Фандом: Ориджиналы. Продолжение приключений бравой троицы с Аста Лючии. Боевой крейсер не очень хорошо выполняет спасательные функции, но иногда приходится — особенно когда под ударом родина одного из лучших военных врачей корабля.
86 мин, 9 сек 5053
Дверь осталась открыта, и теперь Лиа отлично видела комнату. Гостиная, сейчас заваленная снегом из распахнутого окна. Вот это да, Тим так и не закрыл, а ведь она ему напомнила раз пятнадцать.
Эрих казался совершенно ирреальным внутри, злым захватчиком, топчущим родную землю.
— Может, просто пойдем? — прошептала Лиа отчаянно. — Мне тут не нравится, тут опас…
Эрих сделал несколько шагов вперед, выглянул в окно — а за его спиной шевельнулось одеяло. Шевельнулось и начало приподниматься.
Это было как в фильме ужасов, когда даже закричать не получается, ком страха в горле надежно перекрывает дыхание. И никакой тревожной музыки не нужно…
Но, в отличие от фильмов ужасов, здесь главное действующее лицо было отлично осведомлено о происходящем. Эрих словно бы запнулся на полушаге и махнул ладонью назад, как будто пытаясь обрести равновесие — только потом Лиа заметила отблеск лезвия. То, что билось под приколотым к полу одеялом, выглядело человеком — но похоже, таковым не было.
Эрих сдернул ткань, открывая безумное месиво железных деталей, и ударил еще раз, четко, сам как механизм.
— Киб, — пробурчал он, — закуклился, видно, где-то тут, а потом влез.
Лиа сделала шаг вперед, потом еще один. Она… она знала этого человека.
— Он работал с папой, — прошептала она.
— Ясно… Это ни о чем еще не говорит. — Ария продолжала держать ее за руку. — Не повезло мужику. С твоим отцом все иначе.
Она говорила с такой уверенностью, что верить ей казалось единственно правильным вариантом.
— Пойдем. Я бы сказала, если киб здесь устроил засаду, то с шансами твой папаня еще не киб. Кроме как на него, здесь не на кого охотиться было.
— Скорее, он тут просто тихонько мутировал. — Эрих прошел вперед. — Засаду они иначе ставят. Это был совсем незрелый киб, на наше счастье. Ария, смотри глазами, на тебя тоже могут напасть, ты не бессмертная.
— Знаю. Но ты можешь ошибаться — если этот киб мутировал тут, а не в безопасном для себя месте, то это странно. Почему здесь? Возможно, нашу цель просто ищут сейчас, а это был вроде как сенсор в сети… Неважно. Лиа, осмотри дом и попробуй понять — что-то пропало с того времени, как вы собирались, или нет.
Ария прошлась по половицам, сгребла снег с подоконника и прикрыла все же окно.
— Исчезло несколько мелких вещей. Папин скальпель, он вот тут висел, — показала она, — наши фотографии зачем-то забрали. Вот видишь, — она показала на комод — старомодный, коричневый, тяжелый, выглядевший так, будто его привезли аж со старой Земли, — видишь, выгорели пятна? Тут были фото со мной и Тимом, тут — мама, папа и Сат. Тим эту фотографию ненавидел… Потому и не забрал, а сейчас ее нет. Еще приемник…
— Отлично. — Как ни странно, Ария скорее воспряла духом от этого известия. — Кибам, видишь ли, совершенно ни к чему мелкие сентиментальные штучки типа фотографий. Значит, скорее всего, их забрал тот, кому они были важны. Давай-ка подумаем вот на какую тему: если бы ты осталась с отцом одна, во враждебном окружении, куда бы он повез тебя? Загородный дом, бункер, летняя вилла у знакомых, служебное убежище… Ничего такого не знаешь?
— Он бы повез меня к орбитальному лифту, там же все собрались! — Лиа потерла виски. — Хотя… хотя… Нет, если бы он был со мной! Но он один. Он… Боится больших толп. Не выносит. У нас даже гостей никогда не было… Два или три лишних человека — и все. С нами он преодолевал это, ходил в разные места, когда мама не могла, меня даже как-то в парк водил в День радости, но потом весь дрожал и не мог работать неделю. Как же это…
— Социофоб, — заметила Ария, — самый настоящий социофоб. А под лифтом тысячи людей.
— Тогда следует искать его в привычном для него месте, где есть вода, еда, возможность обороны, и, может быть, электричество, — подал голос Эрих. — Он может быть социофобом, но он не идиот. И наверняка уже понял, что происходит что-то непривычное.
— Он забрал радио, так что точно понял. — Лиа хлопнула себя по лбу. — Вообще остаются два места: институт или его старый корпус, в котором папа работал раньше. Институт сейчас в таком состоянии… Я думаю, папа работал в старом комплексе в тот день, и сейчас там. Проверим его первым?
Оба ее спутника только кивнули. Лиа подобрала с полки забытую трубку отца и улыбнулась. Может, все еще не так плохо, и она сделала все правильно, когда решила, что па нуждается в помощи? Может, ее помощь вовсе даже не лишняя?
Мотор немного барахлил, и флаер швыряло, как на терранских горках. Лиа держалась так, что пальцы побелели, и отчаянно пыталась не расстаться с ужином. Когда под днище уверенно ухнула земля, она едва не вывалилась в открытую дверь.
— Тот же состав, те же правила, — скомандовал Эрих.
