Фандом: Ориджиналы. Огонь и вода — сочетание не лучшее. Или пламя погаснет, или влага испарится… И даже если между стихиями стоят плоть, кровь и разум, обычно их взаимодействие не назовешь удачным. Но иногда противоположности сходятся в гармонии, а не борьбе. И порою этот союз оказывается удивительно прочным.
162 мин, 14 сек 21064
Когда тебе в лицо шипит огромная змея, которая, на минуточку, раз в пять превосходит тебя массой — это однозначно пробирает. Когда это не просто змея, а до предела взбешенный наг с внезапно прорезавшимися в тонкогубом рту длиннющими клыками…
— Ты не посмеешь! — вышло пискляво и без капли недавнего превосходства.
— Меня оправдаютссс… — улыбочка у Сэтха вышла откровенно жуткая.
На фоне этого вошедший в зал громадный орк как-то потерялся. Ну, подумаешь, орк и орк, ну, подумаешь, татуировка на полморды — эка невидаль. Тут наг с катушек слетел!
Оценив ситуацию, орк снял с плеча потертую кожаную сумку, сунул округлившему глаза Янису, замершему рядом:
— Подержи.
И, набирая в грудь воздуха, шагнул вперед.
Орочий боевой клич — это страшно. Как бы его ни пытались описать или передать другие — это все равно не передаст всей гаммы вложенных в него чувств и оттенков. Орочий боевой клич в замкнутом пространстве… На происходящее обратили внимание даже те, кто занимался делами в самом дальнем конце зала. Те, кто были поближе, вообще присели от неожиданности, за исключением одного заранее прижавшего уши эльфа.
— Идиот! — пробилось сквозь рев членораздельное слово, когда орк поравнялся с нагом. Схватив его за плечи, он напрягся — окружающие пригнулись еще ниже, ожидая, что сейчас наг полетит куда попало, круша столы и легкие перегородки между ними. Но орк оказался на диво сдержанным и воспитанным: он просто дернул Сэтха в сторону, так что голова у того замоталась не хуже отсутствующей погремушки на хвосте. И рявкнул еще раз, уже прицельно, прямо в лицо, причем выражение у самого орка было такое, что хотелось бежать как можно дальше: убьет же сейчас и не поморщится, рожа зверская!
— Не насссмерть бы, третий эташшш всссего! — нага факт, что кто-то может вот так чуть ли не швырять его тушу, порядком ошарашил, но вспышка была все-таки слишком сильна. — И зассслушшшено!
— Сядешь тоже заслуженно! — орк встряхнул его еще раз, до клацнувших зубов. — Господину Тукдану не нужен мастер, который освободится через полтора года!
— С такой характеристикой мастер вообще никому не нужен! — кончик хвоста поддел отброшенную в сердцах папку, почти швыряя ее в орка.
Тот легко поймал, но даже не взглянул, только обернулся, требовательно протянув руку. Горгона отмер, подошел, вернув сумку, и орк неторопливо, давая почувствовать момент, достал из нее лаконично, но со вкусом украшенную папку. Черная кожа, тисненые зеленью буквы, вставка под малахит… И имя Сэтха на обложке.
Вручив первую папку нагу, орк обернулся к саламандру, который после прочтения своей характеристики замер статуей, дыша медленно и размерено, отрешившись от окружающего настолько, что не заметил даже выходки Сэтха и рева орка. Он и дальше бы ничего не замечал, пытаясь не вспыхнуть, если бы на плечо не опустилась громадная ладонь, угостив слабеньким таким разрядом.
Дернувшийся Райс ошалело заморгал, и орк ловко сунул ему в руки вторую папку, такую же, как у нага, за исключением имени.
Сэтх все еще тяжело дышал, но броситься на куратора уже не пытался. С минуту успокаивал себя, потом все-таки открыл папку. Скользнул глазами по строчкам. Моргнул, вчитался более внимательно…
— Это правда? — требовательно, нервно.
— Тебя молнией подбодрить или по-простому в глаз дать? — дружески спросил орк.
Наг коротко дернул кончиком хвоста:
— Это — правда?
— Ты меня за шута держишь?
— Я тебя впервые в жизни вижу, — Сэтх скрестил руки на груди, бережно прижав папку локтем.
Повторилась ситуация с папками — только теперь в руки нагу перекочевала такая же лаконично-сдержанная визитка. Райс, молчаливо взиравший на это, не решаясь сказать и слова, чтобы не полыхнуть ненароком, выцепил одно: название фирмы. Фирмы господина Тукдана. И должность: агент по работе с мастерами. И еще краем глаза заметил то, чего, кроме него, похоже, не заметил никто: довольную ехидную улыбку господина Хэлвирэта.
Сэтх посмотрел на визитку. Еще раз заглянул в папку. Поднял глаза на орка. Вид у него был такой, словно ведром воды окатили. Были бы торчащие уши — точно прижал бы, а так только хвост к себе подобрал.
Что делать дальше, было решительно непонятно. Слишком уж все… внезапно.
Решить не успел: ворвалась вызванная кем-то охрана. Только и смог, что сунуть свою папку Райсу, прежде чем уволокли под вопли отмершего Грейсета. Правда, вопли были недолгими, их перекрыл низкий, угрожающий голос орка, который зачем-то жаждал ознакомиться с написанной человеком характеристикой.
Этот же голос, только уже спокойный, Сэтх услышал вечером, когда его нехотя выпустили из «обезьянника», проводив к внесшему за него залог. Кто бы сомневался — тому самому орку.
