Фандом: Изумрудный город. Нужно пройти Дорогой ВЖК, чтобы желание исполнилось, но это только условность. На самом деле у каждого свой путь.
135 мин, 16 сек 17883
Утро уже вступило в свои права, становилось всё теплее, солнце поднималось выше. Они с генералом наткнулись на ручей, от воды сводило зубы, но после сладких ягод и концентрата, похожего на фруктовое пюре, хотелось пить.
— Не догадался поискать флягу, — вздохнул Баан-Ну.
— Тут много ручьёв, — сказала Энни.
— Ага, это так же, как с едой. Когда ты идёшь по дороге, рви, что хочешь, а когда заперта в замке?
Энни пришлось признать его правоту.
Они шли и шли, солнце оказалось почти что над головами и проникало сквозь листву деревьев, жаля траву огненными лучами.
— Мы точно правильно идём? — спросила Энни, когда они сели отдохнуть под раскидистый дуб. Она уже несколько раз отставала от Баан-Ну и пыталась поговорить с птицами или зверями, но то ли её не признавали, то ли опасались генерала, но никто не стал с ней заговаривать. Это тревожило Энни всё сильней, и хотя им больше не попадались страшные осенние полосы, она никак не могла успокоиться. Помимо этого, она всё больше убеждалась, что они ищут иголку в стоге сена. Ильсор мог свернуть с прогалины в любой момент, в любую сторону, и они с генералом были обречены на неудачу.
Энни нашла ореховый куст и, набрав орехов, теперь сражалась с ними, пытаясь расколоть. Обычно Анна Смит пользовалась специальными клещами, но сейчас у Энни был только нож. Посмотрев на её мучения, Баан-Ну раздавил скорлупки в пальцах и взамен потребовал себе половину добычи. Энни согласилась, очистила орехи и положила свою долю в карман платья.
— Мы заблудимся, — заикнулась она, когда время перевалило за полдень. Они с генералом остановились перед густыми зарослями. Над кустами возвышались суровые тёмные деревья, укрывая их сверху своими ветками.
— Кто тут местный, я или ты? — проворчал Баан-Ну.
— Мы туда не пойдём, — сказала Энни. — Вряд ли Ильсор пошёл через чащу, скорее, поискал другую дорогу.
— Пойдём, — сказал Баан-Ну, пристально глядя на что-то в стороне. — Смотри.
Энни присмотрелась, а когда увидела, ахнула и подбежала поближе. На колючих ветвях куста висел небольшой клочок светло-зелёной ткани.
— Это от рубашки, наверное, разорвал рукав, — тихо сказал Баан-Ну и, запустив руку в заросли, снял клочок с ветки. Энни с ревностью посмотрела, как он прячет его в карман. — А вот тут и кусты немного раздались в стороны, как будто были раздвинуты. Идём.
Энни посмотрела на колючки, и ей стало плохо, она сообразила, что от платья ничего не останется, а кусты издерут кожу в кровь. Но что делать, если Ильсор пошёл именно туда? Если он наверняка уже изранен колючками?
— Зачем же он туда пошел? — простонала Энни с досадой. — Не нашёл другой дороги!
Она только было собралась шагнуть в куст и приготовилась терпеть боль, но тут генерал схватил её за плечо и остановил.
— Нечего жертвовать собой и страдать, — сказал он и достал пистолет. — Конец вам, кусты!
— А если Ильсор там, за зарослями? — встревожилась Энни, сама хватая его за руку. — Его не заденет?
— Я поставил на самую маленькую мощность, — успокоил её Баан-Ну. — Луч далеко не достанет.
Но у него мало что получилось. Срезанные ветки не попадали на землю, а остались на месте, ведь их удерживали другие ветки, с которыми они перепутались и сплелись. Пришлось оттаскивать их в сторону голыми руками. Баан-Ну выдёргивал ветки по одной, а Энни подхватывала и относила в сторону.
— И как он тут проскользнул? — удивился Баан-Ну, когда они сделали небольшой проход и пролезли в глубь. — Но он тут, несомненно, был.
— Может, просто проходил мимо? — спросила Энни и попыталась вытащить из пальца занозу.
— Да нет же, лоскут был несколько в глубине, да и кусты явно раздвигали, — парировал Баан-Ну. — Ладно, идём, держись за мной.
Энни оглянулась бы на просвет, который остался позади, но боялась повернуть голову: кусты непременно вцепились бы ей в волосы при малейшем лишнем движении и расцарапали бы лицо.
Виллина сидела на троне и вязала. Жёлтые нити тянулись из стоящей перед ней корзины к мелькающим спицам. Стелла знала за Виллиной эту маленькую слабость, но всё равно улыбнулась, такой она была милой.
— Доброе утро, дорогая Виллина! — сказала она и присела в реверансе.
— Ой! — подпрыгнула Виллина и подслеповато посмотрела на неё через очки. — Я тебя и не заметила, петли считаю. Что случилось? Обычно ты наносишь мне визиты только по…
Виллина повнимательнее посмотрела на неё, бросила вязание в корзину и спустилась со своего трона.
— Рассказывай, — попросила она, подходя к стоящему неподалёку столу и отодвигая для гостьи стул. Сама она села рядом со Стеллой. — Арахна вернулась и заключила союз с пришельцами? Урфин Джюс опять захватил власть? Или подземные короли…
В тронном зале они были одни, но Стелла всё равно понизила голос.
