Фандом: Ориджиналы. Огонь и вода — сочетание не лучшее. Или пламя погаснет, или влага испарится… И даже если между стихиями стоят плоть, кровь и разум, обычно их взаимодействие не назовешь удачным. Но иногда противоположности сходятся в гармонии, а не борьбе. И порою этот союз оказывается удивительно прочным.
162 мин, 14 сек 21063
Наг скосил глаза на Райса, несколько волнуясь, как бы саламандра снова не накрыло. Второй раз такого накала, конечно, не будет, но все равно приятного мало. Даже придвинул хвост ближе, ненавязчиво дотрагиваясь самым кончиком до запястья.
Саламандр молчал и дышал. Медленно, на счет, не замечая, что чашка с настоем в сжавшихся руках нагревается по новой. Потом шумно выдохнул и кое-как успокоился.
— Обожаю эту чудную женщину, — яду в его словах хватило бы на десяток нагов. — Я так понимаю, к сестре лучше даже не подходить?
Рима с сожалением согласилась. Рассказала, что и ей пришлось выслушать о старшем брате саламандры много «хорошего», и если бы она не верила словам девочки…
— Я могу передать ей что-то, если нужно. Так просто… Нельзя. Ей поступать в следующем году, а с таким давлением она просто не справится!
— Райс? — наг повернулся уже всем корпусом.
— Полгода, — саламандр переставил чашку на стол, от греха подальше — еще потрескается тонкий фарфор. — Полгода — и я её заберу оттуда!
Это прозвучало так, что дриада потянулась погладить его по руке и ойкнула, отдернув пальцы. Наг укоризненно вздохнул, обнял саламандра за плечи, привычно уже окутывая прохладой. Порылся в кармане куртки:
— Передайте вот это.
Браслет на тонкую девичью руку попался Сэтху случайно. Он присматривал очередные сто грамм металла на хвост и зацепился взглядом за изящное украшение. Медь и бронза, подвески в виде легких, словно летящих язычков пламени, такой же легкий и то ли вдохновленный, то ли вдохновляющий перезвон… Райсу бы не пошло, но у него была сестра, а браслет не так уж дорого стоил. Купить его Сэтх купил, но потом все закрутилось, и футляр так и остался лежать в кармане куртки. По счастью — именно той, которую наг набросил на плечи сейчас.
— Обязательно передам, — кивнула Рима.
— И записку… — Райс справился с собой. — У вас будет на чем написать?
Из дома дриады они вышли только через полчаса: Райс исписал три листа, раз уж не было возможности ничего сказать словами. И только на улице как-то обмяк.
— Сэтх… Перетащу всех. Не прощу, если они хоть на день дольше обязательного там останутся!
Наг обнял его, и хвостом тоже, с некоторым усилием приподнял уголки губ в улыбке:
— Получим расчет за проекты, можно будет сразу комнату ей обустроить. Ты же в курсе, что твоей сестре нравится?
Райс кивнул. Знает, как не знать…
Теперь у него появилась цель, ради которой нужно было работать. Не ради того, чтобы выживать самому — ради младших, чтобы смогли жить нормальной жизнью.
И два оставшихся проекта он завершил в рекордные сроки, выкладываясь на полную, так что домой приползал выжатой тряпочкой. Сэтх пытался образумить и донести, что такими темпами чья-то рыжая морда скорее в больницу опять загремит, но куда там. Райс полыхал так, что глаза слепило. Что радовало — это не было натужным горением из последних сил. Просто… Его огонь будто получил долгожданную порцию топлива.
Надо ли говорить, что на творчестве это сказалось только в лучшую сторону?
Сэтх, хотя и работал не так самозабвенно, закончил почти одновременно с ним — полноценный проект у него оставался всего один, а вывести несколько источников в нужных местах наг за работу не считал. За всем этим как-то подзабылись угрозы куратора накатать поганые характеристики — благо Грейсет если и появлялся вблизи рабочих площадок, то молчал и под руку не лез, так что на него можно было не обращать внимания. Сэтх и не обращал, пока человек с гаденькой улыбкой не вручил им документы после отработки контракта.
Ухмылочка эта, равно как и нескрываемое торжество, заставили хвост нервно дернуться от нехороших предчувствий. Наг открыл папку, пробежался глазами по документам. Отметил, что половины явно не хватает — хорошо еще, что можно будет спросить копии у Хэлвирэта. Вчитался внимательнее…
Вскинул голову, пригвождая куратора к месту тяжелым взглядом нехорошо суженных глаз.
— Что, думал, остроухий так и будет с вами носиться? — Грейсет явно упивался моментом, наплевав, что Хэлвирэт возится со своими бумагами столов за пять от них. Наверное, понадеялся, что в общем шуме, царившем в помещении, хваленый эльфийский слух спасует. Хэлвирэт и впрямь ничего не заметил, но вскинул голову буквально через мгновение.
Низкое, почти на грани инфразвука шипение пустило волну мурашек вдоль хребта у всех, кто его слышал. Таковых в длинном зале, где обретались кураторы, было предостаточно: сами работники, мастера, которых они курировали, пара госслужащих, забежавших за документами. Все, кто был поблизости, уставились на нага в смешанных чувствах: кто испугался, кто ошалел и не мог поверить своим глазам — многие мастера с Сэтхом пересекались, и поверить, что это он сейчас высказывается… так, было сложно.
