Ночлег

Йорген фыркнул. Едва ли он сомневался в этом, и еще с большей долей вероятности хотел показать себя не меньше Камиллы. Он налил чашку чая и себе и отправился обратно к игровому столику, за которым Марк и его подруга уже вовсю изучали карту. Йорген сунул в руки Марку свой чай и отобрал у них карту, продолжив рисовать в воздухе непонятные знаки карандашом.

— Не обращайте внимания на слова Йоргена, — Арне присел напротив, но к чашке не притронулся. — Он не относится ни к чему положительно либо отрицательно. Он относится ко всему с сарказмом. В литературной критике же он придерживается золотой середины, но любит подшучивать над авторами, которые откровенно нехорошо пишут.

— И как же он работает? Отсюда просто так не выедешь.

— А он никуда и не выезжает. Ему присылают рукописи на дом, вот потому он сегодня и бесился с этого телефонного звонка: из-за непогоды машина с корреспонденцией задерживается.

— И часто вам звонят так поздно?

— Да, случается. По ночам обычно бодрствует именно Йорген, спит он очень мало и ложится только под утро.

— А все остальные? Тоже решили последовать его примеру?

— Я жду почту, которая, уверен, уже не приедет раньше утра. А эти двое, — он указал на Марка и его подругу, — иногда засиживаются допоздна, во что только не играя. Если с ними за стол сядет Йорген, то уже через час все отправятся по комнатам. Йорген очень хороший игрок. Странно мы живем, верно?

— Не знаю, — пожала плечами Анита, — я все еще ничего странного не увидела.

Арне удовлетворенно кивнул головой.

— Чем занимаетесь вы? — спросила Анита после недолгого молчания, убрав волосы по плечи назад. В свете камина и свечей в ее волосах проглядывали светло-русые пряди, будто она специально их так красила.

— Я аукционист. Видите этот стеллаж? Мне удалось собрать его в период, когда мы только познакомились с Йоргеном. Литературный дом с входившим в него издательством, в котором он когда-то работал, обанкротился, и Йорген начал скупать с разных аукционов, куда разошлись многие издания этого дома, все эти книги. А я помогал ему распродавать экспонаты нумизматического музея, которым владел его покойный отец. Сам Йорген никогда не интересовался подобным, поэтому так легко распрощался и с музеем, и с его содержимым. А эти двое игроков мои ассистенты.

— Аукционы проводятся в городе?

— Да, но не каждый день. Вообще-то у нас есть машина, но Йоргену вдруг захотелось поковыряться в моторе, поэтому она уже третий день бездействует. А так я бы вас подвез.

— Как-нибудь выберемся.

— Надеюсь. Ну а чем занимаетесь вы?

— Недвижимостью, — немного помолчав, сказала она. Казалось, будто для нее ее собственная профессия не представляет никакой ценности. — Крайне скучное занятие, знаете ли. Но мне тоже не приходится каждый день мотаться в контору, иначе бы я сошла с ума. Многие клиенты любят себя вести как Камилла, когда им что-то не нравится. А она, кстати говоря, работает вместе со мной, но у нее все вертится вокруг договоров, поэтому я нечасто вижусь с ней, слава Богу.

— Не могу представить, как вы ее терпите. Как бы то ни было, вы видите, что ничего особенного ни в нас, ни в нашем доме нет. Странно, конечно, что мы забрались в такую глушь, но это уже причуды Йоргена. Хотите еще что-то узнать?

— Отпусти ты уже человека поспать! — подал голос Йорген, не отрываясь от карты, на которой уже начертил множество кружочков.

— Я все еще не хочу спать, — улыбнулась Анита, — но лучше пойти отдохнуть, мало ли что завтра выкинут Камилла с Тоби.

Арне молча кивнул. Анита оставила чай недопитым и не спеша, внимательно оглядывая по дороге корешки фолиантов на полках стеллажа, направилась к лестнице.

— Знаете, в какой-то момент мне показалось, что вы не горите желанием отсюда уезжать, — услышала она голос Арне, едва поднявшись на одну ступеньку. Анита повернулась на его голос и увидела, что он уже не сидит в кресле, а следует за ней.

— Что-то здесь мне нравится, — согласилась она. — Что бы вы ни говорили, а этот дом необычен.

— И что же в этом доме вас притягивает?

— Мне трудно ответить на этот вопрос.

Уголки его губ слегка приподнялись. Он неспешным шагом приблизился к Аните и встал совсем близко к ней. Ступенька, на которой она стояла, компенсировала ее невысокий рост, и Арне был совсем немного выше нее.

— Вы можете остаться здесь, — тихо сказал он. — Хотя бы на один день.

Анита видела поверх его плеча согнувшегося над картой Йоргена. Что сказал бы хозяин поместья на это? Складывалось впечатление, что он вовсе не был гостеприимен, но едва ли Арне считался в таких случаях с мнением Йоргена. Его лицо находилось в считанных сантиметрах от ее, и Анита могла различить каждую черточку в уголках его глаз. Он больше не улыбался, и глаза его казались безжизненными. Анита не отстранилась, когда Арне накрыл ее губы поцелуем. Она не нала, что заставило ее ответить на этот поцелуй. Она слабо понимала почему целовала едва знакомого ей мужчину. Когда же Арне отпустил ее, Аниту постигло разочарование, природу которого она не знала.