О блеске и нищете психиатрии

Мы входим в новый год. Что нас ожидает? Болезни, которые были всегда известны человечеству, такие как шизофрения, эпилепсия, маниакально-депрессивный психоз, некоторые случаи слабоумия держатся на определённом уровне, существенно не меняясь. Сегодня мы имеем дело с расстройствами и связанными с ними грозными последствиями социально-стрессовых явлений, которые существуют в обществе. Это рост числа психогенных заболеваний, которые вызываются стрессами. Рост самоубийств, рост агрессии, которые нас сегодня волнуют. Агрессивность во всём мире растет, но в России она растет интенсивнее. Жертвами агрессии всё чаще и чаще становятся дети и подростки, и одновременно дети и подростки становятся всё чаще источниками этой агрессии. Это тоже психиатрическая проблема. Вклад психиатров может быть огромен в понимании, предупреждении и лечении. Реакцию на изменения в обществе и на научно-техническую революцию психиатрия как лакмусовая бумажка всегда фиксировала. Первый всплеск расстройств, связанный с научно-технической революцией, произошел тогда, когда изобрели гончарное производство. Появилась возможность в большом количестве сбражживать продукты, и возникла проблема алкоголизма. Сегодня у нас очень важная ситуация, связанная с болезнями нехимической зависимости. У меня сегодня 25% приема занимают лица с игровыми зависимостями. Это — «однорукие бандиты» и игры в казино. Недавно мы обсуждали результаты моей поездки в Москву на общество психиатров. Нас собралось 120 человек. В чём здесь роль психиатров? Первое, увидеть тенденцию, мы давно уже это увидели. У нас вышло несколько книг по игровой зависимости. Это принципиально новая ситуация в психиатрии. У меня выполняется целый ряд диссертаций по этой теме. Мы этой проблемой занимаемся с конца 80-х годов. Тогда эта проблема была незначимой, сегодня она интенсивно расцветает. Нужно познать это явление, познать его происхождение, которое всегда связано с проблемами человека. Мы называем эти расстройства психогенными. Это связано с внутриличностными конфликтами, межличностными. Человек не вписывается в окружающую среду, у него появляется состояние стресса, напряжённости. Некоторые люди начинают решать кроссворды, и вроде бы успокаиваются. Есть такие виды деятельности, которые могут менять психологическое состояние человека. В их числе игры. Это как спиртные напитки — всё, что меняет психологическое состояние человека, может вызвать зависимость. Почему зависимость? Действия, которые, по идее, произвольны, становятся непроизвольными. Существует целый ряд механизмов, который принуждает человека к этим действиям. Клиника такая же, как и при алкоголизме. Мы сегодня имеем ряд криминальных преступлений, связанных с игровой зависимостью. Они повышают риск того, что человек станет и жертвой, и преступником.

Э. С.: Александр Олимпиевич, а как Вы после многолетней теоретической и практической работы определяете границу между нормой и патологией, если она есть?

А. Б.: Есть граница между воспаленной и здоровой кожей, демаркационная линия. Граница между нормой и патологией в психиатрии бывает очень тонка. Я в психиатрии 36 лет и, одним словом вам это не скажу.

Э. С.: Она есть или её сложно нащупать?

А. Б.: Граница есть, и она тонка. Как есть в юриспруденции презумпция невиновности, так в психиатрии есть презумпция психического здоровья. Если у психиатра «на нюху», что скорее всего пациент болен, но он доказать этого не может, то психиатр всегда его признает психически здоровым. Обязан признать. Это наша концепция, наш фундамент.