Никаких кошмаров

Когда он добрался до пляжного бара, то сразу увидел цель — девушка одиноко сидела за столиком и печально помешивала апельсиновый сок трубочкой. Та явно надела все лучшее, что взяла с собой — блестящие черные леггинсы, над которыми белым воланом вздымалась полупрозрачная белая «пиратская» блузка, открывавшая живот с украшенным пирсингом пупком. С нижней части блузки, под которой было легко заметить отсутствие лифчика, свисали тонкие цепочки. Образ довершали обильный«под готессу» макияж и туфли на столь чудовищных каблуках, что Вальтер засомневался — а дошла ли Тельма до бара сама?

— Привет, — неожиданно появился из темноты Вальтер и поцеловал девушку в щеку, пока та не успела опомниться.

— Ой, привет. А я тебя ждала.

— Надеюсь, не слишком долго?

— Кажется, вечность, — Кокетливо улыбнулась Тельма. Легкая дрожь нетерпения прокатилась по спине Вальтера.

— Принести тебе выпить?

— Да, благодарю, я бы выпила… М-м-м… — Девушка оглянулась в поисках меню, но не найдя такового, замолчала.

— Пожалуй, начнем с джин-тоника, что скажешь?

— Да, отлично. Именно этого и хотела.

Ну, разумеется! Эта разукрашенная кукла хотела именно прозрачный, почти безвкусный напиток с легким ароматом можжевеловых ягод, так и поверил. Девушка явно пыталась отчаянно понравиться Вальтеру. Так отчаянно, что это даже слегка настораживало, и он на всякий случай попросил добавить в ее напиток побольше джина.

— Ух, какой крепкий! — смешно зажмурилась Тельма, немного отпив, когда Вальтер принес стаканы.

— Да нет, в среднем, весьма обыкновенный.

— Да, ты прав, — поспешила отказаться девушка, — Я немного отвыкла.

Их разговор тек легко и непринужденно. Девушка болтала обо всем подряд, Вальтер больше слушал. Из разговора удалось выяснить, что она приехала в отпуск с пожилой теткой, которая почти не выходит из номера — якобы опасается рака кожи, в свободное время Тельма изучает оккультную литературу, обожает фильмы ужасов, в свободное время тусуется с подружками по общежитию в Оксфорде, парня нету. Пока Тельма рассказывала о своих «изысканиях» — о том, что ей удалось найти в интернете на всяких порталах вроде«Телема» или«Церковь Сатаны» или в купленных через интернет распечатках, приходящих заказной почтой в черных непрозрачных конвертах, словно порножурналы. Пытаясь сохранять серьезный вид, Вальтер еле удерживался от смеха, слушая обо всех этих астральных телах, энергетических точках, местах силы, пентаграммах и фамильярах, не забывая, однако, делать внутренние заметки. Надо будет по возвращению в Отдел поделиться с Мюллером, какие идиотские утечки допускает Информационный Отдел, что даже совершеннейшая девочка-профан, с клавиатурой и доступом в интернет смогла найти несколько весьма близких к истине упоминаний о связанных с Бездной ритуалов.

Луна бледной тушей нависала в небе. Посетители начинали расходиться, бармен потихоньку начинал убирать посуду и напитки, а Тельма все болтала без умолку. Обычно Вальтер не любил болтливых, но на этот раз голос его не раздражал, тот словно навевал приятную негу, конечности деревенели, глаза слипались, да и добрая бутылка джина тоже накладывала свой отпечаток на вечер — координатор не выпивал больше бокала вина за вечер вот уже несколько лет, и отсутствие привычки сильно сказывалось на его самочувствии.

— Пожалуй, нам пора спать. Я провожу тебя в номер.

Вальтер довольно ухмыльнулся, увидев разочарование в ее глазах. Ничего, две недели — это много. Зато станет посговорчивей. До корпусов они шли долго, шагая медленно, Тельма то и дело отвлекалась то на причудливую игру света на воде, то на кусты, постриженные в форме жирафа, то просто останавливалась и молча глядела на небо, опираясь о руку Вальтера, словно о ствол дерева. Наконец, они добрались до номера шестьдесят семь. Девушке явно не хотелось прощаться. Когда Вальтер попытался поцеловать ее в щеку, девушка с какой-то истеричной страстью впилась ему в губы. Поцелуй был неловким, Вольфсгриффу даже на секунду показалось, что девушка плачет — и действительно, губы ее дрожали, а темная тушь немного размазалась. Не говоря ни слова, девушка открыла ключом-картой дверь комнаты и проскользнула внутрь. Из-за двери проникал голубоватый свет от работающего телевизора. Стоило девушке войти, раздался сварливый, скрипучий голос, словно отчитывающий девушку за поздний визит. Координатор не стал, вопреки обыкновению, подслушивать — он же в отпуске в конце концов.