— Магия Гуррикапа исчезает, — коротко сказала она. — Волшебная страна погружается в осень, Урфин подозревает, что птицы и звери теряют дар речи, это я ещё не проверяла. Сразу от Марранов отправилась к тебе.
— Постой, — нахмурилась Виллина, — но почему Марраны?
— Не догадался поискать флягу, — вздохнул Баан-Ну.
— Тут много ручьёв, — сказала Энни.
— Ага, это так же, как с едой. Когда ты идёшь по дороге, рви, что хочешь, а когда заперта в замке?
Энни пришлось признать его правоту.
Они шли и шли, солнце оказалось почти что над головами и проникало сквозь листву деревьев, жаля траву огненными лучами.
— Мы точно правильно идём? — спросила Энни, когда они сели отдохнуть под раскидистый дуб. Она уже несколько раз отставала от Баан-Ну и пыталась поговорить с птицами или зверями, но то ли её не признавали, то ли опасались генерала, но никто не стал с ней заговаривать. Это тревожило Энни всё сильней, и хотя им больше не попадались страшные осенние полосы, она никак не могла успокоиться. Помимо этого, она всё больше убеждалась, что они ищут иголку в стоге сена. Ильсор мог свернуть с прогалины в любой момент, в любую сторону, и они с генералом были обречены на неудачу.
Энни нашла ореховый куст и, набрав орехов, теперь сражалась с ними, пытаясь расколоть. Обычно Анна Смит пользовалась специальными клещами, но сейчас у Энни был только нож. Посмотрев на её мучения, Баан-Ну раздавил скорлупки в пальцах и взамен потребовал себе половину добычи. Энни согласилась, очистила орехи и положила свою долю в карман платья.
— Мы заблудимся, — заикнулась она, когда время перевалило за полдень. Они с генералом остановились перед густыми зарослями. Над кустами возвышались суровые тёмные деревья, укрывая их сверху своими ветками.
— Кто тут местный, я или ты? — проворчал Баан-Ну.
— Мы туда не пойдём, — сказала Энни. — Вряд ли Ильсор пошёл через чащу, скорее, поискал другую дорогу.
— Пойдём, — сказал Баан-Ну, пристально глядя на что-то в стороне. — Смотри.
Энни присмотрелась, а когда увидела, ахнула и подбежала поближе. На колючих ветвях куста висел небольшой клочок светло-зелёной ткани.
— Это от рубашки, наверное, разорвал рукав, — тихо сказал Баан-Ну и, запустив руку в заросли, снял клочок с ветки. Энни с ревностью посмотрела, как он прячет его в карман. — А вот тут и кусты немного раздались в стороны, как будто были раздвинуты. Идём.
Энни посмотрела на колючки, и ей стало плохо, она сообразила, что от платья ничего не останется, а кусты издерут кожу в кровь. Но что делать, если Ильсор пошёл именно туда? Если он наверняка уже изранен колючками?
— Зачем же он туда пошел? — простонала Энни с досадой. — Не нашёл другой дороги!
Она только было собралась шагнуть в куст и приготовилась терпеть боль, но тут генерал схватил её за плечо и остановил.
— Нечего жертвовать собой и страдать, — сказал он и достал пистолет. — Конец вам, кусты!
— А если Ильсор там, за зарослями? — встревожилась Энни, сама хватая его за руку. — Его не заденет?
— Я поставил на самую маленькую мощность, — успокоил её Баан-Ну. — Луч далеко не достанет.
Но у него мало что получилось. Срезанные ветки не попадали на землю, а остались на месте, ведь их удерживали другие ветки, с которыми они перепутались и сплелись. Пришлось оттаскивать их в сторону голыми руками. Баан-Ну выдёргивал ветки по одной, а Энни подхватывала и относила в сторону.
— И как он тут проскользнул? — удивился Баан-Ну, когда они сделали небольшой проход и пролезли в глубь. — Но он тут, несомненно, был.
— Может, просто проходил мимо? — спросила Энни и попыталась вытащить из пальца занозу.
— Да нет же, лоскут был несколько в глубине, да и кусты явно раздвигали, — парировал Баан-Ну. — Ладно, идём, держись за мной.
Энни оглянулась бы на просвет, который остался позади, но боялась повернуть голову: кусты непременно вцепились бы ей в волосы при малейшем лишнем движении и расцарапали бы лицо.
Виллина сидела на троне и вязала. Жёлтые нити тянулись из стоящей перед ней корзины к мелькающим спицам. Стелла знала за Виллиной эту маленькую слабость, но всё равно улыбнулась, такой она была милой.
— Доброе утро, дорогая Виллина! — сказала она и присела в реверансе.
— Ой! — подпрыгнула Виллина и подслеповато посмотрела на неё через очки. — Я тебя и не заметила, петли считаю. Что случилось? Обычно ты наносишь мне визиты только по…
Виллина повнимательнее посмотрела на неё, бросила вязание в корзину и спустилась со своего трона.
— Рассказывай, — попросила она, подходя к стоящему неподалёку столу и отодвигая для гостьи стул. Сама она села рядом со Стеллой. — Арахна вернулась и заключила союз с пришельцами? Урфин Джюс опять захватил власть? Или подземные короли…
В тронном зале они были одни, но Стелла всё равно понизила голос.
— Магия Гуррикапа исчезает, — коротко сказала она. — Волшебная страна погружается в осень, Урфин подозревает, что птицы и звери теряют дар речи, это я ещё не проверяла. Сразу от Марранов отправилась к тебе.
— Постой, — нахмурилась Виллина, — но почему Марраны?
Страница 7 из 37