— Господин Таруг? — легкое удивление.
Имя с визитки Сэтх запомнил, уловить его же в проекте контракта успел… Но не больше.
— Просто Таруг, — фыркнул тот, показав в улыбке клыки. — Пошли уж.
— Ты не посмеешь! — вышло пискляво и без капли недавнего превосходства.
— Меня оправдаютссс… — улыбочка у Сэтха вышла откровенно жуткая.
На фоне этого вошедший в зал громадный орк как-то потерялся. Ну, подумаешь, орк и орк, ну, подумаешь, татуировка на полморды — эка невидаль. Тут наг с катушек слетел!
Оценив ситуацию, орк снял с плеча потертую кожаную сумку, сунул округлившему глаза Янису, замершему рядом:
— Подержи.
И, набирая в грудь воздуха, шагнул вперед.
Орочий боевой клич — это страшно. Как бы его ни пытались описать или передать другие — это все равно не передаст всей гаммы вложенных в него чувств и оттенков. Орочий боевой клич в замкнутом пространстве… На происходящее обратили внимание даже те, кто занимался делами в самом дальнем конце зала. Те, кто были поближе, вообще присели от неожиданности, за исключением одного заранее прижавшего уши эльфа.
— Идиот! — пробилось сквозь рев членораздельное слово, когда орк поравнялся с нагом. Схватив его за плечи, он напрягся — окружающие пригнулись еще ниже, ожидая, что сейчас наг полетит куда попало, круша столы и легкие перегородки между ними. Но орк оказался на диво сдержанным и воспитанным: он просто дернул Сэтха в сторону, так что голова у того замоталась не хуже отсутствующей погремушки на хвосте. И рявкнул еще раз, уже прицельно, прямо в лицо, причем выражение у самого орка было такое, что хотелось бежать как можно дальше: убьет же сейчас и не поморщится, рожа зверская!
— Не насссмерть бы, третий эташшш всссего! — нага факт, что кто-то может вот так чуть ли не швырять его тушу, порядком ошарашил, но вспышка была все-таки слишком сильна. — И зассслушшшено!
— Сядешь тоже заслуженно! — орк встряхнул его еще раз, до клацнувших зубов. — Господину Тукдану не нужен мастер, который освободится через полтора года!
— С такой характеристикой мастер вообще никому не нужен! — кончик хвоста поддел отброшенную в сердцах папку, почти швыряя ее в орка.
Тот легко поймал, но даже не взглянул, только обернулся, требовательно протянув руку. Горгона отмер, подошел, вернув сумку, и орк неторопливо, давая почувствовать момент, достал из нее лаконично, но со вкусом украшенную папку. Черная кожа, тисненые зеленью буквы, вставка под малахит… И имя Сэтха на обложке.
Вручив первую папку нагу, орк обернулся к саламандру, который после прочтения своей характеристики замер статуей, дыша медленно и размерено, отрешившись от окружающего настолько, что не заметил даже выходки Сэтха и рева орка. Он и дальше бы ничего не замечал, пытаясь не вспыхнуть, если бы на плечо не опустилась громадная ладонь, угостив слабеньким таким разрядом.
Дернувшийся Райс ошалело заморгал, и орк ловко сунул ему в руки вторую папку, такую же, как у нага, за исключением имени.
Сэтх все еще тяжело дышал, но броситься на куратора уже не пытался. С минуту успокаивал себя, потом все-таки открыл папку. Скользнул глазами по строчкам. Моргнул, вчитался более внимательно…
— Это правда? — требовательно, нервно.
— Тебя молнией подбодрить или по-простому в глаз дать? — дружески спросил орк.
Наг коротко дернул кончиком хвоста:
— Это — правда?
— Ты меня за шута держишь?
— Я тебя впервые в жизни вижу, — Сэтх скрестил руки на груди, бережно прижав папку локтем.
Повторилась ситуация с папками — только теперь в руки нагу перекочевала такая же лаконично-сдержанная визитка. Райс, молчаливо взиравший на это, не решаясь сказать и слова, чтобы не полыхнуть ненароком, выцепил одно: название фирмы. Фирмы господина Тукдана. И должность: агент по работе с мастерами. И еще краем глаза заметил то, чего, кроме него, похоже, не заметил никто: довольную ехидную улыбку господина Хэлвирэта.
Сэтх посмотрел на визитку. Еще раз заглянул в папку. Поднял глаза на орка. Вид у него был такой, словно ведром воды окатили. Были бы торчащие уши — точно прижал бы, а так только хвост к себе подобрал.
Что делать дальше, было решительно непонятно. Слишком уж все… внезапно.
Решить не успел: ворвалась вызванная кем-то охрана. Только и смог, что сунуть свою папку Райсу, прежде чем уволокли под вопли отмершего Грейсета. Правда, вопли были недолгими, их перекрыл низкий, угрожающий голос орка, который зачем-то жаждал ознакомиться с написанной человеком характеристикой.
Этот же голос, только уже спокойный, Сэтх услышал вечером, когда его нехотя выпустили из «обезьянника», проводив к внесшему за него залог. Кто бы сомневался — тому самому орку.
— Господин Таруг? — легкое удивление.
Имя с визитки Сэтх запомнил, уловить его же в проекте контракта успел… Но не больше.
— Просто Таруг, — фыркнул тот, показав в улыбке клыки. — Пошли уж.
Страница 38 из 46
