Ничтожество

— Если любишь, то отпусти меня. Я не расскажу о том, что произошло. Скажу, что просто влюбилась в тебя и потеряла голову. Ты предложил мне жить с тобой — я согласилась. А на твой вопрос — а как же твои родители, я ответила, что за это не надо беспокоиться, им на меня плевать. Я буду приходить к тебе каждый раз как ты захочешь, — закончила девушка.

Михаил покачал головой.

— Юля, Юля, Юленька, это невозможно. Ты только моя.

— Но я же не вещь, — сказала девушка и прикусила нижнюю губу.

Михаил изменился в лице, улыбку заменил оскал. Он перестал поглаживать волосы и схватил их, натянув вниз.

— Ай, мне больно, — заплакала девушка.

— Ты будешь тем, что я скажу. Думаешь, я совсем тронутый? И не понимаю, что ты в жизни не расскажешь такую сказку другим людям. Если на самом деле я познакомился с тобой в лесу, запудрил тебе голову комплиментами. А вы всегда клюете на это, такая ваша женская психология. Потом я пригласил тебя домой на чашечку кофе со снотворным и закрыл тебя в подвале? Кстати, почему я от тебя ни разу не услышал восхищения о комнате, в которой ты живешь? Почему я должен с тебя всё вытаскивать? Ты любишь грубость?

— Михаил еще сильнее натянул волосы. Девушка завизжала от боли. Михаил отпустил волосы и слизнул слёзы с лица Юли.

— Ты будешь послушной девочкой или я тебя убью. Затем он приспустил штаны, завел руки за голову и опустился на кровать.

— Прости, прости, — простонала девушка и принялась за дело.

Ирина сидела на работе и печатала отчет. Нажала «Сохранить» и убрала руки с клавиатуры. Опустила голову и расплакалась. Катерина, сидевшая за соседним столом, прекратила печатать, встала и подошла к Ирине. Обняла за плечи. Она знала какое горе произошло у коллеги.

— Успокойся, Ирочка, найдется твоя Юленька.

Всхлипывая, Ира сказала, — Не успокаивай меня Катя. Четыре дня прошло, как Юленька пропала.

— А, что в полиции говорят? — поинтересовалась Катерина.

— Что они могут говорить? Ищем. Только где они будут её искать? В лесу? Под дубом или клёном? Нет моей доченьки уже в живых.

— Ей было только 20 лет, она мечтала о прекрасном принце, которого будут звать Михаил. О том, как они сыграют шикарную свадьбу и уедут в свадебное путешествие, куда-то за океан. Что у них будет трое деток, две девочки и один мальчик. Девочек она назовет Ирина и Юлия в честь меня и себя. А мальчика Михаилом в честь мужа. Но этим мечтам не суждено сбыться…

— Не говори так. Она живая — ты ходила по соседям? Может, кто её видел.

— Нет, не ходила, этим занимается полиция.

— Полицию, дорогая, люди боятся и не хотят с ними откровенничать. Другое дело, если придет убитая горем мать. Тогда кто-то может и расскажет важную информацию.

— А знаешь — ты права. Я так и сделаю.

Подруга продолжала утешать Ирину как могла и, выплакав все слёзы, девушка успокоилась.

Михаил часто менял работу, хорошего образования получить ему не удалось. В данный момент работал грузчиком на овоще базе. Поэтому всегда был в хорошей физической форме.

Особого внимания на него не обращали — не опаздывает, ведет здоровый образ жизни — идеальный работник. Мужики этого не понимали — как можно работать грузчиком и не прикладываться к бутылке? Но начальство было довольно, иногда даже выписывало премии как лучшему работнику базы. И сегодня был именно такой день, Михаилу выписали небольшую премию.

Закончив смену, он скупился и отправился домой. Не забыл прихватить и бутылку водки. Вообще, он редко пил потому, что можно было потерять контроль над собой, а это было непозволительно. Лишнее действие или слово отправили бы его за решетку на долгие годы или вовсе подвело под расстрельную статью.

Но сегодня он сильно устал и хотел расслабиться. Положив бутылку в морозилку охлаждаться, решил проведать свою пленницу. Проделав стандартные манипуляции, чтобы попасть в подвал, он начал спускаться по ступенькам, внезапно ногу схватила судорога.

Михаил лежал без сознания. Юлия металась со стороны, в сторону пытаясь, освободится от цепи — все тщетно. Немного успокоившись, она обыскала карманы её мучителя — пусто. Она начала кричать: помогите, помогите. Но помощи не следовало ждать, дом находился на окраине.

Мысли бешено крутились в голове. Казалось, вот оно спасение близко. Она схватилась за кровать и начала тащить ее к ступенькам. Глупой её нельзя было назвать, но в тот момент она не осознавала, что вместе с кроватью ей не вылезти через подвальный проем.

Михаил застонал, он пришел в чувства, но подняться еще не мог. Только крутился и держался за голову.

Юля застыла на месте. Он убьет меня, точно убьет. Нет, он меня не убьет — я его убью! Какой-то внутренний голос подсказал ей — если ты его убьешь, тебе никогда не спастись. Почему?

— Спросила она сама себя.