Лиа еще приходила в себя, пытаясь отдышаться морозным, чистым воздухом, когда каари замер, настороженно прижав уши.
— Я не знаю, твой отец это или нет, но в здании точно кто-то есть. У входа следы, причем много.
Эрих казался совершенно ирреальным внутри, злым захватчиком, топчущим родную землю.
— Может, просто пойдем? — прошептала Лиа отчаянно. — Мне тут не нравится, тут опас…
Эрих сделал несколько шагов вперед, выглянул в окно — а за его спиной шевельнулось одеяло. Шевельнулось и начало приподниматься.
Это было как в фильме ужасов, когда даже закричать не получается, ком страха в горле надежно перекрывает дыхание. И никакой тревожной музыки не нужно…
Но, в отличие от фильмов ужасов, здесь главное действующее лицо было отлично осведомлено о происходящем. Эрих словно бы запнулся на полушаге и махнул ладонью назад, как будто пытаясь обрести равновесие — только потом Лиа заметила отблеск лезвия. То, что билось под приколотым к полу одеялом, выглядело человеком — но похоже, таковым не было.
Эрих сдернул ткань, открывая безумное месиво железных деталей, и ударил еще раз, четко, сам как механизм.
— Киб, — пробурчал он, — закуклился, видно, где-то тут, а потом влез.
Лиа сделала шаг вперед, потом еще один. Она… она знала этого человека.
— Он работал с папой, — прошептала она.
— Ясно… Это ни о чем еще не говорит. — Ария продолжала держать ее за руку. — Не повезло мужику. С твоим отцом все иначе.
Она говорила с такой уверенностью, что верить ей казалось единственно правильным вариантом.
— Пойдем. Я бы сказала, если киб здесь устроил засаду, то с шансами твой папаня еще не киб. Кроме как на него, здесь не на кого охотиться было.
— Скорее, он тут просто тихонько мутировал. — Эрих прошел вперед. — Засаду они иначе ставят. Это был совсем незрелый киб, на наше счастье. Ария, смотри глазами, на тебя тоже могут напасть, ты не бессмертная.
— Знаю. Но ты можешь ошибаться — если этот киб мутировал тут, а не в безопасном для себя месте, то это странно. Почему здесь? Возможно, нашу цель просто ищут сейчас, а это был вроде как сенсор в сети… Неважно. Лиа, осмотри дом и попробуй понять — что-то пропало с того времени, как вы собирались, или нет.
Ария прошлась по половицам, сгребла снег с подоконника и прикрыла все же окно.
— Исчезло несколько мелких вещей. Папин скальпель, он вот тут висел, — показала она, — наши фотографии зачем-то забрали. Вот видишь, — она показала на комод — старомодный, коричневый, тяжелый, выглядевший так, будто его привезли аж со старой Земли, — видишь, выгорели пятна? Тут были фото со мной и Тимом, тут — мама, папа и Сат. Тим эту фотографию ненавидел… Потому и не забрал, а сейчас ее нет. Еще приемник…
— Отлично. — Как ни странно, Ария скорее воспряла духом от этого известия. — Кибам, видишь ли, совершенно ни к чему мелкие сентиментальные штучки типа фотографий. Значит, скорее всего, их забрал тот, кому они были важны. Давай-ка подумаем вот на какую тему: если бы ты осталась с отцом одна, во враждебном окружении, куда бы он повез тебя? Загородный дом, бункер, летняя вилла у знакомых, служебное убежище… Ничего такого не знаешь?
— Он бы повез меня к орбитальному лифту, там же все собрались! — Лиа потерла виски. — Хотя… хотя… Нет, если бы он был со мной! Но он один. Он… Боится больших толп. Не выносит. У нас даже гостей никогда не было… Два или три лишних человека — и все. С нами он преодолевал это, ходил в разные места, когда мама не могла, меня даже как-то в парк водил в День радости, но потом весь дрожал и не мог работать неделю. Как же это…
— Социофоб, — заметила Ария, — самый настоящий социофоб. А под лифтом тысячи людей.
— Тогда следует искать его в привычном для него месте, где есть вода, еда, возможность обороны, и, может быть, электричество, — подал голос Эрих. — Он может быть социофобом, но он не идиот. И наверняка уже понял, что происходит что-то непривычное.
— Он забрал радио, так что точно понял. — Лиа хлопнула себя по лбу. — Вообще остаются два места: институт или его старый корпус, в котором папа работал раньше. Институт сейчас в таком состоянии… Я думаю, папа работал в старом комплексе в тот день, и сейчас там. Проверим его первым?
Оба ее спутника только кивнули. Лиа подобрала с полки забытую трубку отца и улыбнулась. Может, все еще не так плохо, и она сделала все правильно, когда решила, что па нуждается в помощи? Может, ее помощь вовсе даже не лишняя?
Мотор немного барахлил, и флаер швыряло, как на терранских горках. Лиа держалась так, что пальцы побелели, и отчаянно пыталась не расстаться с ужином. Когда под днище уверенно ухнула земля, она едва не вывалилась в открытую дверь.
— Тот же состав, те же правила, — скомандовал Эрих.
Лиа еще приходила в себя, пытаясь отдышаться морозным, чистым воздухом, когда каари замер, настороженно прижав уши.
— Я не знаю, твой отец это или нет, но в здании точно кто-то есть. У входа следы, причем много.
Страница 12 из 23
