Охотники

— Главное — старуха!«Скользнув невидимой тенью между покосившейся на один бок детской деревянной избушкой и оштукатуренной стеной дома, Леонид прополз на животе большую часть пути. Всё это время он внимательно следил за детьми и начинающей дремать на скамейке старухой. Следовало бы так же следить и за окнами домов, но мужчина считал это излишним. Слишком много вокруг вещей, которые не стоит учитывать, когда следует действовать быстро. Иногда они отвлекают. Даже если кто-то его и заметит, в первую очередь свидетель поднимет крик, чтобы дети успели спастись, а там уже… В этот момент он добрался до скамейки и, не раздумывая, бросился на прикорнувшую старушку. Его жертва не издала ни звука. Вытянувшись всем телом, она бесшумно сползла на землю, выронив книгу из ослабевших рук.»

Со стороны песочницы раздалось знакомое охотнику завывание испуганных мертвецов. На крики детей это было похоже меньше всего, и всё же Леонида уже неизвестно в который раз передёрнуло. В голове всплыло: «Я не должен»…, но его тело лучше знало, что ему следует делать, а что — нет… Справа раздался лай Рифа и ещё более пронзительный визг детей-призраков. «Молодчина!» — обрадовался Леонид и, перемещаясь огромными прыжками, в доли секунды настиг сбившихся в кучку детей. Некогда было выбирать — хватать мальчика или девочку, совсем маленького или чуть более взрослого ребенка. Позади раздавалось успокаивающее рычание друга, и мужчина впервые посмотрел в лица призраков.«До чего же они похожи на людей! — пронеслось у него в голове, и за этой мыслью тут же последовала другая.»

— Они и были когда-то людьми… Проклятье, да действуй же ты наконец, тряпка!«Стиснув зубы, Леонид протянул руку к ревущему пацану. Тот даже не пытался убежать от него или увернуться, он просто скорчился возле кучи песка, и издавал заунывные рыдания, размазывая по щекам слезы. Карман его шорт оттопыривал торчащий оттуда маленький пластмассовый самосвальчик…» Да что со мной?! — задыхаясь от волнения и страха, Леонид продолжал колебаться.

— Это же двадцать тысяч рублей! Спасение обречённых жителей города! Слава, наконец!«Но ничто из этого не могло заставить его схватить плачущего мальчишку за шкирку и пустить по его телу электрический разряд.»

— Риф! Назад! — повернувшись к ревущим детям спиной, Леонид, не оглядываясь, бросился вон из сквера.

Позади себя он слышал мягкий топоток собачьих лап. Риф следовал за ним по пятнам. Но кроме звука собственных шагов и тяжёлого собачьего дыхания, Леонид различил еще и взволнованный гул голосов. Видимо, патруль ушёл не так далеко, как ему казалось.

Была ли это рука провидения, спасшая его от внезапной облавы — ведь с ребёнком на руках он был бы менее поворотливым, или просто случайность, теперь было уже не важно. Выбрав один из скрытых переулков, мужчина нырнул туда и поискал глазами подвальную дверь. Риф серой тенью кружился в полуметре от хозяина, издавая утробное рычание — значит, преследователи заметили, куда он побежал.

Липкая грязь в переулке была плохим помощником в «игре в прятки», и потому Леонид с собакой побежали дальше.

Мимо мелькали мусорные баки, заколоченные досками двери и бледные, отшатывающиеся от окон лица призраков, которые боялись таких охотников, как Леонид, не меньше чем он сам — патрулей.

Наконец, впереди показалась булыжная мостовая и несколько проулков. Выбрав самый широкий из них, Леонид ногой вышиб дверь подвала и, подождав, когда Риф забежит вслед за ним, заперся изнутри. В темноте раздавалось два тяжёлых дыхания «напарников». Хоть на какое-то время они в безопасности!

Привалившись спиной к прохладной стене, мужчина положил руку на голову пса и почесал его за ушами.

— Ничего… — восстанавливая дыхание, попытался улыбнуться Леонид.

— Им нас не достать… Отсидимся здесь, отдохнём, и снова в путь… Риф многозначительно чихнул, забрызгав лицо хозяина, но так и не издал ни звука.

Минут десять они сидели в полной тишине, прислушиваясь к происходящему снаружи, но до них не доносилось ни звука: то ли они попали в особенно тихую часть города, то ли на улице действительно ничего не происходило. Медленно, капля за каплей, в Леониде накапливалась усталость, тяжело повисавшая на его глазах. Отчаянно тряся головой, он, тем не менее, понимал, что сейчас уснёт. Не помог даже ощутимый укус Рифа, почувствовавшего что-то неладное. Ещё секунда, и мужчина провалился в сон.

Вот уже месяц, засыпая, он не видел ничего, кроме темноты, сейчас же его встретила волна красок и запахов, особенно ярких после серой атмосферы Ашерска. Леонид без труда узнал этот день. «День взрыва» или«день, когда всё пошло по-другому» — как бы его ни называли люди, факт оставался фактом: месяц назад два похожих друг на друга курортных городка в одно мгновение превратились в абсолютно противоположные вещи.

Завывала сирена, кто-то стучал в дверь его квартиры, а Риф отчаянно скрёб по ней лапами, пытаясь выбраться наружу, но взгляд Леонида был прикован к происходящему за окном.