Ночь длиною в жизнь

По ее тону Северус немедленно заподозрил, что в данный момент она хочет казаться глупее, чем есть на самом деле, мысленно проклял хитрых домовиков и поблагодарил Мироздание за то, что они вообще существуют.

— А куда ушел хозяин Гарри?

— Он прошел в ванную, сэр. Давайте я закрою вашу спину драконьей кожей. Странно, что хозяин Гарри не сделал это сам.

Она заботливо завернула Северуса в кожу и одеяло, и он, наконец, позволил себе отключиться.

Глава 6

Спине внезапно стало холодно. Он недовольно заворочался, в полусне пытаясь натянуть на себя сползшее одеяло, но его тут же остановили:

— Не крутитесь, Северус, вы упадете со стола. Он узкий, а тут довольно высоко. Давайте я перемещу вас на кровать.

И Поттер опять подхватил его на руки и через несколько секунд опустили на мягкую постель.

— Ну что, закапаем глаза, а потом можно и поужинать?

— Давайте. Заодно расскажите мне состав капель. Если, конечно, он не является секретом.

— Ну что вы, Северус, какие секреты?

— А вот это вы зря. Может, я хочу украсть рецепт, и запатентовать его, как собственную разработку?

— Вы? Никогда не поверю, что вы способны украсть. Тем более, ради наживы. Это ниже вашего достоинства.

— Не надо меня идеализировать. Я был Пожирателем Смерти, вы не забыли?

— Нет, конечно. Метка до сих пор сохранилась. Побледнела, правда. Но позвольте мне самому совершать свои ошибки, в том числе касающиеся вас.

Это прозвучало… многообещающе.

— Капли просты, как сочинение первокурсника. Плоды черники, очанка, корневища пырея, барвинок и водная вытяжка прополиса. Главный ингредиент — несколько капель крови сильного волшебника, отданные добровольно. А теперь, пожалуйста, откройте пошире глаза.

Потом Милли принесла овсяный отвар, а Поттер предложил закончить, наконец, с массажем.

Все прошло без эксцессов. Видимо, ослабленный организм еще не оправился от пережитого оргазма, и большего пока не требовал. Да и оставалось-то всего ничего — только мышцы пресса, и Гарри еще раз размял Северусу руки — для усиления эффекта.

Спеленутый, как младенец, драконьей шкурой, Северус, неожиданно для самого себя, спросил:

— Скажите, почему вы забрали меня из больницы? Что вами двигало?

Гарри вздохнул:

— Я подозревал, что рано или поздно вы об этом спросите. И мой ответ может вам не понравиться.

— Вот как? Тем не менее, мне хотелось бы его услышать.

— Что ж, извольте, только пеняйте потом на свое любопытство. Когда я жил один на Гриммо, я решил там немного прибраться, и нашел старый думосбор. И захотел снова просмотреть те воспоминания, которые вы мне дали. В первый-то раз ничего не запомнил, кроме того, что я — хоркрукс. Не до того было. В общем, я смотрел и понимал, что вы, по сути, не были счастливым человеком. Мы привыкли считать вас мерзким ублюдком, а на самом деле у вас была крайне безрадостная и напряженная жизнь. Что, конечно, не отменяет того факта, что вы периодически вели себя, как мерзкий ублюдок. Как и того, что вы без колебаний закрыли нас собой от Ремуса, когда он превратился в оборотня. Короче, вы были человеком неоднозначным. Но я отвлекся.

Мне стало чертовски обидно за вас. За прошедшие годы я много размышлял о счастье, о справедливости, о том, почему у людей такие разные судьбы. Кто-то любим и обласкан с самого рождения, а кто-то попадает в приют. Может, Том Риддл и не стал бы Волдемортом, будь у него любящие родители. Да и ваше детство никак нельзя назвать безоблачным. Короче, когда я увидел вас в больнице, умирающего во второй раз, я решил, что это уже перебор, и я сделаю все, чтобы этого не случилось.

«Каждый достоин быть счастливым, вот только счастье у всех разное», — пронеслось в голове Снейпа. Гарри меж тем продолжал:

— Я просто не мог поступить иначе. И дело не только в вас, но и во мне тоже. Понимаете, одно — сетовать на несправедливость судьбы, когда уже ничего нельзя исправить, а другое — получить такую возможность. Тем более, с моими приобретенными знаниями — вполне реальную возможность. И чего стоили бы все мои размышления и выводы, если бы я ею не воспользовался? Чего стоил бы тогда я сам, в конце концов? Но, поверьте, я сделал это вовсе не для того, чтоб поставить еще одну галочку в список своих достижений.

И вы не представляете, как я рад, что все получается. Волдеморта больше нет, вы скоро выздоровеете, и у вас будет еще достаточно времени, чтобы построить себе такую жизнь, какую вы хотите.

Собственно, вот это мною и двигало. Желание вам счастья.

Северус молчал, не зная, что ответить на такую потрясающую откровенность. Чужая искренность подразумевала, что отвечать нужно так же, а он не знал, о чем. Но, кажется, судьба тоже давала ему возможность исправить ошибки прошлого.