Я родился некрасивым, осыпанным коричневыми веснушками, которые создавали вид грязного, неопрятного лица. Плюс ко всему, у меня сильно торчало правое ухо. Ни у кого я не вызывал умиления и даже симпатию, наверное, поэтому у меня и был соответствующий — задиристый и драчливый — характер первого хулигана на районе.
4 мин, 23 сек 6317
Вечно грязный, оборванный, в синяках и ссадинах — ни одна драка во дворе без меня не обходилась. В нашем дворе жила рыжая кошка Муска, ничейная, вечно голодная и пугливая и каждый год рожавшая котят, которые обычно не доживали и до года. Пятиэтажка, в которой я жил была весьма неблагополучной. Взрослые пили и били женщин, а дети воровали и били животных, вот такой круговорот жизни на дне. Я, несмотря на свою задиристость, считал издевательства над животными сродни подлости и, как мог, предотвращал это, когда видел. В тот год Муска принесла троих котят, двоих самых красивых, сразу замучили до смерти дети, а третий — некрасивый — выжил. Он никому не верил и не шел на руки. Такой же задиристый и злой, как я. И внешне он был некрасив, серый с коричневыми пятнами, которые были похожи на ошмётки грязи. Его левое ухо кто-то прижег сигаретой, так что торчало только правое. Казалось, даже сама мать — Муска — его не любила. А я сочувствовал некрасивому, никем не любимому котёнку, который напоминал мне во многом меня самого.
В тот год родители впервые не сделали мне подарок на день рождения. В душе я, конечно, вошел в их положение: отцу сделали очередную операцию, но все равно было как-то обидно в день рождения остаться без подарка. Я вышел во двор красный от досады и обиды, когда увидел на скамейке этого одноухого котёнка, и решение пришло само. Просто захотел сам себе сделать подарок. Родители не разрешали мне иметь домашнего питомца в нашей-то крохотной квартирке. Но, учитывая сложившиеся обстоятельства, они не могли мне отказать. Котейку я назвал Рексом, ведь в душе все-таки, как и все мальчики, мечтал о своей собаке, но пришлось довольствоваться котёнком, зато своим. Характер Рекса ничуть не изменился, несмотря на его домашний статус. Он также дрался и шипел на всех вокруг, кроме меня. Единственное, что он теперь твердо знал — свое место. Каждый день он неизменно с улицы возвращался домой, крутился на площадке нашего второго этажа и громко мяукал, пока ему не откроют. Его громкое хриплое мяуканье, похожее на призыв сатаны, содрогало весь подъезд. Особенно его не любили наши соседи по лестничной площадке. Одинокая бабка Клава и сосед-алкоголик — Сидор. Бабка била его своей тростью, а Сидор — пинал ногами. Но Рекс ловко уворачивался от ударов и кидался на них своими когтистыми лапами, больно кусая и царапая. В отместку за любимого кота, я кидал в окно бабки камни, а Сидора дразнил Синяком.
Но вот однажды пришло горе. Отец все-таки умер. И как-то вокруг всё сразу изменилось. Мы вдруг почувствовали, что стали уязвимыми. Сидор впервые надрал мне больно уши, а бабка Клавка больно ударила по ногам своей палкой. Матери я ничего не говорил, так как она и так по ночам плакала, а днем пахала, пытаясь отбиться от долгов, которые оставили многочисленные операции отца. Мне уже было одиннадцать лет. Когда только вступаешь во взрослую жизнь, и как же плохо вступать в неё без отца, без защиты и поддержки. В тот день я пришел со школы рано и сразу завалился спать. Было на удивление очень тихо. В нашем неблагополучном «картонном» доме словить даже пятиминутное безмолвие было практически невозможно, а в тот день было такое затишье, не обещающее ничего хорошего. Я уснул и сквозь глубокий сон, мне приснился отец: он стоял на лестничной площадке. Всё было настолько реальным, что я даже до сих пор не сомневаюсь, что это было на самом деле. Отец посмотрел по сторонам, а потом обратился ко мне:
— Привет, сынок. Соскучился? Я тоже очень соскучился. Прости меня, что так получилось. Но что-то в подъезде у вас слишком тихо стало, как среди могил, нехорошо это. А где же твой защитник Рекс?
В тот год родители впервые не сделали мне подарок на день рождения. В душе я, конечно, вошел в их положение: отцу сделали очередную операцию, но все равно было как-то обидно в день рождения остаться без подарка. Я вышел во двор красный от досады и обиды, когда увидел на скамейке этого одноухого котёнка, и решение пришло само. Просто захотел сам себе сделать подарок. Родители не разрешали мне иметь домашнего питомца в нашей-то крохотной квартирке. Но, учитывая сложившиеся обстоятельства, они не могли мне отказать. Котейку я назвал Рексом, ведь в душе все-таки, как и все мальчики, мечтал о своей собаке, но пришлось довольствоваться котёнком, зато своим. Характер Рекса ничуть не изменился, несмотря на его домашний статус. Он также дрался и шипел на всех вокруг, кроме меня. Единственное, что он теперь твердо знал — свое место. Каждый день он неизменно с улицы возвращался домой, крутился на площадке нашего второго этажа и громко мяукал, пока ему не откроют. Его громкое хриплое мяуканье, похожее на призыв сатаны, содрогало весь подъезд. Особенно его не любили наши соседи по лестничной площадке. Одинокая бабка Клава и сосед-алкоголик — Сидор. Бабка била его своей тростью, а Сидор — пинал ногами. Но Рекс ловко уворачивался от ударов и кидался на них своими когтистыми лапами, больно кусая и царапая. В отместку за любимого кота, я кидал в окно бабки камни, а Сидора дразнил Синяком.
Но вот однажды пришло горе. Отец все-таки умер. И как-то вокруг всё сразу изменилось. Мы вдруг почувствовали, что стали уязвимыми. Сидор впервые надрал мне больно уши, а бабка Клавка больно ударила по ногам своей палкой. Матери я ничего не говорил, так как она и так по ночам плакала, а днем пахала, пытаясь отбиться от долгов, которые оставили многочисленные операции отца. Мне уже было одиннадцать лет. Когда только вступаешь во взрослую жизнь, и как же плохо вступать в неё без отца, без защиты и поддержки. В тот день я пришел со школы рано и сразу завалился спать. Было на удивление очень тихо. В нашем неблагополучном «картонном» доме словить даже пятиминутное безмолвие было практически невозможно, а в тот день было такое затишье, не обещающее ничего хорошего. Я уснул и сквозь глубокий сон, мне приснился отец: он стоял на лестничной площадке. Всё было настолько реальным, что я даже до сих пор не сомневаюсь, что это было на самом деле. Отец посмотрел по сторонам, а потом обратился ко мне:
— Привет, сынок. Соскучился? Я тоже очень соскучился. Прости меня, что так получилось. Но что-то в подъезде у вас слишком тихо стало, как среди могил, нехорошо это. А где же твой защитник Рекс?
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 1 из 2
