше общество его развлечёт.
Риган просиял.
— И, если вы сейчас ничем не заняты, зайдите к полковнику Мон-Со, он хочет с вами поговорить, — добавил Лон-Гор, выпроваживая его.
Спеша исполнить поручение — или приказ? — Риган всё же приостановился в коридоре.
— Что значит — ничем не занят? — пробормотал он и оглянулся на дверь. — Он что, серьёзно спрашивает, есть ли у меня минутка поговорить с полковником? Спятить можно…
Мон-Со нашёлся в зале для совещаний, великанской комнате, где стоял стол, похожий на высокий навес. Под этим навесом установили стол, принесённый с «Диавоны», и сейчас комэск сидел за ним вместе с Ис-Келом. Они разбирали какие-то документы, наверное, приказы, накопившиеся за время работы экспедиции. Ещё на столе лежал ремень с кобурой, откуда виднелась блестящая рукоять пистолета.
Риган приблизился и поклонился.
— Вы позволите? — робко спросил он. Мон-Со он почти уже не боялся, но стоило только вспомнить, что наговорил ему, собравшись вчера умирать, как уши начинали гореть огнём.
— Садитесь, — разрешил Мон-Со, и Риган робко отодвинул стул и примостился на краешке. — Ознакомьтесь с приказом.
Он пододвинул ему лист, и Риган не поверил своим глазам.
— Что? — онемевшими губами переспросил он. — Мой полковник? Меня? Орденом Двойной звезды? Но…
— Вы собираетесь оспаривать приказы командования? — Мон-Со посмотрел на него так, что опять захотелось в подвал.
— Никак нет, — по-военному ответил Риган. — Слушаюсь.
Со стороны Ис-Кела донеслось хмыканье. Мон-Со даже не повернулся, чтобы пресечь безобразие. Он сцепил пальцы и посмотрел на Ригана, сидящего перед ним, уже иначе.
— Вы же понимаете, что заслужили эту награду? — спросил он.
— Как вам будет угодно, — пробормотал Риган, и Мон-Со мученически вздохнул.
— Вы понимаете или нет?
— Думаю, да, — признал Риган. — С вашей точки зрения, я совершил подвиг.
— Так оно и есть, — растолковал Мон-Со. — Вы спасли себя и своего пилота, проявили потрясающую собранность и личное мужество. За такое обычно и представляют к награде…
— Менвитов, — встрял Риган, пытаясь показать полковнику, что нелогичность происходящего требует объяснения, и удостоился ещё одного взгляда, который, казалось, пронзил его до печёнок.
— Всех, — поправил Мон-Со. — Теперь — всех. По крайней мере, в нашей экспедиции.
Было видно, что он старается быть терпеливым, но у него получается довольно плохо, и Риган решил было молчать и не злить его почём зря, однако…
— Без вас бы я не справился, — не сдержался он. Благодарность требовала, чтобы её выразили, пусть даже путано и невнятно. — Без ваших объяснений. Это всё равно что вы вели вертолёт, только как бы… мной.
— Решения принимали вы, — не согласился Мон-Со. — Хотите возразить?
— Нет. — Риган перевёл дух и набрался смелости. — Можно попросить вас кое о чём?
— Пожалуйста.
— Прошу вас, никому не говорите, что я вам сказал, когда… когда просил передать, что я… Ну, когда собрался умирать… Пожалуйста, можно? Особенно Ар-Лою.
Несколько секунд Мон-Со, видимо, пытался вспомнить, о чём это он.
— Не бойтесь, не скажу, — наконец пообещал он. — Я понимаю, таким не разбрасываются.
— Спасибо, — сказал Риган. На душе у него стало полегче. Пусть только Мон-Со знает его тайну. Ну или все те, кто был тогда в воздухе, канал-то, вроде, был общий… Он почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Кто-нибудь обязательно скажет, и тогда Ар-Лой…
— Я могу идти? — жалобно спросил он.
— Нет, — не разрешил Мон-Со и пододвинул ему второй лист. Риган вчитался, строчки от страха и волнения так и прыгали у него в глазах.
— Что значит — выдача табельного… Мой полковник!
Это восклицание вышло умоляющим. За несколько минут Риган перестал быть тем, кем себя считал, из рук уплывало всё то, за что он держался последние дни. Рабов не награждают орденами и не выдают табельное оружие. К ним применяют гипноз и считают пылью под ногами господ. Как теперь жить?
— Риган, — сказал Мон-Со, и это у него вышло почти что ласково. — Вы единственный безоружный в Ранавире. Учитывая то, что часть беллиорцев может быть агрессивна, и то, что вы уже прекрасно зарекомендовали себя как человека, способного к принятию сложных решений и спасению товарищей, мы посовещались и приняли решение выдать вам пистолет.
— Но я же…
Страница 4 из 37