— Думаюсссь… я сссейчассс… добафлю… одинх… пунктссс… Тяшшшкие… телесссные… поврешшшдения.
Саламандр молчал и дышал. Медленно, на счет, не замечая, что чашка с настоем в сжавшихся руках нагревается по новой. Потом шумно выдохнул и кое-как успокоился.
— Обожаю эту чудную женщину, — яду в его словах хватило бы на десяток нагов. — Я так понимаю, к сестре лучше даже не подходить?
Рима с сожалением согласилась. Рассказала, что и ей пришлось выслушать о старшем брате саламандры много «хорошего», и если бы она не верила словам девочки…
— Я могу передать ей что-то, если нужно. Так просто… Нельзя. Ей поступать в следующем году, а с таким давлением она просто не справится!
— Райс? — наг повернулся уже всем корпусом.
— Полгода, — саламандр переставил чашку на стол, от греха подальше — еще потрескается тонкий фарфор. — Полгода — и я её заберу оттуда!
Это прозвучало так, что дриада потянулась погладить его по руке и ойкнула, отдернув пальцы. Наг укоризненно вздохнул, обнял саламандра за плечи, привычно уже окутывая прохладой. Порылся в кармане куртки:
— Передайте вот это.
Браслет на тонкую девичью руку попался Сэтху случайно. Он присматривал очередные сто грамм металла на хвост и зацепился взглядом за изящное украшение. Медь и бронза, подвески в виде легких, словно летящих язычков пламени, такой же легкий и то ли вдохновленный, то ли вдохновляющий перезвон… Райсу бы не пошло, но у него была сестра, а браслет не так уж дорого стоил. Купить его Сэтх купил, но потом все закрутилось, и футляр так и остался лежать в кармане куртки. По счастью — именно той, которую наг набросил на плечи сейчас.
— Обязательно передам, — кивнула Рима.
— И записку… — Райс справился с собой. — У вас будет на чем написать?
Из дома дриады они вышли только через полчаса: Райс исписал три листа, раз уж не было возможности ничего сказать словами. И только на улице как-то обмяк.
— Сэтх… Перетащу всех. Не прощу, если они хоть на день дольше обязательного там останутся!
Наг обнял его, и хвостом тоже, с некоторым усилием приподнял уголки губ в улыбке:
— Получим расчет за проекты, можно будет сразу комнату ей обустроить. Ты же в курсе, что твоей сестре нравится?
Райс кивнул. Знает, как не знать…
Теперь у него появилась цель, ради которой нужно было работать. Не ради того, чтобы выживать самому — ради младших, чтобы смогли жить нормальной жизнью.
И два оставшихся проекта он завершил в рекордные сроки, выкладываясь на полную, так что домой приползал выжатой тряпочкой. Сэтх пытался образумить и донести, что такими темпами чья-то рыжая морда скорее в больницу опять загремит, но куда там. Райс полыхал так, что глаза слепило. Что радовало — это не было натужным горением из последних сил. Просто… Его огонь будто получил долгожданную порцию топлива.
Надо ли говорить, что на творчестве это сказалось только в лучшую сторону?
Сэтх, хотя и работал не так самозабвенно, закончил почти одновременно с ним — полноценный проект у него оставался всего один, а вывести несколько источников в нужных местах наг за работу не считал. За всем этим как-то подзабылись угрозы куратора накатать поганые характеристики — благо Грейсет если и появлялся вблизи рабочих площадок, то молчал и под руку не лез, так что на него можно было не обращать внимания. Сэтх и не обращал, пока человек с гаденькой улыбкой не вручил им документы после отработки контракта.
Ухмылочка эта, равно как и нескрываемое торжество, заставили хвост нервно дернуться от нехороших предчувствий. Наг открыл папку, пробежался глазами по документам. Отметил, что половины явно не хватает — хорошо еще, что можно будет спросить копии у Хэлвирэта. Вчитался внимательнее…
Вскинул голову, пригвождая куратора к месту тяжелым взглядом нехорошо суженных глаз.
— Что, думал, остроухий так и будет с вами носиться? — Грейсет явно упивался моментом, наплевав, что Хэлвирэт возится со своими бумагами столов за пять от них. Наверное, понадеялся, что в общем шуме, царившем в помещении, хваленый эльфийский слух спасует. Хэлвирэт и впрямь ничего не заметил, но вскинул голову буквально через мгновение.
Низкое, почти на грани инфразвука шипение пустило волну мурашек вдоль хребта у всех, кто его слышал. Таковых в длинном зале, где обретались кураторы, было предостаточно: сами работники, мастера, которых они курировали, пара госслужащих, забежавших за документами. Все, кто был поблизости, уставились на нага в смешанных чувствах: кто испугался, кто ошалел и не мог поверить своим глазам — многие мастера с Сэтхом пересекались, и поверить, что это он сейчас высказывается… так, было сложно.
— Думаюсссь… я сссейчассс… добафлю… одинх… пунктссс… Тяшшшкие… телесссные… поврешшшдения.
Страница 37 из 46
